Редактирование: Розенберг Д. Комментарии к «Капиталу» К. Маркса (раздел)

===== Предмет исследования =====

Процент есть та часть прибыли, которую функционирующий капиталист выплачивает денежному капиталисту. Казалось бы, что процент должен иметь место лишь там, где собственник капитала и функционирующий капиталист — лица разные, т. е. где происходит передача капитала от одного лица к другому. Там же, где торговый и промышленный капиталисты «работают» с собственными капиталами, проценту как будто нет места. И действительно, пока мы исходили из предположения, что торговые и промышленные капиталисты представляют весь класс капиталистов, — категория процента не существовала; последняя появляется лишь с появлением особой группы денежных капиталистов в противовес функционирующим капиталистам.

Но этот вывод, вытекающий из всего предыдущего анализа, не согласуется с действительностью. В действительности и капиталист, «работающий» с собственным капиталом, тоже делит свою прибыль на две части: на процент на авансированный капитал и на предпринимательский доход. Более того, процент он причисляет к своим издержкам производства или обращения, только предпринимательский доход он считает своей действительной торговой или промышленной прибылью. Выходит, что процент не есть плата за ссужаемый капитал, не есть цена «товара-капитала», а нечто другое.

Решению этого вопроса Маркс посвящает настоящую главу, т. е. предметом ее исследования является переход количественного деления прибыли в качественное деление.

Качественное деление порождено количественным делением. Но на поверхности капиталистического общества качественное деление прибыли на процент и предпринимательский доход оторвано от ее количественного деления; точнее, в первом погасло второе. Являясь количественно двумя частями одной и той же прибыли и, следовательно, одной и той же прибавочной стоимости, процент и предпринимательский доход на поверхности общества выступают как качественно различные, как «чуждые» друг другу формы. Как будто между ними нет ничего общего: процент представляется как «порождение» собственности на капитал, а предпринимательский доход — как функция капитала и как результат деятельности капиталиста.

В этой отчужденности одной части прибыли от другой капиталистические отношения находят свое наиболее полное выражение и в то же время свое наиболее полное искажение. Исследуя переход количественного деления прибыли в качественное, Маркс раскрывает и то, и другое. Он показывает, как процент в качестве «порождения» собственности на капитал и предпринимательский доход в качестве результата деятельности капиталиста являются наиболее полными превращенными формами выражения классовых отношений капиталистического общества.

То обстоятельство, что на поверхности общества процент и предпринимательский доход выступают как чуждые друг другу формы, ставит перед исследователем двухстороннюю задачу: 1) раскрыть скрывающиеся за чуждыми друг другу формами их «родство душ», их единое происхождение и единую сущность; 2) показать, как в их единстве дано их различие, их отчужденность. Маркс в предыдущих двух главах сводит процент к части прибыли, которую функционирующий капиталист выплачивает денежному капиталисту. А так как прибыль есть не что иное, как превращенная форма прибавочной стоимости, то и процент есть не что иное, как часть прибавочной стоимости. Следовательно, денежный капиталист присваивает при посредстве функционирующих капиталистов часть прибавочного труда наемных рабочих, и он (денежный капиталист) является капиталистом постольку, поскольку он господствует над чужим трудом, поскольку он его эксплуатирует. Этим устанавливается единство денежных и функционирующих капиталистов, т. е. их единство как класса и единство доходов тех и других. Хотя заемщик и заимодавец борются между собою из-за размера процента, но это лишь «семейная ссора»; по отношению к рабочему классу они выступают солидарно: ведь он для них тот вол, с которого они сообща сдирают шкуру.

В настоящей главе Маркс идет обратным путем: из единой прибыли, — следовательно, единой прибавочной стоимости, — он выводит ее различные формы. Из количественного деления прибыли выводит качественное ее деление: выводит то, что непосредственно дано на поверхности общества.

Вульгарный экономист видит лишь то, что непосредственно дано на поверхности общества, он видит различие между процентом и предпринимательским доходом, но не видит скрывающегося за их различием единства. Классическая политическая экономия хотя и сводит процент к части валовой прибыли и, следовательно, раскрывает единство процента и чистой прибыли, но из этого единства не может вывести различия форм. Поэтому и классики впадают в вульгаризацию, так как они не могут разрешить противоречия между сущностью явления и формами ее проявления. С одной стороны, процент есть часть прибыли, выплачиваемая заемщиком заимодавцу; с другой стороны, процент фигурирует и тогда, когда предприниматель работает только со своим собственным капиталом. И классикам приходится прибегнуть к вульгарному объяснению, которое гласит: всякий торгово-промышленный капиталист может вложить свой капитал в банк и получить процент. Следовательно, предпринимательской деятельности он обязан не всей своей валовой прибылью, а только той ее частью, которая получается после вычета процента, т. е. на его долю как предпринимателя падает лишь чистая прибыль. Но упускают из виду, что это верно лишь в отношении отдельного капиталиста, а не всего класса капиталистов; само собой разумеется, что весь общественный капитал не может превратиться в ссудный капитал. Между тем распадение прибыли на процент и предпринимательский доход — явление объективного, а не субъективного и индивидуального характера.

Только Маркс, применяя анализ и синтез как две стороны единого диалектического метода, окончательно изгнал всякую вульгаризацию из политической экономии. В предыдущих главах и в настоящей главе он наносит сокрушительный удар по теории предпринимательского дохода и процента вульгарной буржуазной политической экономии.