Редактирование: Леонтьев А. Государственная теория денег (раздел)

==== 2. Вопрос о правильности количественной теории ====

Но если количественная теория представляет собою простую тавтологию, дает лишь видимость объяснения, то можно ли вообще говорить о ее правильности или неправильности, можно ли ее оспаривать?

— Кому, в самом деле, придет в голову доказывать «неправильность» тавтологии, в роде: «масло масляное»? — В отношении количественной теории дело обстоит, однако, далеко не так идиллично. Здесь не только можно, но и необходимо вскрывать неправильность, произвольность и противоречивость по отношению к тактической действительности основных положений этой «теории».

Это положение станет совершенно ясным, если мы обратимся хотя бы к новому варианту количественной теории, представленному Ирвином Фишером<ref>См. The purhasing power of money, by Irving Fisher.</ref>.

По его мнению, соотношение между количеством денег и общим уровнем товарных цен допускает вполне точную математическую формулировку; он считает возможным приближение данного отдела экономической науки по степени точности к наукам точным. В связи с этим главное внимание Фишера занимает выдвигаемая им «формула обмена» (equation of exchange), в которой он пытается воплотить эти свои убеждения в математической точности учения о деньгах. Формула обмена представляет собою результат простого сложения всех индивидуальных покупок, имевших место в течение определенного срока в данном обществе. «Предположим, например, что кто-либо покупает 10 фунтов сахару по 7 центов за фунт. В этой меновой сделке 10 фунтов рассматриваются, как равные 70 центов, и этот факт может быть выражен так: <math display="inline">70 \ центов = 10</math> (фунтов сахару), помноженным на 7 (центов за фунт). Такое же выражение может получить любая другая покупка или продажа; сложив их вместе, мы и получим формулу обмена ''за определенный период в данном обществе''».

На этом основании Фишер считает возможным построить алгебраическую формулу обмена, которая более или менее известна; она имеет следующий вид:

<math display="inline">MU + M'U'= Spq</math>

где <math display="inline">М</math> и <math display="inline">М'</math> означают количество денег и денежных (кредитных) суррогатов в обращении, <math display="inline">U</math> и <math display="inline">U'</math> — скорость обращения тех и других, <math display="inline">р</math> — цены, a <math display="inline">q</math> — массы проданных товаров, a <math display="inline">S</math> показывает, что мы имеем дело с суммой многочисленных уравнений: <math display="inline">pq</math>, <math display="inline">р1q1</math>, <math display="inline">p2q2</math> и т. д. Далее Фишер еще более упрощает правую часть формулы, заменяя выражение <math display="inline">Spq</math> через <math display="inline">РТ</math>, где <math display="inline">Р</math> означает взвешенную среднюю всех <math display="inline">р</math> (т. е. товарных цен), а $Т — сумму всех <math display="inline">q</math> (т. е. товарных масс).

Все эти формулы нужны Фишеру для того, чтобы доказать якобы существующую причинную зависимость математического характера между <math display="inline">М</math> (количеством денег) и <math display="inline">Р</math> (т. е. средним уровнем товарных цен, иными словами — покупательной способностью денег). Не вдаваясь в дальнейший разбор построений Фишера, мы хотим на этом примере лишь показать, почему следует считать количественную теорию не только тавтологией, но и теорией ''неверной''. Основной грех количественной теории, ее основное заблуждение чрезвычайно отчетливо выражается в вышеприведенной формуле Ирвина Фишера. Мы говорим о пропорциональном, совершенно механическом соответствии между ростом количества денег и ростом цен (разумеется, с учетом роли изменения в скорости обращения, с учетом значения денежных суррогатов и объема товарооборота). Явления действительности несравненно сложнее; они не укладываются в прокрустово ложе математических формул количественников. Вот почему вторая задача научной критики по отношению к количественной теории заключается в том, чтобы раскрыть ее недопустимое упрощенство.

Резюмируя, мы можем сказать: 1) там, где количественная теория учитывает ''все'' факторы изменения ценности денег — она из теории превращается в тавтологию, попросту — в фотографию действительности, а не ее объяснение; 2) там же, где количественник пытается установить причинную зависимость, которая могла бы иметь познавательную ценность, эта причинная зависимость имеет тот небольшой недостаток, что она… неверна.