Редактирование: Леонтьев А. Государственная теория денег (раздел)

==== 4. Счетные деньги Джемса Стюарта ====

Эльстер недоволен указанием Борткевича насчет того, что Кнапп кое-чем воспользовался из экономических воззрений классической эпохи. Но нельзя не видеть в только что приведенных рассуждениях Бендиксена и Эльстера что-либо другое, как не возрождение давным-давно опровергнутых взглядов.

«Счетные деньги есть не что иное, как произвольный масштаб с равными делениями, изобретенный для измерения относительной ценности продающихся предметов. Счетные деньги — вещь, совершенно отличная от монетных денег, которые являются ценой (цена означает здесь реальный эквивалент, как у английских экономических писателей XVIII столетия); они могли бы существовать хотя бы на свете не было никакой субстанции, которая была бы пропорциональным эквивалентом для всех товаров. Счетные деньги играют такую же роль для ценности предметов, как градусы, минуты, секунды и т. д. для углов, или масштаб для географических карт и т. д. Во всех этих изобретениях мы принимаем некоторое определение за единицу. Полезность всех установлений этого рода ограничивается единственно тем, что они являются ''показателями пропорции''; в том же заключается и полезность денежной единицы. Следовательно, она не может находиться ни в каком постоянном отношении к какой-нибудь части ценности, т. е. не может быть исключительно приурочена к какому-либо определенному количеству золота, серебра или другого товара… Так как ценность товаров зависит от общей совокупности влияющих на нее обстоятельств и капризов людей, то следовало бы ее рассматривать только как изменяющуюся в отношении к этой единице… Деньги — только ''идеальный масштаб'' с разными делениями<ref>Цитировано по Марксу. «К критике» и т. д. Стр. 66—67.</ref>…»

После сравнения этого отрывка из Джемса Стюарта с рассуждениями Бендиксена — Эльстера пророчески звучат слова Маркса: «Теория идеальной единицы денежной меры так полно развита у Джемса Стюарта, что его бессознательные последователи — бессознательные, так как они даже его не знали — не могли изобрести ни нового способа выражения, ни даже нового примера». Впрочем, прогресс в экономической науке со времен Маркса оказал свое влияние: надо отдать справедливость Эльстеру—Бендиксену: они пользуются новыми примерами, способ выражения у них также иногда своеобразен. Но за этими поправками утверждение Маркса сохранило свою силу в течение полувека; даже его указание на бессознательных последователей целиком относится к Бендиксену, который в одном месте указывает, что есть два пути разработки денежной теории: 1) изучение всей предшествующей литературы, в особенности английской и 2) работа в области практики денежного обращения. Путь Бендиксена, разумеется, второй. Отсутствие у Бендиксена подозрений насчет существования Дж. Стюарта — вещь более чем вероятная.

А между тем в новизне харталистов основательно слышится Стюартовская старинка.

В самом деле — счетные деньги и монетные деньги Стюарта — вот вам абстрактные и конкретные деньги Бендиксена; показатель пропорции и всеобщий знаменатель находятся в большой логической близости; указание Стюарта, что денежная единица не может находиться в постоянном отношении к определенному количеству золота и т. д., лишь перефразировано Бендиксеном в его рассуждении о том, что всеобщий знаменатель не может совпадать с одним из числителей (ex definitione). Характерно, что и в определении причин, влияющих на ценность товаров, мистицизм Эльстера является лишь пересказом мысли Стюарта о «капризах людей». Наконец, сравнение единицы ценности с градусом и минутой также характерно для представителя нации мореплавателей XVIII века, как сравнение с метром — для немца XX века.

В чем однако основная ошибка Дж. Стюарта и его «бессознательных последователей» Бендиксена—Эльстера? В самом первобытном и безнадежном смешении мерила ценности и масштаба цен. Наш любитель «синтеза понятий» Эльстер, который на каждом шагу клянется логикой и научным образованием понятий, напрасно сваливает с больной головы на здоровую, когда он упрекает металлистов в смешении единицы ценности и мерила ценности. Если некоторые из буржуазных металлистов действительно грешны в этом отношении, то у других мы встречаем довольно ясное отделение этих двух понятий. Так, например, К. Менгер совершенно отрицает за деньгами функцию «мерила ценности», вполне последовательно полагая, со своей точки зрения — теории субъективной ценности, что необходимость существования мерила ценности, как предпосылки обмена — полнейший абсурд. Менгер признает поэтому за деньгами лишь роль масштаба и показателя цен<ref>Статья в Hwb d. SW. В. IV. S. 582 и след.</ref>.