Редактирование: Бауэр О. Квалифицированный труд и капитализм (раздел)

== 3. Стоимость рабочей силы ==

Рассуждения Дейча о стоимости квалифицированной рабочей силы резюмируются в следующей фразе: стоимость всякого товара, следовательно и рабочей силы, определяется общественно-необходимым для его производства рабочим временем. Для производства квалифицированной рабочей силы, кроме необходимых для ее воспроизводства средств существования и труда учителей, требуется также собственный труд ученика в процессе обучения. Следовательно, этот труд также увеличивает стоимость квалифицированной рабочей силы.

Формальная правильность этого вывода бесспорна; но представляет ли первая посылка столь общеобязательное суждение, что из нее можно делать такой вывод? Разве нельзя представить себе, что как раз квалифицированная рабочая сила занимает в товарном мире особое положение, вследствие чего собственный труд ученика в процессе обучения, хотя и необходим для производства квалифицированной рабочей силы, однако нисколько не увеличивает ее стоимости? Этот вопрос вынуждает нас развернуть всю проблему стоимости рабочей силы и вспомнить, откуда мы вообще знаем, что и стоимость рабочей силы определяется общественно-необходимым для ее производства количеством труда. Разобраться в посылке Дейча тем более необходимо, что именно в последние годы вопрос о стоимости рабочей силы неоднократно поднимался противниками марксизма, и первые критики книги Дейча в своих возражениях опять ставят тот же вопрос. Поэтому мы на короткое время оставим проблему квалифицированной рабочей силы и сперва займемся вопросом о стоимости рабочей силы вообще.

Возьмем сперва простое воспроизводство, то есть капиталистический способ производства, при котором вся прибавочная стоимость потребляется и ни одна часть ее не накопляется. Первоначально высота заработной платы представляет здесь исторический факт: «labouring poors» (рабочие-нищие) прежних эпох получали не больше, чем сколько необходимо было для воспроизводства их рабочей силы. Какое же действие оказывает развитие производительных сил на распределение производимой стоимости между классом капиталистов и классом рабочих? Повышение производительности труда понижает стоимость отдельного товара и тем повышает покупательную силу денежной заработной платы. Но при капиталистическом способе производства повышение производительности труда происходит посредством изменения органического состава капитала. Все большая часть капитала превращается в постоянный капитал, все меньшая — в переменный. Так как мы предположили простое воспроизводство, то есть исключаем накопление, то переменный капитал уменьшается не только относительно, но и абсолютно. При неизменном уровне денежной заработной платы уменьшившийся переменный капитал может занять лишь меньшее число рабочих. Отсюда возникает промышленная резервная армия безработных. Но безработные, под страхом голодной смерти, не могут надолго уйти из процесса производства. Они поэтому предлагают свою рабочую силу за более низкую плату. В конце концов все рабочие опять находят занятие, но денежная заработная плата для всех рабочих упала. Итак, общее влияние прогрессивного перехода к высшему органическому составу капитала заключается, с одной стороны, в повышении покупательной силы денег и с другой стороны, в понижении денежной заработной платы. В общем и целом положение рабочих от этого не улучшается и не ухудшается, они опять ограничены средствами существования, необходимыми для воспроизводства их рабочей силы. Технический прогресс является средством не повышения реальной заработной платы, а создания относительной прибавочной стоимости. Таким путем осуществляется при простом воспроизводстве закон стоимости рабочей силы.

Отсюда, естественно, вытекает также, что стоимость рабочей силы представляет собою не математически точно определенную точку, но колеблется в пределах более или менее широкого интервала. Ибо понижение денежной заработной платы не происходит точь-в-точь в такой же степени, как повышение покупательной силы денег; первое зависит от степени изменения органического состава капитала, последнее же — от степени повышения производительности труда. Но это не имеет значения; ибо закон стоимости рабочей силы представляет лишь другое выражение для того факта, что при капиталистическом способе производства то же развитие, которое повышает производительность человеческого труда, постоянно создает также резервную рабочую армию, что поэтому повышение производительности труда ведет не к более полному удовлетворению потребностей рабочего класса, а к повышению нормы прибавочной стоимости.

Теперь нам остается только доказать, что и для ''капиталистического воспроизводства на расширенной основе'' имеет силу тот же закон, как и для простого воспроизводства.

В социалистическом обществе органы, руководящие производством и распределением продукта труда, должны были бы заботиться о том, чтобы увеличение общественного производственного аппарата всегда шло в уровень с ростом населения. Но каким образом капиталистическое общество, где увеличение общественного производственного аппарата происходит посредством накопления прибавочной стоимости, заботится о приспособлении накопления к росту населения? Такое приспособление может происходить посредством изменения ''нормы капиталистического накопления'', отношения накопляемой прибавочной стоимости к общей ''прибавочной стоимости''. Если, например, население выросло быстрее общественного капитала, то это неправильное соотношение может быть устранено тем, что класс капиталистов решится накоплять большую часть ееегодной прибавочной стоимости. Но если даже предположить, что этого не случится и что норма капиталистического накопления не изменится, все-таки существует независимый от всякой классовой психологии закон, который в конце концов опять восстановит совпадение между накоплением и ростом населения. Это произойдет благодаря изменению ''нормы общественного накопления'' как я предлагаю назвать отношение накопляемой стоимости к общей ''произведенной стоимости'' (стоимость рабочей силы <math display="inline">+</math> прибавочная стоимость). Так как из заработной платы накопляется всегда гораздо меньшая часть, чем из прибавочной стоимости, то из общей произведенной стоимости накопляется тем большая доля, чем меньше та часть ее, которая представляет собой заработную плату, и чем больше та часть, которая представляет собой прибавочную стоимость. ''При неизменной норме капиталистического накопления норма общественного накопления тем выше, чем выше норма прибавочной стоимости''. Возьмем пример. Вся произведенная обществом стоимость составляет 10 миллионов марок. Из прибавочной стоимости накопляется 30 процентов, из заработной платы — 3 процента<ref>Здесь речь идет не только об индивидуальном, но и о коллективном накоплении заработной платы; например, фонды профессиональных союзов и страховых учреждений, капиталы потребительных союзов.</ref>. При норме прибавочной стоимости в 100 % из 5 миллионов марок прибавочной стоимости накопляется 1.500.000 марок, из 5 миллионов заработной платы — 150.000 марок, итого 1.650.000 марок. Норма общественного накопления равняется 16,5 процентам. Если норма прибавочной стоимости упадет до 40 процентов<ref>Бауэр делает здесь ошибку, принимая норму прибавочной стоимости за 40%, вместо 66% (4 мил. прибавочной стоимости и 6 мил. заработной платы). ''Прим. ред.''</ref>, то, при неизменной норме капиталистического накопления, из 4 миллионов марок прибавочной стоимости накопляются 1.200.000 марок, из 6 миллионов заработной платы — 180.000 марок, итого 1.380.000 марок. Норма общественного накопления упала до 13,8 процентов. Наоборот, всякое повышение нормы прибавочной стоимости повысит также норму общественного накопления. ''Благодаря этому закону, накопление при капиталистическом способе производства всегда приспособляется к росту рабочего населения.'' Если накопление слишком незначительно и рабочее население — при неизменном органическом составе — возрастает быстрее, чем общественный капитал, то заработная плата падает, норма прибавочной стоимости повышается, а с нею и норма общественного накопления, так что накопление опять соответствует более быстрому росту населения<ref>Ошибка Франца Оппенгеймера и многих других критиков Маркса заключается в том, что они это проглядели.</ref>. Но если равновесие между нормою общественного накопления и быстротою роста рабочего населения постоянно вновь восстанавливается посредством этого механизма, то и для капиталистического воспроизводства в расширенном масштабе постоянный определяющий фактор распределения прибавочной стоимости между капиталом и трудом остается тот же, что и при простом воспроизводстве; этим фактором является то изменение производительных сил, которое находит свое экономическое выражение в прогрессивном переходе к более высокому органическому составу капитала. ''Итак, закон стоимости рабочей силы применим также к капиталистическому воспроизводству на расширенной основе.''

Во избежание недоразумений мы должны подчеркнуть, что этими простыми соображениями мы нисколько не думаем исчерпать полностью все определяющие факторы реальной заработной платы. Как раз в марксовской системе мы находим в готовом виде те экономические категории, которые надо только систематизировать с этой точки зрения, чтобы получить полный перечень указанных определяющих факторов. Так, например, следовало бы указать, что реальная заработная плата определяется количественным отношением производительного капитала к денежному и товарному, далее, отношением непроизводительно накопляемой (скрытой, мертвой) прибавочной стоимости к прибавочной стоимости, затрачиваемой на производство; что на нее влияют изменения в издержках производства денег; что профессиональная организация посредством «объединения работающих с безработными» видоизменяет экономические функции безработных, а тем самым и законы образования заработной платы; но здесь не место распространяться обо всем этом, ибо, если установленный нами закон стоимости рабочей силы и не представляет собою теории заработной платы, то все-таки он составляет прочную основу всякой такой теории.

Но здесь нас интересует другое. Мы хотели припомнить, откуда мы вообще знаем, что стоимость рабочей силы определяется общественно необходимым для ее производства трудом. Мы нашли, что этот закон нами открыт при помощи исследования о том, какое влияние оказывает развитие производительных сил на распределение произведенной стоимости между классом капиталистов и классом рабочих. Но в этом исследовании мы отвлекались от всяких различий в квалифицированности труда, признавая все виды труда одинаково квалифицированными. ''Поэтому было бы методологически недопустимо из результата этого исследования делать выводы о стоимости квалифицированной рабочей силы'', как то делает Дейч. Мы не имеем права сказать: стоимость рабочей силы определяется общественно необходимым для ее производства трудом; для производства квалифицированной рабочей силы необходим также собственный труд ученика в процессе обучения, следовательно этот труд также является одним из слагаемых, составляющих стоимость квалифицированной рабочей силы. ''Единственно правильный метод — это ввести в указанное исследование в качестве нового момента различную квалифицированность рабочей силы и поставить вопрос, видоизменяются ли и каким именно образом результаты, полученные при условии предварительного абстрагирования от различий в квалифицированности труда, вследствие того, что капитализм употребляет труд различной квалифицированности?'' Это мы должны рассмотреть здесь.

Дейч и Гильфердинг согласны в том, что в заработной плате квалифицированного рабочего скрыт постоянный фактор: часть стоимости, произведенной трудом мастеров-учителей и перенесенной на обученную рабочую силу. Итак, часть заработной платы представляет не переменный, но постоянный капитал. Более высокая квалифицированность рабочей силы означает более высокий органический состав капитала. Но переход к более высокому органическому составу постоянно создает промышленную резервную армию. Очевидно, один и тот же капитал может занять меньше рабочих в том случае, если он нуждается в квалифицированных рабочих, заработная плата которых содержит постоянный фактор, чем в том случае, если он употребляет только неквалифицированные рабочие силы. Но это обстоятельство не представляет затруднений. Ибо если необходимость занимать квалифицированных рабочих уменьшает число свободных мест для рабочих, то, с другой стороны, она уменьшает также число «рук», которые предлагают себя капиталу. Та часть рабочего населения, которая находится в процессе обучения, не выступает на рабочем рынке (или предлагает на нем не всю свою рабочую силу), а между тем она, конечно, выступала бы на этом рынке, если бы капитал мог занимать одних только неквалифицированных рабочих. Следовательно, более высокая квалифицированность труда не создает резервной армии, понижающей заработную плату; постоянный фактор заработной платы квалифицированного рабочего лишь обеспечивает создание нового поколения квалифицированных рабочих сил. Или, чтобы выразиться наглядно: квалифицированные рабочие получают более высокую заработную плату, но последняя дает им возможность сделать из своих детей квалифицированных рабочих, вместо того, чтобы посылать их на рабочий рынок в качестве неквалифицированных рабочих. Та часть стоимости квалифицированной рабочей силы, которую мы знали до сих пор под названием ''перенесенной стоимости производства'', принадлежит, если рассматривать ее с другой точки зрения, к ''стоимости воспроизводства поколений квалифицированной рабочей силы''.

Переменный капитал в 1 миллион марок может занять ежедневно 500.000 неквалифицированных рабочих при заработной плате каждого в 2 марки. Предположим, что капитал переходит к употреблению квалифицированных рабочих. От этого стоимость рабочей силы повысится на соответствующую часть перенесенной стоимости производства, скажем, до 2,5 марок. Капитал, который мог занимать 500.000 неквалифицированных рабочих сил, может теперь поставить себе на службу только 400.000 квалифицированных рабочих. Но это не создает резервной армии, понижающей заработную плату, ибо одновременно с рабочего рынка будут удалены 100.000 человек, которые частью должны сами пройти курс обучения прежде, чем они смогут появиться на рабочем рынке в качестве квалифицированных рабочих, частью же найдут себе занятия в процессе обучения других.

Но Дейч полагает, что стоимость рабочей силы увеличивается не только трудом мастеров-учителей, но также трудом самих учеников в процессе обучения; в этой стоимости он находит наряду со стоимостью воспроизводства и с ''перенесенною'' стоимостью производства также ''вновь созданную'' стоимость производства.

Итак, в нашем случае заработная плата должна подняться не до 2,5 марок, но, скажем, до 3 марок. Если это верно, то капитал сможет занять только 333.333 рабочих. Куда же денутся 66.666 рабочих, лишившихся занятий? Это — не молодые люди, которые еще не могут выступать на рабочем рынке в качестве искателей мест, пока они не сделаются квалифицированными рабочими, ибо воспроизводство квалифицированной рабочей силы покрывается повышением заработной платы до 2,5 марок, тою перенесенною стоимостью производства, которая, как мы нашли, принадлежит к стоимости воспроизводства новых поколений квалифицированных рабочих. Это будут, напротив, взрослые обученные рабочие, которые немедленно выступят на рабочем рынке в качестве резервной армии безработных и будут понижать заработную плату до тех пор, пока весь рабочий класс не будет опять низведен до уровня стоимость его воспроизводства, индивидуального и родового. Следовательно, в нашем примере, заработная плата не может удержаться надолго на 3 марках, а лишь на 2,5 марках. ''Труд самого ученика в процессе обучения не увеличивает стоимости рабочей силы, рабочий класс всегда ограничен стоимостью его воспроизводства, индивидуального и родового''. Необходимость употреблять квалифицированный труд вызывает изменение органического состава капитала; но это изменение здесь, как и повсюду, выполняет ту функцию, что не дает рабочему классу увеличить свою долю в стоимости продукта, но всегда ограничивает его стоимостью его воспроизводства, индивидуального и родового.

Мы подчеркиваем, что здесь идет речь о всем рабочем классе; ибо здесь наша задача — ответить лишь на вопрос, как видоизменяется стоимость всей совокупности рабочих сил вследствие того обстоятельства, что одна часть их должна быть квалифицированною. Распределение же этой общей стоимости между отдельными слоями рабочих представляет самостоятельную проблему, которая подлежит рассмотрению в теории ''цены'' рабочей силы<ref>Предположим, что капитал употребляет 30 процентов квалифицированных рабочих и 70 процентов неквалифицированных; но слишком значительная часть прироста рабочего населения обратилась к квалифицированным профессиям. В результате цена квалифицированных рабочих сил будет стоять ниже их стоимости, а цена неквалифицированных — выше их стоимости. В этом случае повышение стоимости всех рабочих сил благодаря квалифицированности труда проявится в повышении заработной платы ''неквалифицированных'' рабочих! Поэтому же от потомства последних произойдет часть будущего поколения квалифицированных рабочих. Этот пример показывает всю сложность проблем теории ''цены'' рабочей силы. Та же теория должна исследовать влияние того факта, что квалифицированные профессии представляют более благоприятные условия для профессиональной борьбы.</ref>.

Итак, по существу здесь прав Гильфердинг; а не Дейч; стоимость квалифицированной рабочей силы равняется всегда лишь стоимости ее воспроизводства, индивидуального и родового; она нисколько не увеличивается, вопреки мнению Дейча, от ''вновь созданной'' стоимости производства. Но так как мы нашли, что стоимость произведенного квалифицированным трудом ''товара'' включает вновь созданную стоимость производства, которой мы не находим в стоимости квалифицированной ''рабочей силы'', то, стало быть, квалифицированный труд создает ''больше прибавочной стоимости'', чем труд простой. ''Труд ученика в процессе обучения не увеличивает стоимости рабочей силы, но увеличивает стоимость товара и, следовательно, прибавочную стоимость''.

Итак, Гильфердинг правильно оценил также роль квалифицированного труда в процессе образования прибавочной стоимости. Но его обоснование неправильно. Квалифицированная рабочая сила производит больше прибавочной стоимости, чем неквалифицированная, не потому, что труд мастеров-учителей переносит на созданную им квалифицированную рабочую силу свою потребительную стоимость, а именно свою способность быть источником прибавочной стоимости. Наоборот, процесс производства, в котором участвует учитель, имеет не больше общего с процессом производства, в котором создается рабочая сила, чем процесс производства строителя ткацкого станка с процессом производства ткача; ведь учитель, если он наемный рабочий на службе у капиталиста — владельца школы, уже сам выполнил свою функцию создания прибавочной стоимости! Квалифицированная рабочая сила создает больше прибавочной стоимости, чем простая, по той причине, что труд ученика в период обучения повышает стоимость товара, но не повышает в той же мере стоимости рабочей силы. Даже ученик, который не производит еще никакого товара — за исключением своей собственной квалифицированной рабочей силы, находится на службе у класса капиталистов: он создает ''будущую прибавочную стоимость'' тогда, когда он даже не является еще наемным рабочим!

Дейч может возразить нам следующее: создание квалифицированной рабочей силы представляет собою не капиталистическое, а ''простое товарное производство'', ибо рабочий-ученик является собственником предмета труда, своего духа и тела, и продукта — своей квалифицированной рабочей силы. Но простой товаропроизводитель получает полную стоимость своего товара; как же можно отнять у квалифицированного рабочего произведенную его трудом стоимость квалифицированной рабочей силы, этой неотделимой функции его духовного и физического существа? На это мы отвечаем: то обстоятельство, что на ступени простого товарного производства производитель получает полную стоимость своего продукта, основывается на том, что он (или по крайней мере его потомки) всегда имеет возможность обратиться к другим отраслям производства, если его профессия приносит ему при обмене за 10 часов его собственного труда менее 10 часов чужого труда. Но современный рабочий может производить в качестве простого товаропроизводителя лишь единственный товар, а именно квалифицированную рабочую силу; все другие товары он может производить только в качестве наемного рабочего, на службе у капиталиста. ''Поэтому для него вообще уже более не существует закона стоимости простого товарного производства''. Он уже не может освободиться от железной необходимости прибавочного труда; цепи, привязывающие рабочий класс к капиталу, ни на минуту не оставляют его; даже производя свою квалифицированную рабочую силу, он создает прибавочную стоимость, которая первоначально остается в скрытом состоянии, но проявляется немедленно, как только рабочий в первый раз произведет товар на службе у капиталиста. Рабочий, возможно, еще не знает ни одного капиталиста и, невидимому, не служит ни одному из них, а в тихой классной комнате развивает свои духовные и физические способности; но в тот момент, когда он вступает в процесс производства, обнаруживается, что он сам навсегда будет ограничен стоимостью своего воспроизводства, индивидуального и родового (как бы она ни была высока при высокой квалифицированности труда), что его труды и его прилежание не создают ничего другого, как только большее количество прибавочной стоимости для класса капиталистов.

Какое значение имеют эти положения для объяснения эмпирических явлений повседневности, мы можем вкратце показать на одном примере. Прежде врач являлся всегда самостоятельным «простым товаропроизводителем»; то же экономическое развитие, которое лишило самостоятельности большую часть населения и осудило ее на продолжающийся всю жизнь наемный труд, все чаще делает и врача наемным рабочим капиталистического предприятия или же такого предприятия, которое, хотя и не основано капиталистами и не руководствуется капиталистическим стремлением к прибыли, все же, разумеется, не может избежать всемогущих законов капиталистического хозяйства. Как простой товаропроизводитель, врач получал полную стоимость своего товара; как наемный рабочий, врач ограничен стоимостью своего воспроизводства, индивидуального и родового. С врачами происходит теперь то, что давно уже произошло с массою квалифицированных рабочих: капитал похищает у них их стоимость производства. Общество вынуждено возместить врачу издержки его обучения, если оно хочет быть постоянно обеспечено трудом врачей; напротив, стоимость производства, созданная собственным трудом лица, изучающего медицину, так же мало возмещается капиталистическим обществом врачу, как и всякому другому рабочему<ref>И здесь цена рабочей силы врача может значительно отклоняться от стоимости, которую врачи прибавляют к стоимости всей совокупности рабочих сил. Ведь в доходе врача скрыта даже, пожалуй, прибыль на капитал. Там, где издержки обучения квалифицированного рабочего очень высоки, они рассматриваются, как ''капитал'', который требует не только своего возмещения, но также средней прибыли. Помимо этого, врач — не рабочий в точном смысле слова, которому совершенно отрезан путь к самостоятельности, хотя развитие ведет его в эту сторону. Потому по отношению к врачам еще не вполне уничтожено действие закона стоимости простого товарного производства.</ref>. В капиталистическом обществе врач так же мало может требовать от больничной кассы полной стоимости производства своей квалифицированной рабочей силы, как рабочий, работающий на фабрике потребительного общества, не может требовать полного продукта своего труда. То, что врачи приписывают недоброжелательству правления кассы, есть лишь действие неумолимых законов того капиталистического строя, сторонниками которого тем не менее объявляет себя подавляющее большинство врачей.

Таким образом и здесь обнаруживается превосходство метода Маркса: он дает нам возможность понять и объединить законами явления, которые историческая школа в лучшем случае умела лишь описывать.

Мы признали правильною изложенную Дейчем теорию стоимости товара, произведенного квалифицированным трудом; напротив, наше исследование стоимости квалифицированной рабочей силы и создаваемой ею прибавочной стоимости привело нас к другим результатам. Этим, однако, нисколько не умаляется заслуга труда Дейча; ибо и наше исследование опирается на то существенно новое, что есть в его исследовании, а именно на остроумное отделение процесса производства квалифицированной рабочей силы от процесса обучения.