Редактирование: Рубин И. Очерки по теории стоимости Маркса (раздел)

==== IV. Трудовая стоимость и цены производства ====

Теперь наконец, мы можем считать, что цепь логических звеньев, образующих марксову теорию цен производства, замкнулась. Цепь эта состоит из следующих основных звеньев: ''производительность труда — абстрактный труд — стоимость — цена производства — распределение капиталов — распределение труда''. Если мы сравним эту шестичленную схему с четырехчленною схемою простого товарного хозяйства: производительность труда — абстрактный труд — стоимость — распределение труда, то увидим, что звенья схемы простого товарного хозяйства вошли в схему капиталистического хозяйства. Следовательно, теория трудовой стоимости представляет собою необходимый базис теории цен производства, а последняя — необходимое развитие первой.

Выход в свет III тома «Капитала» породил огромную литературу о так называемом «противоречии» между I и III томами «Капитала». Критики утверждали, что в III томе Маркс в сущности отказался от своей теории трудовой стоимости, а некоторые предполагали даже, что при составлении I тома «Капитала» Маркс еще не подозревал о тех трудностях и «противоречиях», к которым будто бы приводит теория трудовой стоимости при объяснении средней нормы прибыли. Предисловие К. Каутского к III тому «Теорий прибавочной стоимости» документально доказывает, что к моменту выхода в свет I тома «Капитала» теория цен производства, изложенная в III томе «Капитала», была уже выработана Марксом во всех ее деталях. Уже в I томе Маркс неоднократно отмечает, что в капиталистическом обществе средние рыночные цены отклоняются от трудовой стоимости. Содержание III тома «Теорий» убеждает нас также в другом, более существенном обстоятельстве. Вся послерикардовская политическая экономия вращалась вокруг вопроса об отношении между трудовою стоимостью и ценою производства, разрешение этого вопроса представляло историческую задачу экономической мысли, и в ее разрешении Маркс видел особую заслугу своей теории стоимости.

Критики, усматривавшие противоречие между обоими томами «Капитала», исходили из узкого взгляда на теорию стоимости исключительно как на формулу количественных пропорций обмена товаров. С этой точки зрения учение о трудовой стоимости и учение о цене производства представлялись им не двумя логическими этапами или ступенями абстракции одних и тех же экономических явлений, но двумя отдельными теориями, утверждения которых носят противоположный характер. Первая теория утверждает, что товары обмениваются пропорционально затратам труда, необходимого для их производства, вторая теория утверждает, что они обмениваются не пропорционально этим затратам. Какой странный метод абстракции, говорили критики Маркса, сперва утверждать одно, а потом другое, противоположное ему. Но эти критики упускали из виду, что количественная формула обмена товаров представляет собою только последний вывод из весьма сложной теории, изучающей как социальную ''форму'' явлений стоимости, выражающую определенный тип общественных производственных отношений между, людьми, так и ''содержание'' этих явлений, роль их в качестве регулятора распределения общественного труда.

Анархия общественного производства; отсутствие непосредственных общественных отношений между производителями; взаимодействие их трудовых деятельностей через вещи, продукты труда; связь между движением производственных отношений людей и движением вещей в процессе материального производства; «овеществление» первых, превращение их свойств в свойства «вещей», — ''все эти явления товарного фетишизма одинаково присущи всякому товарному хозяйству, как простому, так и капиталистическому'', они одинаково характеризуют и трудовую стоимость и цену производства. Но всякое товарное хозяйство основано на разделении труда, т. е. представляет систему распределенного труда. Каким же образом происходит это распределение общественного труда между различными сферами производства? Оно направляется механизмом рыночных цен, вызывающих приливы и отливы труда. Колебания рыночных цен обнаруживают известную закономерность, вращаются вокруг некоторого среднего уровня, «стабилизатора» цен, как удачно назвал его Оппенгеймер<ref>''Oppenheimer'', Wert und Kapifalprofit, 1922, S. 23.</ref>. Этот «стабилизатор» цен, в свою очередь изменяющийся в зависимости от развития производительности труда, и служит регулятором распределения труда. ''Развитие производительности труда воздействует на распределение общественного труда через механизм рыночных цен, движение которых подчинено закону стоимости''. Таков простейший, абстрактный механизм распределения труда в товарном хозяйстве. Этот механизм также одинаково присущ всякому товарному хозяйству, в том числе и капиталистическому. Другого механизма распределения труда, как через колебания рыночных цен, в капиталистическом обществе не существует. Но так как капиталистическое общество представляет собою более сложную систему общественных производственных отношений, в которой люди относятся друг к другу не только как товаровладельцы, но и как капиталисты и наемные рабочие, — то указанный механизм распределения труда действует здесь более сложным образом. Так как простые товаропроизводители затрачивают в производстве свой собственный труд, то развитие производительности труда, выражающееся в трудовой стоимости продукта, вызывает приливы и отливы труда, т. е. влияет на распределение общественного труда. Другими словами, простое товарное хозяйство характеризуется непосредственною причинною связью между производительностью труда, выражающейся в трудовой стоимости продуктов, и распределением труда<ref>Строго говоря, эта причинная связь также не является непосредственною, поскольку производительность труда воздействует на распределение труда только через изменение трудовой стоимости. Поэтому мы и говорим о «производительности труда, выражающейся в трудовой стоимости продуктов».</ref>. В капиталистическом обществе эта причинная связь не может быть непосредственною, так как распределение труда совершается через посредство распределения капиталов. Развитие производительности труда, находящее свое выражение в трудовой стоимости продуктов, не может воздействовать на распределение труда иначе, как посредством воздействия на распределение капиталов. А такое воздействие на распределение капиталов в свою очередь возможно только при том условии, если изменения производительности труда и трудовой стоимости вызывают изменения в издержках производства или в средней норме прибыли, т. е. влияют на цену производства.

Итак, схема: производительность труда — абстрактный труд — стоимость — распределение труда, представляет, так сказать, ''теоретическую модель непосредственной причинной связи между развитием производительности труда, выражающейся в трудовой стоимости и, распределением общественного труда''. Схема: производительность труда — абстрактный труд — стоимость — цена производства — распределение капиталов — распределение труда представляет ''теоретическую модель той же самой причинной связи'', причем производительность труда воздействует на распределение труда не непосредственно, а через «промежуточные звенья» (выражение, часто употребляемое в этом случае Марксом): цену производства и распределение капиталов. В обеих схемах исходное и конечное явления те же самые, и самый механизм причинной связи между ними один и тот же. Но в первой схеме мы предполагаем, что причинная связь носит более прямой, непосредственный характер. Во второй схеме мы вводим усложняющие моменты, промежуточные звенья. Это — обычный путь абстрактного исследования, путь, к которому Маркс прибегает во всех своих построениях. Первая схема представляет собою более абстрактную, упрощенную модель явления, но модель необходимую для понимания более сложной формы явления, как оно происходит в капиталистическом обществе. Если бы мы ограничились теми промежуточными звеньями, которые бросаются в глаза на поверхности явлений капиталистического хозяйства, а именно ценою производства и распределением капиталов, то исследование наше осталось бы незаконченным, и притом в обоих направлениях, в исходном и конечном пунктах. За исходный пункт мы приняли бы цену производства, т. е. издержки производства плюс средняя прибыль. Но, поскольку цену производства мы объясняем издержками производства, мы просто отсылаем от стоимости продукта к стоимости составных его элементов, т. е. не выходим из порочного круга. Что касается средней прибыли, то нам остаются непонятными как ее размер, так и ее изменения. Цена производства может быть, таким образом, объясняема только изменениями в производительности труда и трудовой стоимости продуктов. С другой стороны, мы не вправе останавливаться, как на конечном пункте нашего исследования, на распределении капиталов, а должны перейти к распределению общественного труда. Таким образом, теория цен производства должна непременно найти свой базис в теории трудовой стоимости. Но, с другой стороны, последняя должна найти свое дальнейшее развитие и завершение в первой. Маркс отвергал всякие попытки построить теорию капиталистического хозяйства непосредственно из теории трудовой стоимости, минуя промежуточные звенья средней прибыли и цены производства. Он характеризовал их, как «попытки насильственно и непосредственно приспособить конкретные отношения к простому отношению стоимости» (Theorien, III, S. 145), «попытки представить существующим то, что на деле не существует» (там же, S. 97).

Итак, теория трудовой стоимости и теория цен производства представляют собою не теории двух различных типов хозяйства, а теорию одного и того же капиталистического хозяйства, взятую на двух различных ступенях научной абстракции. Теория трудовой стоимости есть теория простого товарного хозяйства не в том смысле, что она описывает тип хозяйства, предшествовавший капиталистическому, а в том смысле, что она описывает только одну сторону капиталистического хозяйства, а именно производственные отношения между товаропроизводителями, характеризующие всякое товарное хозяйство.