Редактирование: Вайсберг Р. Против вульгарщины и легкомыслия (раздел)

== 7. О цитатах ==

Диалектический, историко-социологический и материалистический моменты достаточно отчетливо выражены в работах Маркса; однако, он в различной связи оттеняет больше тот или иной момент. Эта формальная сторона дела часто вводит в заблуждение экономистов разных мастей, в связи с чем не мешает вспомнить следующие слова В. И. Ленина: «Маркс и Энгельс, вырастая из Фейербаха и мужая в борьбе с кропателями, естественно, обращали наибольшее внимание на достраивание философии материализма доверху, т. е. не на материалистическую гносеологию, а на материалистическое понимание истории. От этого Маркс и Энгельс в своих сочинениях больше подчеркивали ''диалектический'' материализм, чем диалектический ''материализм'', больше настаивали на ''историческом'' материализме, чем на историческом ''материализме''»<ref>Ленин, Сочинения, т. X, стр. 278—279.</ref> (курсив Ленина). Аболин, не понимающий специфических условий возникновения марксовой философии, надергивающий цитаты без разбору, невольно попадает впросак, отбрасывая те места, где Маркс и Энгельс выступают как борцы материалистического миропонимания.

Аболин сделался жертвой непонимания специфического отличия производительного труда с капиталистической точки зрения. Искупающим вину обстоятельством является то, что он запутался в заимствованных из разных мест цитатах, взятых вне связи с общей философией диалектического материализма. Но уже если идти «цитатным путем», то мы считаем своим долгом обратить внимание тов. Аболина на следующее. Если продолжить абстрактно, без всяких ограничений, положение о том, что всякий капиталистически-организованный труд является производительным, если не делать при этом никаких оговорок (как поступают Аболин, Базаров и др.), то следует, конечно, труд учителя признать производительным. Перед таким соблазном стоял Адам Смит, он по этому ложному пути не пошел, и Маркс с ним согласился. Об этом Маркс высказывается таким образом: «Стало быть, производительным трудом будет такой труд, который или производит товар, или непосредственно создает, обучает, развивает, поддерживает, воспроизводит рабочую силу. Этот последний вид исключается Смитом из установленной им рубрики производительного труда; он делает это произвольно, но все-таки ''руководится некоторым верным инстинктом, подсказывающим ему, что если он включит сюда и этот труд, то тем самым настежь откроет двери для ложных представлений о производительном труде''»<ref>''К. Маркс'', «Теории», т. I, стр. 180.</ref>.

В этой цитате достаточно ясно выявлено отношение Маркса к вопросу о производительности так называемых «услуг», о труде и, в частности, о труде по воспроизводству квалифицированной рабочей силы. Если «услуги», как полагает Аболин, производительны и создают ценности, то чем же объяснить уничтожающе-отрицательное отношение Маркса к предшественникам Аболина в лице буржуазных экономистов? Если следует еще доказывать отношение Маркса к буржуазным экономистам цитатами, я приведу три-четыре из многих: «Эти люди (речь идет о буржуазном экономисте Нэссоу Сеньоре) до такой степени одержимы своими буржуазными предвзятыми идеями, что они сочли бы Аристотеля или Юлия Цезаря оскорбленными, если бы их назвали «непроизводительными рабочими», но Аристотель и Цезарь сочли бы обидным для себя уже одно название рабочего»<ref>''К. Маркс'', «Теории» т. I, стр. 254.</ref>.

Аболин не «Аристотель» и не «Юлий Цезарь», но он, конечно, считает себя обиженным, если его профессиональный труд оказывается непроизводительным, хотя и полезным. Он настолько обижен, что даже не хочет призадуматься над разницей между этими двумя категориями.

<blockquote>«Характерно, что те “непроизводительные” экономисты, которые ничего не совершают в своей собственной специальности, ополчаются против различения производительных рабочих от непроизводительных. Но этим они обнаруживают, с одной стороны, свой сервилизм перед буржуа, изображая все профессии служащими производству для него богатства, а с другой стороны, здесь обнаруживается их стремление доказать, что буржуазный мир есть самый лучший из всех миров, что все в нем полезно и что сам буржуа настолько просвещен, что сознает это. По отношению же к рабочим это выражает ту мысль, что если непроизводительные много потребляют, то это вполне в порядке вещей, так как они в такой же мере содействуют производству богатства, как и производительные рабочие, хотя и другим образом»<ref>Там же, стр. 257.</ref>.
</blockquote>
<blockquote>«Всякая услуга производительна для ее продавца. Клятвопреступление тоже производительно для того, кто совершает его за чистые деньги. Подделка документов тоже производительна для того, кому за нее платят. Убийство тоже производительно для того, кто получает за него деньги. Занятие сикофантов, доносчиков, льстецов, паразитов, блюдолизов производительно для тех, кто не даром совершает эти “услуги”. Стало быть, они — “производительные рабочие”, они производят не только богатство, но и капитал. И мошенник, который сам себе платит, совершенно также, как это делают суды и государство, “затрачивает силу, дает ей определение, приложение и создает результат, удовлетворяющий потребности человека”, а именно — потребности вора, а быть может, кроме того, и его жены и детей. Стало быть, он — производительный рабочий, если все дело только в том, чтобы создавать «результат», удовлетворяющий известную “потребность”, т. е. в вышеупомянутых случаях, если все дело только в том, чтобы он продавал свои «услуги», дабы они стали производительными»<ref>Там же, стр. 260.</ref>.
</blockquote>
Но может быть, с точки зрения не капиталиста, но общественного производства, услуги производительны потому, что они ''косвенно'' участвуют в производстве. И на этот вопрос Маркс дает совершенно недвусмысленный ответ: «Этот косвенно участвующий в производстве труд (он представляет собою только часть непроизводительного труда) мы и называем непроизводительным трудом. Иначе пришлось бы сказать, что, так как правительство абсолютно не может существовать без крестьянина, то крестьянин — косвенный производитель судопроизводства и т. д. Пустяки»<ref>Там же, стр. 260.</ref>.

Рассуждения Аболина о потребительной ценности услуг напоминают аналогичные рассуждения Росси: «Но самый факт потребления, как бы он ни совершался, не может отнять у продукта характер богатства. Существуют невещественные продукты, которые долговечнее многих материальных. Дворец существует долго; но Иллиада — еще более долговечный источник наслаждения». Что же, тов. Аболин, Маркс подписался под этими словами? Да, «подписался» двумя словами: «Какая чушь»<ref>Там же, стр. 264.</ref>.

Опасаюсь, как бы Аболин не затеял нового крючкотворства: мол, Росси говорит о богатстве, а он, Аболин, о ценности (по существу же Аболин выражает мысль Росси только в марксистских терминах).

Во избежание возможного крючкотворства я рекомендую тов. Аболину то место, где Маркс говорит о всех этих понятиях в совокупности, т. е. ''об услугах, о ценности и о материальном богатстве'': «Тут мы опять наталкиваемся на ту бессмыслицу, что всякий род услуг что-нибудь производит: проститутка — сладострастие, убийца — убийство и т. д. Впрочем, Смит сказал бы, что все виды этих услуг имеют свою ценность. Недоставало только, чтобы эти услуги выполнялись безвозмездно. Об этом здесь нет речи, но даже если бы они выполнялись даром, то и тогда они не увеличивали бы материального богатства на грош»<ref>''К. Маркс'', «Теории», т. I, стр. 264.</ref>.

Можно привесть еще много-много аналогичных цитат. Но думаю, что для цитатных дел любителя Аболина и этого хватит. Отметим только, что, говоря об аболинской точке зрения, выраженной в длиннейших и скучнейших писаниях Шторха, Ганиля, Гарнье, Лодерделя и других представителей буржуазного тупоумия, Маркс выразился по их адресу столь нелестно, что редактор его незаконченных рукописей, Карл Каутский, не решился привести слов Маркса и только ограничился замечанием: «и здесь рукопись выражается не так учтиво. К»<ref>Там же, стр. 265.</ref>.