Редактирование: Розенберг Д. Комментарии к «Капиталу» К. Маркса (раздел)

===== VI. Генезис промышленного капиталиста =====

Промышленный капитал здесь понимается Марксом не в узком смысле, не в смысле капитала, вложенного исключительно в промышленность. Здесь речь идет о промышленном капитале, господствующем над всем общественным производством, опирающемся на широко разветвленную систему торговли и кредита и подчиняющем себе государственную власть (превращающем ее в «комитет» по управлению своими делами). Словом, речь идет о промышленном капитале, возникновение которого означает возникновение новой, капиталистической системы. Торговый и ростовщический капитал «достигают зрелости в самых различных общественно-экономических формациях»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 759.</ref>. Но лишь промышленный капитал возвещает новую общественно-экономическую формацию — капитализм. Между тем из описанных до сих пор процессов еще не видно, как возник промышленный капиталист, олицетворение промышленного капитала в широком смысле слова. Правда, уже известные нам перевороты, имевшие своим исходным моментом революцию в сельском хозяйстве, обусловили возникновение пролетариев на одном полюсе и фермеров на другом, а также создали внутренний рынок, который промышленность, выделившуюся из сельского хозяйства, вновь объединил в одну систему с сельским хозяйством (раньше они были соединены в пределах каждого отдельного хозяйства). Эти перевороты очистили почву и для появления промышленного капиталиста. Им могли стать и часто становились зажиточные ремесленники и даже кое-кто из рабочих, которым улыбнулось счастье. Из мелких зародышевых капиталистов благодаря накоплениям из получаемой ими прибавочной стоимости постепенно вырастали крупные капиталисты. Но такая постепенность, «черепашьи темпы этого метода никак не соответствовали торговым потребностям нового мирового рынка, созданного великими открытиями конца XV века»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 759.</ref>. Определяющую роль в так называемом первоначальном накоплении играют торговый и ростовщический капитал, унаследованные еще от средних веков и — по мере того как феодализм сдавал свои позиции в деревне и стало возможным перенести промышленные предприятия в сельские местности, вне контроля цехов, долгое время вообще мешавших развитию промышленного капитала, — в значительной своей части превратившиеся в промышленный капитал. Исследование Маркса в этом параграфе сосредоточено не на превращении старомодных торговцев и ростовщиков в современных промышленных капиталистов, а на тех переворотах, ареной которых являлся уже весь земной шар, а не только «национальная» территория. Параллельно ограблению «своих» крестьян и образованию внутреннего рынка совершались колоссальные грабежи в колониях и вновь открытых странах: создавался мировой рынок. Все это ускорило процесс первоначального накопления и сыграло решающую роль в выдвижении промышленного капитала.

Колониальная система, государственный кредит, налоги, протекционизм, торговые войны — вот отдельные звенья единой цепи, сотканной из грабежей и убийств, совершенных во всех частях света, и всевозможных видов экспроприации широких слоев трудящихся. Каждое из перечисленных звеньев внесло свою лепту в общий фонд первоначального накопления, послужившего широким основанием, на котором было воздвигнуто здание промышленного капитализма.

Вновь открытые страны и завоевание колоний доставили громадные количества благородных металлов, развили мореходство, поставили на широкую ногу торговлю колониальными товарами, сделали торговлю рабами обильным источником обогащения, наконец, создали обширный рынок в мировом масштабе для начавшего развиваться капиталистического производства. Государственный кредит тесно связан с колониальной системой: последняя требовала громадных расходов, которые покрывались из государственных займов. Выгоды от колониальной системы получала возвышающаяся буржуазия, а расходы по этой системе несла вся нация, платившая (не считая других жертв) проценты по заключенным займам. «Единственная часть так называемого национального богатства, которая действительно находится в общем владении современных народов, это — их государственные долги». И Маркс тут же иронически добавляет: «Вполне последовательна поэтому современная доктрина, что народ тем богаче, чем больше его задолженность»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 764.</ref>.

Государственные займы, с одной стороны, повлекли за собой налоговую систему, которая стала «необходимым дополнением системы государственных займов»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 766.</ref>. Налоги являлись тем источником, из которого платили проценты по займам. С другой стороны, государственный долг создал «акционерные общества, торговлю всякого рода ценными бумагами, ажиотаж, одним словом — биржевую игру и современную банкократию»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 765.</ref>, Кредиторами государства вначале были частные группы спекулянтов-финансистов, вскоре превратившиеся в национальные банки, получившие право эмиссии банкнот. Этими банкнотами ссужалось и правительство, т.е. фактически не банки оказывали кредит правительству, а публика, бравшая банкноты (ведь правительство пустило их в оборот), однако проценты получали банки (Маркс иллюстрирует это на примере Английского банка, возникшего в 1694 г.).

Протекционизм ставил своей задачей «фабриковать фабрикантов»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 767.</ref>. При помощи высоких пошлин затруднялся, а иногда совсем запрещался ввоз готовых изделий, но их вывоз всячески поощрялся путем установления экспортных премий. Разрушалась промышленность в колониях, этим путем избавляя «национальную» промышленность от конкурентов. Протекционизм и колониальная система вели к торговым войнам, из которых Англия, точнее, английская буржуазия, выходила победительницей и наследницей колоссальных богатств, награбленных Испанией, Португалией, Голландией, т. е. к собственным грабежам присоединяла плоды грабежей и этих стран.

Все пути вели к одному: к отделению средств производства от производителей и, стало быть, к превращению производителей в пролетариев, а их средств производства — в капитал.