ОП-013 ГРЕЧКО П.К. ОБЩЕСТВЕННОЕ ПРОИЗBOДCTBO И ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ
Сборник «Общественное производство: понятие, социальная природа и сущность», АН СССР, Ордена Трудового Красного Знамени институт философии, Москва, 1982 г., стр. 48–53.[править | править код]
Взаимосвязь общественного производства и общественных отношений носит сложный и многоуровневый характер. Из всей совокупности общественных отношений прямо и непосредственно с общественным производством взаимодействуют лишь производственные общественные отношения. В своей диалектической противопоставленности производственным общественным отношениям общественное производство предстает перед нами в виде определенной, а именно производственно-экономической деятельности людей.
Анализ взаимодействия общественного производства и общественных производственных отношений можно вести в двух относительно самостоятельных планах: диахронном и синхронном. В диахронном плане всякий становящийся вид производственных отношений — результат вполне определенной производственной деятельности людей. Производственные отношения в данном плане оказываются своеобразной кристаллизацией производственной деятельности человека, ее социально значимым, исторически конкретным «осадком». Производственная деятельность, с указанной стороны, выступает в качестве триединого процесса репродукции (наследования, простого освоения) предшествующих, изменения прежних и создания новых производственных отношений. Производственная деятельность объективируется в производственных отношениях.
В синхронном плане мы имеем дело с исходной, стабильной, ставшей сеткой производственных отношений, влияющих на возникновение и развитие каждого отдельного акта или вида производственной деятельности человека. Наличная система производственных отношений в этом случае выступает в качестве условия совокупной производственной деятельности людей, определяет ее социальный смысл, главное направление изменений и развития. Направление детерминации здесь уже иное; от предсуществующих производственных», отношений к конкретному акту производственной деятельности человека. В данном плане производственные отношения оказываются объективными интеграторами производственной деятельности людей, способствующими установлению необходимых коммуникационных связей между агентами производственного процесса, осуществлению всестороннего контакта человека с природой .
Таким образом, нельзя ни отождествлять производственные отношения с производственной деятельностью, ни тем более противопоставлять их друг другу. «Всякая предпосылка общественного процесса производства, — подчеркивал в данной связи К. Маркс, — есть вместе с тем и его результат, а всякий его результат выступает вместе с тем и как предпосылка. Поэтому все те производственные отношения, в которых движется процесс производств, суть в одинаковой мере и его продукты, и его условия»[1].
Производственные отношения являются конкретно-историческими формами самых разнообразных проявлений производственной деятельности человека, причем — и это нужно подчеркнуть особо — формами внутренними, имманентно присущими самой этой деятельности. С учетом современных системно-структурных представлений можно сказать так: производственные отношения суть внутренне-необходимые, объективно-динамические структуры производственной деятельности людей. Эти структуры включают внутренние, объективно-необходимые характеристики рассматриваемого явления и могут быть названы его законами. Как известно, В. И. Ленин считал верным гегелевское сближение понятия закона с понятиями «порядок», «необходимость», «принцип самодвижения» и т. п.[2]. Не противоречит указанному пониманию структуры и ленинское определение закона как прочного, остающегося, идентичного, существенного в явлениях[3]. Следовательно, производственные отношения правомерно квалифицировать и как специфические законы функционирования и развития производственной деятельности людей.
Будучи внутренними формами (структурами) самой производственной деятельности людей, производственные отношения образуются в реальном процессе «подведения» индивидуального, а точнее — массово-индивидуального под социальное, в итоге сведения разрозненных индивидуальных (групповых) производственных процессов к их общественно-необходимому единству, исторически-значимому результату. Собственно, осознание этой стороны взаимодействия индивидуального и социального в историческом (а по исходной форме — производственном) творчестве людей явилось величайшим завоеванием марксистской теории общественного развития, одним из конституирующих элементов науки социологии[4]. Сказанное важно как предостережение от отождествления производственных отношений со всем потоком производственной жизнедеятельности людей.
Взаимосвязь производственных отношений и производственной деятельности представляет собой также специфический случай диалектики формы и содержания. Общественное производство, заметим, потому и называется общественным, что оно осуществляется всегда в тех или иных формах производственных отношений между людьми.
Взаимодействие производственных отношений и производственной деятельности можно рассматривать как диалектическое противоречие, единство и борьбу противоположных начал. Главное в диалектике противоположностей, как известно, — их опосредование. Такому опосредованию не находится места лишь в метафизически понимаемом противоречии. Поиск посредствующих звеньев между производственной отношениями и производственной деятельностью приводит нас к необходимости признания социального статуса технологического способа производства. С точки зрения производственной деятельности он выступает в виде ее квантификации, формализации, непосредственно определяемой вещно-техническими взаимодействиями, а также факторами совместности или кооперированности этой деятельности. Со стороны производственных отношений данный статус представлен организационно-техническими, первично-упорядочивающими связями между людьми. Технологический способ производства реально функционирует в рамках производственно-экономической системы общества, проявляя (и определяя) через нее свою социально-детерминирующую силу, мощь, природу. Его можно рассматривать как своеобразный, операционно-технический «срез» производственно-экономической системы общества, концентрирующейся, по общему признанию, вокруг отношений собственности.
Производственные отношения и производственная деятельность являются двумя неразрывными, органически взаимосвязанными сторонами единого процесса — способа производства того или иного общества. Речь, следовательно, может и должна идти лишь об относительной самостоятельности и фиксированности их всегда сопряженного бытия. Вместе с тем нельзя не видеть и того, что органическая взаимосвязь производственных отношений и производственной деятельности отнюдь не исключает их известной самостоятельности и независимости относительно друг друга.
Авторы, настаивающие на исторической релевантности производственных отношений и отказывающие в таковой производственной деятельности обычно ссылаются на то, что эта последняя, взятая сама по себе, выходит за рамки социального детерминизма. Содержательный анализ производственной деятельности человека, ее отдельных структурных элементов (предмета, средств, самой деятельности) с необходимостью убеждает в том, что социальный детерминизм присущ этой деятельности по самой ее внутренней сути. В самом деле, средства производственной деятельности выступают всегда в качестве мерила развития человеческой рабочей силы и показателя тех общественных отношений, при которых совершается эта деятельность[5]. В противоположность социологической робинзонаде марксизм убедительно показал, что предмет производства, так же как и его средства, носит общественный характер, возможен только в обществе и на его основе. «Предмет труда, — отмечал К.Маркс, — есть... опредмечивание родовой жизни человека...»[6]. Ясно, что природность исходного материала не ставится при этом под сомнение. Наконец, общественностью, или социальностью, признана сама производственная (как целесообразная) деятельность. Ведь «даже и тогда, — писал К.Маркс, — когда я занимаюсь научной и т. п. деятельностью, — деятельностью, которую я только в редких случаях могу осуществлять в непосредственном общении с другими, — даже и тогда я занят общественной деятельностью, потому что я действую как человек»[7]. Реальным, «конечным» субъектом производственной деятельности выступает всегда общество в целом, хотя на поверхности этого процесса мы можем фиксировать только множество ее индивидуальных (групповых) проявлений и модификаций.
Согласно материалистическому пониманию истории производственные отношения составпяют экономический базис общества, конечную причину и решающую движущую силу его исторического развития. Поскольку общество, как подчеркивал К. Маркс, представляет собой «сумму тех связей и отношений, в которых… индивиды находятся друг к другу»[8], то производственные отношения логично квалифицировать как объективную, социально-материальную основу всех общественных отношений, связей и взаимодействий между людьми.
Производственные отношения являются конечной детерминирующей основой многообразных общественных отношений между людьми. Их исходно-социальное влияние на становление, развитие и функционирование всех других общественных отношений носит очень сложный, противоречивый и статистически-опосредованный характер. С очевидностью проступает здесь и обратное влияние надстроечных общественных отношений на отношения производственные, базисно-экономические
В заключение хотелось бы отметить, что производственные отношения и стоящая за ними производственная деятельность отвечают всем критериям, требованиям тех «предельных оснований», осмыслением которых применительно к обществу и занят историческим материализм как социально-философская теория марксизма.