Редактирование: Сагацкий А. Труд в теории стоимости (раздел)

=== 1 ===

Труд, как процесс между природой и общественным человеком, в товарном хозяйстве не находится под непосредственным руководством всего общества и как бы предоставлен в распоряжение отдельных лиц. Средства производства являются частной собственностью отдельных производителей, поэтому последние формально независимы друг от друга и отношение человека к природе выступает как частное дело этих производителей. Изготовляемый продукт в силу той же частной собственности принадлежит отдельным лицам. Это накладывает на труд черты, которые присущи ему только в товарном хозяйстве. «Раньше (в патриархально-родовом строе. ''А. С.'') каждая пара сапог, которую изготовлял наш сапожник, уже заранее на колодке представляла собой непосредственно общественный труд. Теперь сапоги представляют, в первую голову, частный труд, который никого касается»<ref>''Р. Люксембург'', Введение в полит, эк., ГИЗ, 1926 г., стр. 256.</ref>. «В качестве частного лица он (сапожник) не является членом общества, и его труд, как частный труд, еще не является общественным»<ref>Там же, стр. 259.</ref>. Одна из особенностей товарного хозяйства состоит в том, что конкретный труд его членов непосредственно находит свою общественную формулировку в форме частного труда. Этот факт доступен для обыденного мышления и прежде всего бросается в глаза, находя свое отображение в теории робинзонад у буржуазных экономистов.

Мы не отождествляем конкретный и частный труд и не имеем права относить второй, так же, как первый, к материальной стороне труда. ''Частный'' труд характеризует товарное хозяйство, именно: ту сторону его, где производство потребительных стоимостей для общества не находится под прямым контролем общества и является частным делом. Частный труд принадлежность только товарного хозяйства и не может быть в организованных обществах, по отношению которых мы можем сказать то же, что говорил Маркс про общинное производство: «Самая сущность общинного производства не позволяет труду отдельного лица являться частным трудом, или продукту его быть частным продуктом; напротив, она скорее непосредственно делает каждое отдельное проявление труда функцией одного из членов общественного организма»<ref>''Маркс'', К критике, стр. 47.</ref>. Отсюда, если мы исходим от частного труда, то это не значит, что мы применяем индивидуалистический метод. «Мы не исходим из труда индивидуумов, как общественного труда, наоборот, отправляемся от особенного индивидуального труда, который только в меновом процессе, через уничтожение его первоначального характера, обнаруживается, как всеобщий общественный труд»<ref>''Маркс'', К критике, стр. 58. Ср. ''И. Дашковский'', статья в «Под Знам. Маркс.» № 6, 1926 г., стр. 207; ''И. Рубин'', Очерки, изд. 3-е, гл. XIII и др. места.</ref>.

Если частный характер труда товаропроизводителей выступает довольно ясно, в натуральной форме, в качестве конкретного труда, то общественный характер их труда выступает в скрытой форме. Чтобы воздействовать на природу, необходимы средства производства и средства потребления, которых данный товаропроизводитель, благодаря разделению труда не производит. В силу того же продукт изготовляется им не для собственного потребления, а для других членов общества. Возникает необходимость [# 85] товаропроизводителя вступить в связь с другим производителем. Поскольку они формально независимы, то эта связь может быть установлена только посредством обмена продуктов труда, превращающихся в товары. Частный труд приводит к обмену. «Предметы потребления становятся вообще товарами лишь потому, что они суть продукты независимых друг от друга частных работ»<ref>К., т. I, стр. 41.</ref>. Но обмен только констатирует, что труд данного члена общества является не только частным, но и общественным трудом, что частный труд превращается в общественный.

Общественный труд существует на всех ступенях развития общества, но только в товарном хозяйстве он обособляется от конкретного труда и принимает особую форму. В тех общественных формациях, где отсутствует частная собственность на средства производства, где нет стихийного разделения труда в обществе, представляющего лишь другую сторону той же собственности<ref><blockquote>«…Разделение труда и частная собственность представляют собой тождественные выражения: в одном случае говорится по отношению к деятельности то же самое, что в другом случае говорится по отношению к продукту деятельности». (Архив К. Маркса и Ф. Энгельса, т. I, стр. 222).
</blockquote></ref>, там обмен веществ находится под непосредственным руководством общества, труд отдельных лиц выступает в форме конкретного непосредственно как общественный, а не как частный. «Различные работы… являются общественными функциями в своей натуральной форме» (К., т. I. стр. 46). «Непосредственно общественной формой труда является здесь его натуральная форма, его особенность, а не его всеобщность, как в обществе, покоющемся на основе товарного производства» (там же, стр. 46). Между прочим, последняя цитата говорит о том, что Маркс, конечно, и в организованном обществе рассматривал труд, с одной стороны, как особенный, в его натуральной конкретной форме, с другой — как всеобщий. Но Маркс подчеркивает, что в этом обществе труд становится общественным не в его всеобщей форме. Здесь не происходит противопоставления всеобщности труда особенной форме. «Коль скоро общество вступает во владение средствами производства и применяет их в непосредственно общественном производстве, — труд каждого отдельного лица, как бы ни был различен его специфически полезный характер, становится сам по себе и непосредственно общественным трудом»<ref>''Энгельс'', Анти-Дюринг, «Моск. Раб», 1922 г., стр. 175.</ref>. Целевая установка в производстве потребительных стоимостей в организованном обществе дается отдельным производителям от всего общества общественным органам или другим представителям общества, поэтому труд в своей конкретной форме становится общественным трудом. Но это в то же время означает, что связь между членами общества устанавливается сознательно и непосредственным образом как между лицами. Продукты труда, средства производства и средства потребления выполняют лишь материальную роль, поэтому они не принимают какой-либо особой социальной формы и существуют в организованном обществе, как общественные продукты только потому, что выполняют определенные материально-технические функции в своей натуральной форме как потребительные стоимости. «Общественные отношения людей к их работам и продуктам их труда остаются здесь прозрачно ясными как в производстве, так распределении» (К., т. I, стр. 47). «Общественные отношения лиц в их труде проявляются здесь как их собственные личные отношения, а не облекаются в костюм общественных отношений вещей, продуктов труда» (К, т. I, стр. 46).

В товарном же хозяйстве из наличия частной собственности и разделения труда, из того положения, что конкретный труд ''первоначально'' выступает как труд частный, вытекает необходимость особой, отличной от ма[# 86]териальной формы труда. Труд принимает двойственный характер. С одной стороны, он является, как и во всех общественных формациях, конкретным трудом, с другой — он принимает еще специфически-общественную форму, форму абстрактного труда в противоположность первому. Специфически-общественная трудовая деятельность людей как бы отделяется от ее материального существования. Труд в своей конкретной форме представляет собой лишь частный труд, — это то, что разъединяет людей в товарном хозяйстве. Но, в то же время, «''частный'' труд должен быть представлен непосредственно, как его противоположность, ''общественный'' труд; определенным образом примененный труд, как его непосредственная противоположность, ''абстрактно-всеобщий'' труд, который поэтому выражается в общем эквиваленте. Лишь благодаря его отчуждению индивидуальный труд действительно представлен, как его противоположность»<ref>Теории, т. III, стр. 115. Подчеркнуто Марксом. ''А. С.''</ref>. «Труд, который проявляется в меновой ценности, сразу выступает, как труд обособленного лица. Общественным он становится потому, что принимает форму непосредственной своей противоположности, форму абстрактной всеобщности»<ref>К критике, стр. 47.</ref>. Приравнивая один товар к другому, товаропроизводители сводят все виды конкретного труда к однородному, человеческому труду вообще, к труду абстрактному, который и составляет общественную определенность труда в меновом обществе. «Лишь для данной особенной формы производства, для товарного производства, справедливо, что специфически общественный характер независимых друг от друга частных работ состоит в их равенстве, как, человеческого труда вообще»<ref>К., т. I, стр. 43.</ref>. «При каждой общественной форме труда, труд различных индивидов отнесен так же друг к другу, как человеческий труд, но здесь само это отношение является специфической общественной формой труда»<ref>Das Kapital, В. I. 1867, S. 32. Цитир. по статье ''И. Рубина'': «Под Знам. Марк.» № 7—8, 1927 г., стр. 92.</ref>.

Во всех общественных формациях труд может рассматриваться с двоякой стороны: во-первых, как особенный труд, труд конкретный — это то, чем один вид труда отличается от другого вида труда; во-вторых, все конкретные виды труда являются в то же время общечеловеческим трудом; с этой стороны они представляют всеобщность труда. Но на всех стадиях развития общества, кроме товарного хозяйства, не эта всеобщность, а конкретный характер включает труд данного производителя в качестве звена в общественный совокупный труд. В товарном же хозяйстве наблюдается противопоставление всеобщего характера труда его конкретной форме. Всеобщий труд ''в противоположность'' конкретному становится абстрактным трудом, т. е. специфически-общественным трудом для товарного хозяйства.

В докапиталистических обществах конкретный труд связывал отдельных производителей в силу того, что там различие между натуральными формами труда было небольшое. В этом сказывалась низкая ступень развития производительных сил, выражающаяся в недостаточно развитой дифференциации труда. Слабое разделение труда создавало техническую возможностъ учитывать труд в его непосредственно-натуральной форме. Различие же отдельных видов труда принуждало к этому. Осуществление учета конкретного труда, как общественного, могло иметь место благодаря общинной или феодальной собственности. В товарно-капиталистическом обществе рост производительных сил проявляется в сильно развитом разделении труда, как между отдельными рабочими внутри мастерской, так и между отдельными отраслями производства. Далеко ушедшая дифференциация труда [# 87] находит свое выражение также в социальном раздроблении труда в силу частной собственности на средства производства. И именно потому, что здесь очень большое различие между отдельными конкретными видами труда, которые к тому же, в силу частной собственности, непосредственно выступают в форме частного труда, не конкретный, а абстрактный труд является связью производителей. Но в то же время это обнаруживает недостаточное развитие производительных сил по сравнению с коммунистическим обществом, неразвитость тенденции, которая довольно сильно проявляется уже при капитализме, тенденции нивелировки отдельных видов труда, приближения их в натуральной форме к всеобщему характеру труда. Тем более, что эта тенденция задерживается наличием капиталистической частной собственности, которая стала тормозом для развития производительных сил. В коммунистическом обществе общечеловеческий характер труда не противостоит конкретному труду, поскольку отдельные виды последнего в силу громадного развития техники, упрощения трудовых операций и технического и социального преодоления разделения труда, ничем не отличаются друг от друга. Не все ли равно, где тогда будет производитель работать — на заводе, производящем, напр., химические продукты, или на текстильной фабрике, — если и там и здесь роль рабочего сводится к наблюдению за машинами-автоматами, (познание действия которых не будет привилегией отдельных лиц и слоев общества.

<blockquote>«Труд, реализованный в товарной стоимости, получает не только отрицательное выражение, как труд, от которого отвлечены все конкретные формы и полезные свойства действительных работ, но, кроме того, отчетливо выступает вперед и его положительная природа. Последняя состоит в сведении всех действительных видов труда к их общему характеру человеческого труда, к затрате человеческой рабочей силы.

Всеобщая форма стоимости, которая представляет продукты труда в виде сгустков безразличного человеческого труда, самым своим построением показывает, что она есть общественное выражение товарного мира. Она раскрывает таким образом, что в ''пределах этого мира общечеловеческий характер труда есть его специфически общественный характер''»<ref>К., т. I, стр. 35. Разрядка моя. ''А. С.''</ref>. Положительная природа абстрактного труда заключается в том, что он является качественной характеристикой труда людей в товарном хозяйстве»<ref>Ср. ''И. Рубин'', Очерки, изд. 3-е, стр. 159—160.</ref>.
</blockquote>
Но в каком же смысле и в каком качестве конкретные виды труда становятся абстрактным трудом? Что же такое «общечеловеческий характер труда», «человеческий труд вообще», который является специфически общественной формой труда в товарном хозяйстве? В самих конкретных видах труда должно быть нечто такое, что может превратиться в безличную форму связи людей при определенных общественных условиях. На эти вопросы Маркс отвечает следующим образом: «Если отвлечься от определенного характера производительной деятельности и, следовательно, от полезного характера труда», т. е. теоретически, мысленно проделать ту же самую операцию, которая в действительности в товарном хозяйстве производится стихийно, независимо от сознания людей<ref>Ср. ''А. Кон'', Курс, изд. 2-е, стр. 19—20, 64—65.</ref>, — то в труде «остается лишь одно, — что он является затратой человеческой рабочей силы. Как портняжество, так и ткачество, несмотря на качественное различие этих видов производительной деятельности, представляют ''производительную затрату человеческого мозга, мускулов, нервов, рук и т. д., и в этом смысле'' являются одним и тем же человеческим трудом»<ref>К., т. I, стр. II. Разрядка моя. ''А. С.''</ref>. [# 88] «Всякий труд есть, с одной стороны, ''затрата человеческой pабочей силы в физиологическом смысле слова, — и, в качестве такого'' одинакового или абстрактного человеческого, труд образует стоимость товаров»<ref>К., т. I, стр 14.</ref>.

Таким образом, мы пришли к первому определению абстрактного труда, как «затрате человеческой рабочей силы в физиологическом смысле слова». Именно эта сторона труда составляет социальную однородность, качественную тождественность всех видов конкретного труда. Лишь в качестве физиологической затраты труд отдельных товаропроизводителей становится равными в этой форме общественным трудом.