Редактирование: Ланде Е. Механистический метод и обоснование теории стоимости (раздел)

== 3. Субстанция и форма стоимости ==

Выше мы установили, что понятие стоимости «независимо от формы» имеет чисто-количественную и, таким образом, внеисторическую характеристику. Это позволяет нам быть уверенными, что проблема субстанции стоимости разрешается Коном в духе Богданова.

Рассмотрим три ответа, которые дает Кон. В первом издании его «Курса» мы находим следующий ряд формулировок по этому вопросу:

<blockquote>«Труд, затраченный на производство товара, называется стоимостью товара. Он является основой меновой стоимости и образует ее субстанцию» (стр. 37).
</blockquote>
Как видно из этой формулировки, Кон отождествляет труд со стоимостью (труд… называется стоимостью). Этот же самый труд является ее субстанцией. Субстанция стоимости есть стоимость! На следующей странице Кон «углубляет» свое понимание субстанции стоимости: «Меновая стоимость… является формой проявления стоимости, как основы (субстанции) меновой стоимости» (стр. 38). Стоимость, следовательно, является субстанцией меновой стоимости. Первая формулировка, значит, не случайна: стоимость есть субстанция стоимости и стоимость есть субстанция меновой стоимости. Что скрывается за этим субстанциональным словоблудием?

Вспомним, что Кон определяет абстрактный простой труд, который одновременно является и субстанцией стоимости и стоимостью, как «целесообразную затрату физиологической энергии».

Следовательно, субстанцией стоимости является «целесообразная затрата физиологической энергии», т. е. логическая внеисторическая категория. Одновременно этот труд… называется стоимостью. Следовательно, и стоимость есть просто «целесообразная затрата физиологической энергии», что утверждает и Богданов. А так как стоимость является субстанцией меновой стоимости, то оказывается, что основой (субстанцией) меновой стоимости является все та же «целесообразная затрата физиологической энергии», которая имеет ''внеисторический'' характер.

[# 90] В статье в «ВКА» Кон «разъяснил» свою позицию подробнее: надо различать, — говорит он, — абстрактный ''живой'' труд как процесс труда и абстрактный ''овеществленный'' труд. Первый представляет собой логическую категорию, второй — специфически меновую категорию. Стоимостью является абстрактный ''овеществленный труд''» (см. «ВКА» № 25, стр. 270).

Но как после этих разъяснений Кон разрешает проблему субстанции стоимости? Является ли ею абстрактный ''живой'' труд (логическая категория) или абстрактный ''овеществленный'' труд (историческая категория)?

В той же статье Кон определяет субстанцию стоимости так: «Субстанция стоимости — общественный (и общественно-необходимый) ''абстрактный простой труд в его специфически меновой форме''» (Там же, стр. 264).

Следовательно, субстанцией стоимости является абстрактный ''овеществленный'' труд, т. е. историческая меновая категория. Для того, чтобы отгородиться от Богданова, Кон должен признать исторический характер труда, лежащего в основе стоимости. Но при этом он попадает в тот же порочный круг, который мы отметили выше: с одной стороны, абстрактный овеществленный труд есть стоимость (см. там же, стр. 270), с другой стороны, абстрактный овеществленный труд в приведенной выше цитате является ''субстанцией'' стоимости. Получается тот же круг: субстанция стоимости есть стоимость.

И, наконец, последний нам известный ответ мы находим в 2-м издании его «Курса»:

<blockquote>«Субстанцией стоимости является не материя, из которой состоит товар как вещь, но общественный абстрактный простой труд, затрачиваемый на производстве товара. Этот труд представляет собой ''живой'' (курсив наш. ''Е. Л.'') процесс» (2-е изд. «Курса», стр. 28).
</blockquote>
В другом месте там же (стр. 41) он опять подчеркивает, что субстанцией стоимости является абстрактный труд как ''живой'' процесс, создающий стоимости, но сам стоимости не представляющий. Но ведь абстрактный труд, как живой процесс, — это логическая внеисторическая категория. Итак, конечный результат: ''труд, создающий стоимости — внеисторическая категория''.

Кону очень хочется отмежеваться от богдановщины (очень уж одиозна богдановщина, чтобы с ней солидаризоваться), но этого ему не удается, ибо исходные основы позиции у Кона те же, что у Богданова и Степанова. Ибо у Кона «работа научного познания» начинается количественным внеисторическим подходом.

Как Маркс разрешает проблему субстанции стоимости? В том месте I т. «Капитала», где он ''впервые'' употребляет слово субстанция, он говорит: «Все эти вещи представляют теперь лишь выражения того, что в их производстве затрачена человеческая рабочая сила, накоплен человеческий труд. Как кристаллы этой общей им всем ''общественной'' (курсив наш. ''Е. Л.'') субстанции, они являются стоимостями, товарными стоимостями» (Капитал, т. I, стр. 5, изд. 1920 г.).

Абстрактный труд, затраченный на производство товара, это есть общественный труд ''менового'' общества. Это — труд, создающий стоимость и являющийся ее субстанцией. У Кона субстанцией стоимости является ''логическая'' категория. Труд, создающий стоимости, — внеисторическая категория. Чем же Кон отличается от Богданова?

Количественный подход в обосновании теории стоимости приводит Кона к отождествлению стоимости и меновой стоимости, формы стоимости и формы ''проявления'' стоимости.

[# 91] В I издании «Курса» Кон пишет: «Стоимость и меновая стоимость — ''это одна и та же'' категория, только рассматриваемая с различных точек зрения» (стр. 38).

Та же мысль выражена им и в определении товара: «Товар представят собой единство потребительной стоимости и меновой стоимости» (пр. 36). Давая это определение ''в конце'' изложения теории стоимости, отождествляя стоимость и меновую стоимость, Кон игнорирует совершенно определенное заявление Маркса: «Когда мы в начале этой главы, ''следуя ходячему обозначению'', говорили: товар есть потребительная стоимость и меновая стоимость, то, ''строго говоря, это было неверно''. Товар есть потребительная стоимость или предмет потребления и «стоимость». Он ''обнаруживает'' эту свою двойственную природу, когда его стоимость получает собственную, отличную от его натуральной формы, ''форму проявления'' и именно форму меновой стоимости, при чем ''товар, рассматриваемый изолированно, никогда не обладает этой формой'', но обладает ею всегда лишь ''в отношении'' стоимости, или в меновом отношении к другому неоднородному с ним товару. Раз мы это помним, указанное выше ''неточное словоупотребление'' не приводит к ошибкам, но служит только для сокращения» (Капитал, т. I, стр. 28).

Маркс ясно указывает, что меновая стоимость — это форма ''проявления'' стоимости, в меновой стоимости товар «''обнаруживает''» свое бытие как стоимости. Маркс указывает, что товар, ''рассматриваемый изолированно'', никогда не обладает этой формой меновой стоимости, ибо меновая стоимость — это только «отличная от натуральной формы» товара форма проявления стоимости.

Что же представляет собою «товар, рассматриваемый ''изолированно''»? У Маркса есть на это ясный ответ: «Когда мы говорим, как стоимость, товары суть простые сгустки человеческого труда, то наш анализ сводит товары к ''абстрактной стоимости'', но не выражает их ни в какой форме стоимости, отличной от их натуральной формы» (Капитал, т. I, стр. 18).

Товар, рассматриваемый изолированно, обладает «''абстрактной'' стоимостью» или имманентной формой стоимости.

Товар, рассматриваемый в отношении к другому товару или «в ''отношении'' стоимости» (Wertverhältnis), обладает «формой стоимости, ''отличной от его натуральной формы''», ибо натуральное тело товара <math display="inline">Б</math> ''выражает'' (обнаруживает) стоимость товара <math display="inline">А</math>. В предисловии к I изданию «Капитала» Маркс писал, что «для непосвященного анализ ее (формы стоимости товара. ''Е. Л.'') ''покажется просто рядом хитросплетений и мелочей''. И это действительно мелочи, но мелочи такого рода, с какими имеет дело, например, микроскопическая анатомия» (стр. XLII).

В чем заключаются эти «мелочи»? — А в том, что форма стоимости («абстрактная стоимость») — это форма общественного труда менового общества. Это — ''качественная'' характеристика продукта частного труда, товара.

«Форма стоимости, отличная от натуральной формы товара» (меновая стоимость) — это обнаружение, ''внешнее'' проявление этой качественной характеристики, единство качественной и количественной характеристики товара.

Для Кона с его количественным подходом к теории стоимости, «товар, рассматриваемый изолированно, — это простой сгусток затраченной на его производство физиологической энергии» (ср., например, «Курс», 2-е изд., пр. 20), и, как затрата физиологического труда, этот «кристалл труда» [# 92] определяется им чисто-количественно. Это — кристалл бескачественной субстанции.

Почему же этот кристалл становится стоимостью? Потому, — отвечает Кон, — что он является меновой стоимостью. «Меновая стоимость… придает труду, затраченному на производство товара, форму, превращающую его из труда в стоимость» («Курс», 2-е изд., стр. 30).

Или иначе: продукт труда обладает стоимостью, потому что является меновой стоимостью.

Но почему не наоборот: по Марксу, продукт труда обладает меновой стоимостью потому, что он является стоимостью? Потому что Кон форму проявления стоимости отождествляет с формой стоимости. Форма стоимости как таковая должна естественно быть для Кона простым «хитросплетением». Поэтому для него «стоимость и меновая стоимость — это одна и та же категория».

Итак, мы можем констатировать, что количественный подход к построению теории стоимости ведет к извращению учения Маркса о субстанции, и форме стоимости, извращению в духе богдановщины.

Субстанцией стоимости оказывается абстрактный труд, как логическая категория. Труд, лежащий в основе стоимости, имеет ''внеисторический'' характер. Этот результат совершенно неизбежен, поскольку исходной категорией политической экономии становится абстрактный труд, как логическая категория, как «целесообразная затрата физиологической энергии, и только». Кон попытался переключиться на качественную характеристику труда, образующего стоимость. Но попал при этом в логический круг: субстанция стоимости есть стоимость. Когда же он попытался выйти из этого порочного круга, субстанцией стоимости у него оказался абстрактный живой труд, т. е. логическая категория. Кон в цепких объятиях Богданова.

На путях количественного, механистического подхода неизбежно извращается учение Маркса о форме стоимости. Имманентная форма стоимости («Wertgegenständlichkeit») отождествляется с формой проявления стоимости, меновой стоимостью. Здесь мы видим столь характерное для механистов понимание качества, отождествление понятия качества и свойства. Качество у механистов дано только как ''отношение'' количеств, т. е. как свойство, обнаруживаемое предметом в его ''внешней'' жизни.