Редактирование: Григоровичи Т. Теория стоимости у Маркса и Лассаля (раздел)

== Глава первая. Различие между теориями стоимости Маркса и Лассаля в рамках старой критики ==

Как мы заметили уже во введении, наиболее распространенный взгляд на пункты расхождения между теориями стоимости Маркса и Лассаля сводится к тому, что черты различия между этими теориями следует искать исключительно только в различном понимании «общественно-необходимого труда». Эта точка зрения, насколько нам известно, впервые была высказана ''Генрихом Зибелем'' в его работе «Учения современного социализма и коммунизма» (1872 г.); эту же точку зрения защищали ''Франц Меринг'' в своей книге «Германская социал-демократия, ее история и ее учение» (1877 г.) и редакция социалистического журнала «Die Zukunft»; наконец, в середине девяностых годов ее сторонниками и защитниками были ''Густав Майер'' и ''Ламперт Отто Брандт''.

Если формулировать в нескольких словах господствующую точку зрения на различие между теориями стоимости Лассаля и Маркса, — точку зрения, которая была высказана впервые в начале семидесятых годов и которая находит сторонников среди различных авторов вплоть до наших дней, — то ее можно выразить следующим образом: различие это состоит в том, что понятие «общественно-необходимого труда», принимаемого и Марксом и Лассалем за единственный источник всякой стоимости, имеет у одного одно значение, а у другого — другое. Маркс понимает под «общественно-необходимым трудом» труд средней степени умелости и интенсивности, выполняемый при нормальных условиях производства, тогда как Лассаль вводит в это определение еще новый элемент, элемент ''целесообразности, приспособления к реальным количественным потребностям общества''. Для того, чтобы труд был «общественно-необходимым» и создавал стоимость, он, по мнению Лассаля, должен не только протекать при нормальных условиях производства и при средней интенсивности и умелости, как думал Маркс, но и соответствовать данному ''количеству'' общественных потребностей и в этом смысле быть затраченным целесообразно. Таким образом, определение «общественно-необходимого труда», данное Марксом, становится уже и одностороннее Лассалевского определения и составляет только часть последнего.

Это различие определений «общественно-необходимого труда», как источника всякой стоимости, логически должно было привести Маркса и Лассаля к различным результатам в дальнейшем развитии их экономических построений. Если этого не случилось, то это объясняется исключительно только непоследоватеьностыо Лассаля.

Такова в кратких чертах сущность господствующего мнения о различии между теориями стоимости Маркса и Лассаля. Послушаем однако сторонников этой точки зрения и присмотримся внимательно к их аргументации.

<blockquote>«Маркс вполне прав, — читаем мы в «Учениях современного социализма и коммунизма» Генриха фон-Зибеля, — когда он говорит, что труд создает стоимость лишь постольку, поскольку он является “общественно-необходимым” трудом. Если машинное прядение в определенный промежуток времени может дать в 30 раз больше пряжи, чем ручной прядильщик, то пряжа ручного прядильщика, даже, если бы он изо всех сил старался в продолжение целого месяца, представляет лишь стоимость одного рабочего дня. Но прав и Лассаль, когда он говорит: если человеческое общество сегодня, например, нуждается в одном миллионе аршин шелка, а предприниматели произвели пять миллионов аршин, то стоимость аршина шелковой материи должна упасть, по крайней мере, до одной пятой, ибо потребность всех индивидуумов в труде, затрачиваемом на производство шелка, не возросла; четыре пятых затраченного труда не оказались таким образом “общественно-необходимыми”. Нетрудно видеть, — продолжает Зибель, — что термин “общественно-необходимый труд” в обоих случаях употребляется в совершенно различном смысле. В первом случае он обозначает минимум труда, необходимого для того, чтобы произвести определенную массу товаров, а во втором — максимум труда, удовлетворяющего совокупной потребности рынка. В первом случае товарная стоимость изменяется, благодаря изменению производящей рабочей силы; во втором случае она, при той же рабочей силе, изменяется благодаря изменению последней по отношению к потребности»<ref>''Heinrich v. Sybel'', Die Lehren des heutigen Sozialismus und Kommunismus», Bonn 1872, стр. 14—15.</ref>.
</blockquote>
Итак, различие между теорией стоимости Маркса и теорией Лассаля ясна. Оба считают «общественно-необходимый труд» единственным источником всякой стоимости, но в то время как Маркс понимает под «общественно-необходимым трудом» человеческий труд, как таковой, труд, необходимый для производства определенного предмета, Лассаль понимает под этим не просто продолжительность, но и целесообразность труда в смысле его соответствия количеству общественных потребностей.

Зибель придает огромное значение этому различию в определении «общественно-необходимого труда», как источника всякой стоимости, ибо если признать, что труд сам по себе, безотносительно к его целесообразности, есть источник всякой стоимости, то, оставаясь последовательным, придется согласиться с Марксом и в том, что стоимость создают только рабочие и что прибыль предпринимателей объясняется исключительно только эксплоатацией рабочих, несправедливым присвоением излишка продукта, их труда над заработной платой. Но мы придем к другим, выводам, — рассуждает Зибель, — если мы будем считать источником и мерилом стоимости ''целесообразность'' труда, ибо отсюда с неоспоримой ясностью вытекает, «что только ''тот'' человек в действительности придает труду стоимость, который накладывает на него печать ''целесообразности'', ставит перед ним полезные цели и для осуществления этих целей открывает и применяет соответствующие средства»<ref>''Heinrich v. Sybel'', там же, стр. 29.</ref>; в применении к процессу труда на крупной мануфактуре или на фабрике это означает, что лицом, придающим «обрабатываемым материалам качество стоимостей», следует считать не рабочего, а того, кто ставит перед трудом цель, т. е. предпринимателя. «Он нащупывает конъюнктуру, определяет соответственно конъюнктуре характер и объем производства, достает машины, заботится об их усовершенствовании, подбирает и нанимает рабочих»<ref>Там же, стр. 30.</ref>, словом, лишь он превращает сам по себе мертвый труд в труд целесообразный, создающий стоимость. Наемные же рабочие суть лишь орудия в руках предпринимателя, «одушевленные человеческие орудия, которые в силу этого являются для процесса труда, протекающего на фабрике, ничем иным, как особого рода инструментами, функционирующими наряду с машинами»<ref>Там же, стр. 31.</ref>. Они поэтому создают стоимость лишь в том же смысле, «как машины, с которыми они работают совместно»<ref>Там же.</ref>. Конечно, заработная плата входит в стоимость товара, но лишь в том смысле, «как часть издержек на иголку и ножницы входит в сюртук, изготовленный портным». Но никто не будет делать отсюда того вывода, «что иголка и ножницы создали сюртук и его стоимость; в крупной промышленности создателем стоимости и прибавочной стоимости является, таким образом, не труд рабочего, обслуживающего машину, а умственный труд господствующего над машиной предпринимателя»<ref>Там же, стр. 32.</ref>.

Этот вывод, по мнению Зибеля, логически неизбежен, если вместе с Лассалем считать источником стоимости не просто труд, а ''целесообразный'' труд. И этот вывод, который опрокидывает как теорию стоимости и прибавочной стоимости Маркса, так и всю его экономическую систему, лишний раз показывает, какое огромное принципиальное различие существует между теориями стоимости Маркса и Лассаля. Если Лассаль сам был недостаточно проницателен, чтобы заметить это различие, то острый ум Маркса обнаружил его с первого взгляда. Отсюда и его полемика против Лассаля. Ту же точку зрения на различие между теориями стоимости Маркса и Лассаля, которую развивал Зибель, защищал и Франц Меринг в своей работе «Германская социал-демократия, ее история и ее учение»<ref>Правда, Меринг, как мы увидим ниже, изменил свою точку зрения в этом вопросе. Мы, однако, считаем необходимым остановиться детальнее на взглядах, излагаемых им в упомянутой книге, ибо на ней базируется ряд работ, появившихся в свет значительно позже работы Меринга.</ref>. Меринг тоже сводит это различие к различному пониманию «общественно-необходимого труда» у Маркса и у Лассаля. Правильность этой точки зрения Меринг доказывает, цитируя и сопоставляя два примера, которые были употреблены Марксом и Лассалем для иллюстрации их теорий стоимости.

<blockquote>«В первом томе “Капитала” — рассуждает Меринг — Маркс дает следующее определение “общественно-необходимого труда”, овеществленного в стоимости товаров: общественно-необходимый труд или общественно-необходимое рабочее время есть “рабочее время, которое требуется для изготовления какой-нибудь потребительной стоимости при наличных нормально-общественных условиях производства и при среднем в данном обществе уровне умелости и интенсивности труда”<ref>''К. Маркс.'' «Капитал», т. I, стр. 5—6 (мы цитируем по русскому переводу Базарова и Степанова, изд. 1920 г.).</ref>. Для того, чтобы разъяснить это определение читателю, Маркс приводит следующий пример: “Так, в Англии, после введения парового ткацкого станка, для превращения данного количества пряжи в ткань требуется, быть может, лишь половина того труда, который затрачивался на это раньше. Конечно, английский ручной ткач и после того употребляет на это превращение столько же рабочего времени, как прежде, но теперь продукт его индивидуального рабочего часа представляет лишь половину по сравнению с общественным рабочим часом, и стоимость этого продукта уменьшилась поэтому вдвое. Итак, — заключает дальше Маркс, — величина стоимости данной потребительной стоимости определяется лишь количеством труда, или количеством рабочего времени, общественно необходимого для его изготовления”<ref>Там же, стр. 6.</ref>».
</blockquote>
Сопоставляя только что приведенное место из «Капитала» с примером Лассаля о 5-ти миллионах аршин шелка, Меринг заявляет, что понятие «общественно-необходимого труда» имеет у Маркса другой смысл, чем у Лассаля. «Маркс имеет в виду труд, как таковой, поскольку он не расточается в силу индивидуальной ленности, неумелости, непригодности орудий и т. п. Лассаль же, как видно из его примера, считает эту предпосылку далеко недостаточной, ибо он предполагает, что его 5 миллионов аршин шелка произведены вполне целесообразно; он признает, что труд образует стоимость лишь постольку, поскольку он сообразуется «с действительными потребностями отдельных индивидуумов», т. е. с целями общества, и поскольку он представляет собой, целесообразно направляемый труд…». «По Лассалю — пишет Меринг — только цель, которая ставится труду, может вдохнуть в само по себе мертвую рабочую силу общественную душу стоимости; вообще, только эта цель делает рабочую силу фактором, образующим стоимость»<ref>''Franz Mehring'', «Die deutsche Sozialdemokratie. Ihre Geschichte und ihre Lehre. 3. Auflage, Bremen. 1879, стр. 292.</ref>.

Введя момент целесообразности в качестве необходимого условия всякого образующего стоимость труда, Лассаль, по мнению Меринга, вносит в теорию Маркса совершенно новый элемент, элемент изменяющихся общественных потребностей. Но с введением этого элемента в Марксову теорию стоимости «в учении Маркса исчезает все характерное и решающее, все социалистическое, ибо предприниматели, которые направляют труд сообразно изменяющимся потребностям общества, являются при этих условиях не бесполезными трутнями в пчелином улье, а принимают такое же участие в создании стоимостей, как рабочие, которые выполняют работу»<ref>Там же, стр. 290.</ref>. Меринг полагает, что Маркс в силу этого соображения по праву упрекает своего бывшего друга и ученика, Лассаля, в том, что он в значительной мере не понял его учения. «На самом деле, — аргументирует Меринг, — если признать, что только цель делает само по себе мертвую рабочую силу фактором, образующим стоимость, то тем самым «переворачивается краеугольный камень учения Маркса, и построенное им с таким усилием здание трескается по всем швам»<ref>Там же, стр. 292.</ref>, ибо отсюда логически вытекает, что сам по себе человеческий труд ''может'' создавать стоимость, т. е. представляет собой необходимый фактор стоимости…, но, что он фактически ''создает'' стоимость лишь постольку, поскольку он сообразовывается с вечно меняющимися «реальными потребностями индивидуумов»<ref>Там же, стр. 294.</ref>. Дело рабочего производить работу; дело предпринимателя приспособлять ее к потребностям общества. А если это так, то необходимо признать, что рабочий и предприниматель являются «равноправными, одинаково важными факторами»<ref>Там же, стр. 295.</ref> образования стоимости.

Как теория стоимости, так и теория прибавочной стоимости Маркса кажутся этим самым опровергнутыми. Поскольку отвлекаются от целесообразности труда, последний сам по себе не создает никакой стоимости. Труд же предпринимателя, который заключается в определении цели производства, образует необходимый фактор образования стоимости; следовательно, предпринимательская прибыль ни в коем случае не покоится на эксплоатации рабочих; более того, она является заслуженной долей предпринимателя в продукте процесса труда, ибо его труд создает стоимость.

В 1894 году появилась диссертация Густава Майера под заглавием: «Лассаль, как социал-экономист». В этой работе мы находим ту же точку зрения, что и у Меринга. «Маркс, — говорит Майер, — совершенно прав, утверждая, что Лассаль ''неверно'' понял его, Маркса, т''еорию стоимости'', ибо она действительно приняла у Лассаля совершенно другой вид»<ref>''Gustav Mayer.'' «Lassalle als Nationaloekonom» Berlin, 1894, стр. 103.</ref>. Но если мы спросим, в чем заключается этот «совершенно другой вид», то мы получим тот же ответ, что у Зибеля и Меринга. «Общественно-необходимый труд», который и Маркса, и Лассаль считают единственным источником всякой стоимости, имеют у обоих различный смысл: «''По Марксу общественно-необходимым рабочим временем является время, которое требуется для изготовления какой-либо потребительной стоимости при наличных общественно-нормальных условиях производства, и при среднем в данном обществе уровне умелости и интенсивности труда. Лассаль, напротив того, определяет общественно-необходимое рабочее время следующим, образом: под общественно-необходимым рабочим временем следует понимать то время, которое требуется для производства какого-нибудь предмета в таком количестве, какое необходимо для покрытия существующей потребности''»<ref>Впрочем, мы у Лассаля нигде не находим дословно такого определения «общественно-необходимого труда». Его можно вывести разве только из упомянутого примера о 5-ти миллионах аршин шелка.</ref>.

«Нетрудно видеть, — продолжает Майер, — глубокое различие между этими двумя концепциями. В то время, как ''Маркс'' в своем определении общественно-необходимого рабочего времени, как и во всей своей теории стоимости, совсем ''не учитывает момента потребностей'', определение Лассаля покоится целиком на этом моменте. В то время, как Маркс сознательно элиминирует соотношение между спросом и предложением, Лассаль своим определением снова вводит эту специфическую черту индивидуалистического народного хозяйства»<ref>Там же. стр. 103—104.</ref>. Подобно Зибелю и Мерингу, Майер доказывает это на основании известного примера Лассаля о 5-ти миллионах аршин шелка, причем он приходит к тем же самым выводам, что и названные авторы. «Именно ''отвлечение от потребностей'' в данных товарах придала ''теория стоимости Маркса ее социалистический'' Лассаль же, ''поставив стоимость товаров в зависимость от колебаний спроса'', незаметно для самого себя стал на почву ''капиталистического'' хозяйственного строя и на сторону либеральных экономистов»<ref>Там же, стр. 105—106.</ref>.

«Вывод отсюда тот, что социалистические построения Лассаля, поскольку они вытекают из его теории стоимости, находятся в вопиющем противоречии с последней. Так, например, совершенно непонятно, каким образом Лассаль мог вывести из своей теории стоимости право рабочего на полный продукт труда и неправомерность предпринимательской прибыли, «раз именно из ''его'' учения о стоимости вытекает, что сословие предпринимателей в пределах народного хозяйства, организованного на началах обмена, не только необходимо, но что оно непосредственно создает стоимости. ''Предприниматель'' является теперь тем элементом, который стремится внести порядок в хаос потребления и производства; он сравнивает ''наличный'' запас благ с тем количеством товаров, которое ''необходимо для покрытия потребностей'', и соответственно этому направляет производство как в количественном, так и в качественном отношении. Предприниматель изучает конъюнктуру и ставит свою производительную деятельность в зависимость от общественных потребностей. Само собой разумеется, что он не может этого делать безвозмездно. Избыток над издержками производства, который перепадает ему при продаже благ, т. е. ''предпринимательская прибыль'', является при ''современных условиях вполне законной''. Если бы рабочие стали производить без руководства и без знания законов мирового рынка, то их труд почти никогда не был бы трудом, создающим стоимости»…<ref>Там же, стр. 106—107.</ref>.

Впрочем, изложение Майера покоится целиком на выводах Меринга, работу которого («Германская социал-демократия, ее история, ее учение») он часто цитирует.

С той же точкой зрения мы встречается, наконец, у Л. О. Брандта, в его диссертации: «Социально-экономические воззрения и практические предложения Фердинанда Лассаля»<ref>''L. О. Brandt'', «Ferdinand Lassalles sozialökonomische Anschauungen und praktische Vorschläge». Jena, 1895, стр. 50.</ref>.

Но если ранее цитированные нами авторы считали необходимым подкрепить свои взгляды кое-какими доказательствами, то Л. О. Брандт уже считает это совершенно излишним. Ему оставалось только констатировать давным-давно установленный факт. И на самом деле, представление о том, что различие между теориями стоимости Маркса и Лассаля сводится к различному пониманию общественно-необходимого труда, получило столь широкое распространение, что его одинаково разделяли и друзья, и недруги, и сторонники, и противники Марксовой теории стоимости.

Так, например, в социалистическом журнале «Die Zukunft» была помещена рецензия на книгу Франца Меринга «Германская социал-демократия и т. д.», в которой рецензент, сторонник Марковской теории стоимости, пишет следующее: «К понятию общественно-необходимый труд, под которым Маркс разумеет… (следует Марксово определение общественно-необходимого труда), ''Лассаль'', и другие ученики ''Маркса'' прибавили еще такую мысль: ''рабочее время, необходимое для того, чтобы доставить обществу такое количество продуктов, которое соответствует его реальным потребностям''. Различие бьет в глаза, но это толкование… чуждо марксистской теории, по крайней мере, той, которая изложена в “Капитале”»<ref>«Die Zukunft». Sozialistische Revue. Berlin, 1877, стр. 94, примечание.</ref>.

Редакция «Zukunft’а», между прочим, согласилась с мнением рецензента.

Итак, большинство сторонников Марксовой теории стоимости разделяли вместе со своими противниками тот взгляд, что Лассаль дал неверное толкование заимствованному им у Маркса понятию общественно-необходимого труда. Они, однако, не усматривали в этом ни малейшего повода к тому, чтобы согласиться с теми выводами, которые сделали из этого противники Маркса. И они поступили совершенно правильно. Сам по себе факт расхождения между лассалевским определением понятия «общественно-необходимый труд» и определением Маркса, — если расхождение это заключалось в том, на что указывалось выше, — не имеет никакого отношения к тем выводам, которые сделали из него противники Маркса, так как поскольку они, — базируясь на определении, согласно которому, трудом, создающим стоимость, является труд, затрачиваемый целесообразно и соответствующий количественным и качественным потребностям человеческого общества, — силились доказать, что производителен не только физический, но и умственный труд, их попытки были совершенно напрасны. Ибо ни о Марксе, ни о Лассале нельзя сказать, что они недооценивали умственный труд по управлению предприятием. Им и в голову не приходило, каким бы то ни было образом оспаривать право на вознаграждение этого рода труда. Напротив того, поскольку этот труд не покоится на антагонизме между рабочими и собственником средств производства, но вытекает из самой природы общественного процесса труда, как Маркс так и Лассаль считали его трудом, образующим стоимость, но именно поэтому они относили вознаграждение предпринимателя за затраченный им в качестве руководителя производства умственный труд, равно, как и вознаграждение рабочих за их физический труд, не к предпринимательскому доходу, а к ''заработной плате''. Маркс определенно указывает на то, что «представление о предпринимательской прибыли, как о вознаграждении за труд надзора, покоится отчасти на том, что часть прибыли в самом деле можно обособить, как заработную плату, и она действительно обособляется таким, образом, или, точнее, наоборот: часть заработной платы на основе капиталистического способа производства кажется составной, слагающей частью прибыли»<ref>«Капитал», т. III, часть I, стр. 309—370 (цитировано по русскому переводу изд. 1923 г.).</ref>. Но эта часть дохода капиталиста не имеет ничего общего с предпринимательской прибылью, как таковой. Она может быть представлена самостоятельно, отдельно от предпринимательской прибыли, а именно «в форме содержания управляющего в таких отраслях предприятий, размер и т. д. которых допускает настолько достаточное разделение труда, что можно установить особую заработную плату для управляющего»<ref>Там же, стр. 370.</ref>. Лассаль также подчеркивает, что та часть дохода предпринимателя, которая составляет вознаграждение за затраченный им в качестве руководителя предприятием труд, «не включается им в понятие прибыли на капитал»<ref>«Ferdinand Lassalles Reden und Seliriflen». Berlin 1893. Том III, стр. 205. Мы цитируем Лассаля по Глаголевскому изданию, но не везде буквально.</ref>. В «Системе приобретенных прав» Лассаль определяет прибыль на капитал, как премию, которая «''возникает из разности'' между ''продажной ценой'' продукта и суммой заработных плат и жалований, выплачиваемых всем, ''в том числе и умственным'' работникам, которые каким бы то ни было образом способствовали производству прибыли»<ref>Там же, стр. 798.</ref>. Исполняется ли эта умственная работа самим предпринимателем или работниками умственного труда, которые у него служат, — это безразлично.

Итак, вопрос не в том, создается ли стоимость умственным трудом, в частности, трудом руководителя предприятия. Этого никто не оспаривал. Дело идет и не о том, имеет ли предприниматель право на вознаграждение за затраченный умственный труд. Этого тоже не оспаривали ни Маркс, ни Лассаль. Вопрос ставится так: ''весь'' ли предпринимательский доход может быть сведен к заработной плате? Ибо, что отличало в этом вопросе Маркса и Лассаля от их критиков, так это то, что последние видели в предпринимательском доходе ''только'' возмещение за умственный труд предпринимателя, тогда как Маркс и Лассаль считали доказанным, что это возмещение (предполагается, что капиталист является в то же время управляющим предприятия) представляет собой лишь незначительную часть предпринимательской прибыли и что оно поэтому не в состоянии объяснить последнюю. Это возражение остается, очевидно, в силе, независимо от того, понимаем ли мы создающий стоимость общественно-необходимый труд в техническом смысле, как Маркс, или же в смысле его соответствия количественным потребностям общества, как у Лассаля. А если это так, то попытку вывести из второго определения общественно-необходимого труда оправдание предпринимательской прибыли, — попытку сведения последней к заработной плате за труд, образующий стоимость, следует признать неудавшейся. Что управление предприятием является умственным трудом, образующим стоимость, — этого не отрицали ни Маркс, ни Лассаль; доказывать это было бы излишне. Но что предпринимательская прибыль есть не что иное, как вознаграждение за этот производительный труд, — этого ни на основании первого, ни на основании второго определения труда, создающего стоимость, доказать нельзя.

Для нас, поскольку мы поставили себе определенную, узкую, ограниченную задачу, эта сторона вопроса не имеет особого значения. Мы отмечаем ее только для того, чтобы, показать, какое оружие критики научного социализма надеялись найти в новом понимании общественно-необходимого труда.

Нас интересует в первую голову вопрос о том, насколько цитированные выше авторы правильно поняли различие между теориями стоимости Маркса и Лассаля, когда они усматривали это различие в различном понимании общественно-необходимого труда. Верно ли, что Лассаль понимал общественно-необходимый труд в приписываемом ему смысле, и если да, то противоречит ли его понимание пониманию Маркса? На эти вопросы мы должны ответить до того, как мы перейдем к обсуждению вопроса о значении для теории стоимости этого различного понимания одного и того же термина.

Но прежде, чем заниматься этими вопросами, придется ответить еще на один вопрос, а именно, что сам Маркс вкладывал в понятие общественно-необходимого труда? Чтобы судить о Лассале и правильности его понимания термина Маркса, мы сперва сами должны уяснить себе смысл, который вкладывал в этот термин Маркс. Эта тема представляется нам тем более благодарной, что в этом вопросе, вплоть до настоящего времени существуют самые разнообразные мнения.