Редактирование: Розенберг Д. Комментарии к «Капиталу» К. Маркса (раздел)

===== Схема Маркса в интерпретации Розы Люксембург =====

По мнению Розы Люксембург, схемы Маркса дают лишь кажущееся решение. Она пишет: «Согласно схеме Маркса, движение начинается с подразделения I, с производства средств производства. Кто же потребляет возросшее вследствие этого количество средств производства? Схема отвечает: потребляет подразделение II, чтобы иметь возможность производить больше средств существования. Но кто потребляет это возросшее количество средств существования? Схема отвечает: их потребляет подразделение I, потому что оно занимает теперь больше рабочих. Мы вращаемся, очевидно, в кругу. Производить больше средств потребления только для того, чтобы содержать больше рабочих, и производить добавочное количество средств производства только для того, чтобы этим самым дать занятие этому увеличенному числу рабочих, — да ведь это абсурд с капиталистической точки зрения!»<ref>''Люксембург Р.'' Накопление капитала, с. 84.</ref>.

Итак, по мнению автора «Накопления капитала», в своих схемах Маркс не дает никакого решения проблемы накопления. Прежде всего позволительно спросить: почему здесь «абсурд с капиталистической точки зрения»? Конечно, если бы все дело сводилось к тому, чтобы «дать занятие увеличенному числу рабочих», мы бы имели право говорить об абсурде с капиталистической точки зрения. Но ведь капиталисты на этом деле «зарабатывают»: увеличивают свою прибавочную стоимость и свой капитал; следовательно, тут нет никакого абсурда, нет его именно с капиталистической точки зрения.

В других местах своей работы Роза Люксембург придает своему основному возражению против схем Маркса несколько иной вид. Маркс, как известно, анализирует накопление при чистом капитализме, т. е. предполагает, что общество состоит только из капиталистов, рабочих и таких слоев населения, которые живут либо за счет заработной платы, либо за счет прибыли. Следовательно, платежеспособный спрос всего общества может равняться лишь <math display="inline">v + m</math>, т. е. сумме всех заработных плат плюс сумма всей прибавочной стоимости. Но при расширенном воспроизводстве часть т накопляется; спрашивается: для кого? Ведь весь платежеспособный спрос удовлетворен: рабочие израсходовали всю свою заработную плату, капиталисты — всю ту часть прибавочной стоимости, которая ими предназначена для личного потребления. А больше покупателей в чистом капитализме ведь нет.

В такой формулировке возражение получает более правдоподобный вид: тут речь идет о том, что нет покупателя для накапливающейся во все большем количестве прибавочной стоимости. Но Роза Люксембург своему первому тезису придает решающее значение, она его повторяет на протяжении всей своей работы. И она права: вся ее аргументация держится на указанном тезисе. В самом деле, на вопрос, откуда берутся покупатели, можно ответить, что таковыми является возросшее число рабочих. А от этого вполне правильного ответа можно отмахнуться лишь ссылкой на то, что дать занятие увеличенному числу рабочих с капиталистической точки зрения есть, мол, абсурд. Но мы уже сказали, что тут никакого абсурда нет, раз применение новых рабочих доставляет прибавочную стоимость.

Правда, можно еще поставить вопрос и так: откуда берутся новые добавочные рабочие? Но об этом, как Маркс показал в I томе «Капитала», меньше всего следует заботиться: к услугам капитала всегда есть большая армия безработных. Безработный — плохой покупатель; получив работу, он тем самым становится и покупателем, расширяет рынок сбыта.

Автор «Накопления капитала» находится в плену своей собственной теории накопления, согласно которой покупательный спрос должен предшествовать производству, а потому может быть найден только вне капиталистической среды, у так называемых третьих лиц: но тогда мы имеем уже не чистый капитализм, а капитализм в некапиталистическом окружении. Отсюда Р. Люксембург и делает вывод, что проблема расширенного воспроизводства есть по существу проблема взаимоотношения между капиталистической и некапиталистической средой: пока последняя существует, капитализм может расширенно воспроизводиться. Как только некапиталистическая среда уничтожается, а развитие капитализма ведет к ее уничтожению, капитализм становится невозможным.

Роза Люксембург полагает, что из марксовых схем следует: 1) что причины кризисов кроются лишь в диспропорции между отдельными отраслями производства вследствие стихийности капиталистического хозяйства, 2) что несоответствие между производством и потреблением не имеет непосредственного отношения к проблеме.

Она также полагает, что согласно схемам Маркса борьба за внешний рынок автоматически расширяет внутренний рынок. Наконец, в трактовке Марксом в настоящей главе проблемы накопления она не видит экономического обоснования гибели капитализма.

Все это навеяно неправильным пониманием схем. Маркс в этих схемах изображает лишь форму движения общественного капитала, абстрагируясь пока от всего того, что не имеет отношения к этой форме. Следовательно, тут не дано еще конкретное решение проблемы реализации; последнее может быть дано лишь при учете всех моментов, модифицирующих общий закон движения общественного капитала. Не поняв этого, Роза Люксембург не поняла своеобразия движения общественного капитала; это в свою очередь привело ее к неверному представлению о самом общественном капитале и общественном продукте, изображенном ею в виде товарной кучи. Общественный капитал, как мы уже знаем, есть совокупность переплетающихся и борющихся между собой индивидуальных капиталов. Нет единой товарной кучи, а есть столько товарных куч, сколько имеется индивидуальных капиталов. Каждый капиталист в результате конкурентной борьбы вынужден выбрасывать на рынок побольше товаров, а это заставляет его постоянно расширять свое производство. При неизменном органическом строении капитала расширенное воспроизводство сопровождается привлечением новых рабочих, т. е. одновременным увеличением и постоянного, и переменного капитала. Результат действий всех капиталистов, следовательно, получается именно такой, какой дают схемы Маркса: увеличивается и производительное, и личное потребление. Действительно, с расширением производства расширяется и рынок. Но это лишь наиболее общее положение, которое модифицируется и конкретизируется при «восхождении от абстрактного к конкретному». Р. Люксембург смешивает абстрактный анализ с конкретным.

Но почему же происходит борьба из-за внешних рынков, раз соответственно расширению производства расширяется и внутренний рынок?

Во-первых, на внешний рынок капиталиста гонит конкуренция: ведь в схемах Маркса дан лишь идеальный случай, дана лишь возможность реализации, которая осуществляется среди случайных и постоянно колеблющихся отдельных кругооборотов капитала. Это и создает большие затруднения в сбыте, выход из которых ищут обычно во внешних рынках. Но одно дело затруднения в сбыте, а другое — невозможность его. Первые никем не отрицаются, вторая утверждается исходящей из неправильных представлений Розой Люксембург.

Во-вторых, на внешний рынок капиталиста манит перспектива получения добавочной прибыли. Это особенно становится ясным при изучении проблемы тенденции нормы прибыли к понижению.

Поэтому конкретный капитализм, т. е. капитализм во всех его связях, с присущей ему бешеной борьбой за рынки и такой же бешеной погоней за сверхприбылью включает в себя и внешние рынки. И в этом смысле следует понимать следующее категорическое заявление Маркса: «Капиталистическое производство вообще не существует без внешней торговли»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 24, с. 534.</ref>. И на известной ступени «восхождения от абстрактного к конкретному» от внешних рынков абстрагироваться нельзя. Но при анализе воспроизводства и обращения всего общественного капитала в наиболее общей форме, или, что одно и то же, при построении абстрактной теории реализации, от внешних рынков необходимо абстрагироваться, так как реализация возможна и без них, она только затруднена.

В-третьих, привлечение внешних рынков ничего не дает и давать не может для построения абстрактной теории реализации.

«Но если предположить, — говорит Маркс, — нормальное годичное воспроизводство в данных размерах, то этим уже предполагается, что внешняя торговля только замещает туземные изделия изделиями другой потребительной или натуральной формы, не затрагивая ни отношений стоимости, в которых обмениваются между собой две категории: средства производства и предметы потребления, ни отношений между постоянным капиталом, переменным капиталом и прибавочной стоимостью, на которые распадается стоимость продукта каждой из этих категорий. Введение внешней торговли в анализ ежегодно воспроизводимой стоимости продукта может, следовательно, только запутать дело, не доставляя нового момента ни для самой задачи, ни для решения ее»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 24, с. 534.</ref>.

Что касается обоснования экономических кризисов и гибели капитализма, то Роза Люксембург ищет его не там, где его надлежит искать, она ищет его в борьбе между капиталистической и некапиталистической средой, а не в основном противоречии капиталистического способа производства, в противоречии между общественным характером производства и частным присвоением. Это противоречие, осложняемое целым рядом других противоречий, но обусловленных им же, объясняет и экономические кризисы. Усиление этого объективного противоречия, субъективно выражающееся в росте классовой борьбы, приведет к гибели капиталистическую систему в целом.

В. И. Ленин писал: «Абстрактная теория реализации предполагает и должна предполагать пропорциональное распределение продукта между различными отраслями капиталистического производства. Но, предполагая это, теория реализации отнюдь не утверждает, что в капиталистическом обществе продукты всегда распределяются или могут распределяться пропорционально»<ref>''Ленин В. И.'' Полн. собр. соч., т. 4, с. 70.</ref>. Во II томе «Капитала» реализация, являющаяся моментом движения общественного капитала, представлена Марксом в наиболее абстрактном виде («абстрактная теория реализации», по выражению Ленина) и предполагает «пропорциональное распределение продукта между различными отраслями капиталистического производства». Во II томе «Капитала», где производство и обращение анализируются более конкретно, где в анализ включена конкуренция между капиталами разных сфер производства, выравнивающая нормы прибыли в среднюю норму прибыли, Маркс уже представляет движение общественного капитала в том виде, в каком оно происходит на поверхности общества, т. е. при отсутствии пропорциональности.

В примечании к приведенной цитате В. И. Ленин, ссылаясь на свои «Этюды», добавляет: «Поскольку мы берем абстрактную теорию реализации… постольку неизбежен вывод о возможности реализации. Но, излагая абстрактную теорию, надо указать на те противоречия, которые присущи действительному процессу реализации». Указать на противоречия необходимо уже потому, что ни на одной стадии теоретического анализа нельзя абстрагироваться от капиталистического способа производства в целом; следовательно, нельзя абстрагироваться от противоречий, присущих действительному капитализму. Однако на каждой стадии теоретического анализа непосредственно изучается одна сторона капитализма. В III отделе II тома непосредственно изучается — об этом и говорит В. И. Ленин — возможность реализации. Но отсюда также вытекает, что возможность реализации, как один из моментов капиталистического производства, содержит в себе и возможность кризисов, и их необходимость.

Мы уже отметили, что теория кризисов развертывается у Маркса по мере развертывания его общей теории капитализма. Абстрактная теория реализации уже дает все необходимое для теории кризисов. Но свое завершение теория кризисов получает в III томе «Капитала», где завершается и общая теория капитализма.

Теперь вернемся к Розе Люксембург.

Она утверждает: «Сам Маркс только поставил вопрос о накоплении совокупного общественного капитала, но не ответил на него. Он, правда, взял в качестве предпосылки своего анализа чисто капиталистическое общество, но он не только не довел анализа на этой основе до конца, а прервал его именно на этом кардинальном вопросе»<ref>''Люксембург Р.'' Накопление капитала, с. 389.</ref>.

Прежде всего отметим следующее: Р. Люксембург проглядела, что анализ накопления, начатый Марксом во II томе, продолжается им в III томе, где в исследование вводятся конкуренция капиталов и все вытекающие отсюда последствия.

Р. Люксембург там же пишет: «Теоретическое допущение общества, состоящего из одних лишь капиталистов и рабочих, которое для определенных целей исследования (например, в I томе «Капитала» при анализе отдельного капитала и его практики эксплуатации на фабрике) вполне законно и уместно, кажется мне неприменимым и мешающим анализу там, где речь идет о накоплении общественного капитала, взятого в целом. Так как последнее представляет действительный исторический процесс капиталистического развития, то его, по-моему, невозможно понять, если отвлечься от всех условий этой исторической действительности. Капиталистическое накопление как исторический процесс с первого до последнего дня развивается в среде различных докапиталистических формаций, в постоянной политической борьбе и непрерывном экономическом взаимодействии с ними. Как же можно правильно понять этот процесс и внутренние законы его развития в бескровной теоретической фикции, которая объявляет несуществующими всю эту среду, эту борьбу и это взаимодействие?»