Редактирование: Розенберг Д. Комментарии к «Капиталу» К. Маркса (раздел)

=== Отдел седьмой. Процесс накопления капитала ===


==== Предмет исследования ====

«Превращение известной денежной суммы в средства производства и рабочую силу, — начинает Маркс введение в настоящий отдел, — есть первое движение, совершаемое стоимостью, которая должна функционировать в качестве капитала. Происходит оно на рынке, в сфере обращения. Вторая фаза этого движения, процесс производства, закончена, поскольку средства производства превращены в товары, стоимость которых превышает стоимость их составных частей, т. е. содержит в себе первоначально авансированный капитал плюс прибавочную стоимость»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 576.</ref>. Исследование этих двух фаз составляет содержание всех предыдущих отделов, начиная со второго. Даже теория заработной платы в то же время является и завершением теории прибавочной стоимости, т. е. является составной частью последней. Следовательно, и анализ заработной платы относится к анализу первых двух фаз: 1) превращения известной денежной суммы в рабочую силу и 2) производства этой рабочей силой новой стоимости, большей стоимости, потреблением рабочей силы. Разграничение между рабочей силой и трудом, являющееся исходным пунктом теории прибавочной стоимости, исчезает в «заработной плате» — в «цене труда», но анализ заработной платы вновь восстанавливает это разграничение, а потому является завершением анализа указанных двух фаз движения капитала.

Но за этими двумя фазами следует третья фаза — опять фаза обращения, в которой товары реализуются, превращаются в деньги. Казалось бы, что вслед за исследованием первых двух фаз Маркс должен был перейти к исследованию названной третьей фазы. В пользу этого говорит еще и то, что накопление капитала, которое Марксом исследуется в настоящем отделе, предполагает именно эту третью фазу. Ведь накопление капитала есть не что иное, как превращение прибавочной стоимости в капитал, а это значит, что прибавочная стоимость реализовалась, перешла из товарной формы, в которой она была произведена, в денежную форму, в которой она может присоединиться к первоначальному капиталу. Между тем третья фаза, как и весь кругооборот капитала в целом, т. е. все его фазы, взятые вместе, исследуется Марксом во II томе «Капитала», где Маркс вновь анализирует простое и расширенное воспроизводство, т. е. вновь возвращается к тому, что им исследуется и в настоящем отделе.

Маркс в своем введении к настоящему отделу подробно выяснил предмет исследования последнего и тем самым дал ответ на указанные вопросы.

Дело в том, что анализ «процесса накопления капитала» в том разрезе, в котором он проводится Марксом в настоящем отделе, не выводит нас за первые две фазы движения капитала. В первой фазе отношения между рабочим и капиталистом устанавливаются, завязываются, во второй фазе отношения эти реализуются в прибавочной стоимости, но реализуются так, что вновь воспроизводятся. Тем, что рабочий производит прибавочную стоимость, он себя воспроизводит как наемного рабочего. Если превращение рабочей силы в товар есть исходный пункт для производства прибавочной стоимости, то и производство прибавочной стоимости становится исходным пунктом для производства рабочей силы. «Но что первоначально, — говорит Маркс, — было исходным пунктом, то впоследствии благодаря простой непрерывности процесса, благодаря простому воспроизводству, создается все снова и снова и увековечивается как собственный результат капиталистического производства»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 583.</ref>. В настоящем отделе и исследуется, как исходный пункт снова и снова становится самовозобновляющимся результатом. Анализ третьей фазы, раскрытие связанных с ней отношений и регулирующих ее законов совершенно не нужны для поставленной здесь проблемы. Ведь воспроизводство капиталистических отношений, воспроизводство рабочей силы как товара происходит лишь в силу того, что рабочий производит прибавочную стоимость, что его прибавочный труд присваивается капиталистом, а не в силу того, что реализуется произведенная стоимость или сохраненная стоимость средств производства, — это для указанной проблемы является только необходимой предпосылкой фактического порядка, которая может быть пока только предположена, но не исследована.

Также нет пока необходимости заняться и исследованием распределения прибавочной стоимости между отдельными группами капиталистов (это Марксом изучается в III томе «Капитала»). Хотя процесс капиталистического производства в целом, следовательно, и действительный ход капиталистического накопления, включает в себя эти моменты, но опять-таки для решения поставленной в настоящем отделе проблемы исследование распределения прибавочной стоимости не требуется. А от всего не только возможно, но и необходимо абстрагироваться, дабы не осложнять теоретический анализ. И Маркс заявляет: «Таким образом, сначала мы рассмотрим накопление абстрактно, т. е. просто как момент непосредственного процесса производства»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 577.</ref>.

Капиталистическое производство, как и всякое производство, не является единичным и случайным актом, оно происходит и должно происходить непрерывно. «Как общество не может перестать потреблять, так не может оно и перестать производить»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 578.</ref>. Но поскольку до сих пор капиталистическое производство изучалось лишь как процесс самовозрастания стоимости, то непрерывность его предполагалась, но не исследовалась. Не исследовалось то, как «простая повторяемость и непрерывность придают процессу новые черты». Не исследовалось потому, что для решения проблемы самовозрастания стоимости в выяснении этих новых черт не было надобности. Иное дело — проблема воспроизводства капитала: здесь непрерывность является решающим признаком этой категории. «Поэтому всякий общественный процесс производства, рассматриваемый в постоянной связи и в непрерывном потоке своего возобновления, является в то же время процессом воспроизводства»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 578.</ref>.

Следовательно, изучая в настоящем отделе капиталистическое производство как производство самих капиталистических отношений, Маркс тем самым изучает его «в постоянной связи и в непрерывном потоке своего возобновления».


==== Порядок исследования ====

Начинается отдел с небольшого введения, которое мы выше цитировали и в котором Маркс выясняет, в каком разрезе можно и нужно исследовать «процесс капиталистического накопления» уже на данной стадии теоретического анализа, т. е. в пределах I тома «Капитала». Само исследование начинается с анализа простого воспроизводства, т. е. когда еще не происходит процесс накопления. Процесс капиталистического накопления, с одной стороны, является процессом воспроизводства капитала вообще, а с другой — является воспроизводством его в расширенных размерах. Маркс обе эти стороны расчленяет: вначале им рассматривается одна сторона, т. е. воспроизводство как таковое, а это и есть простое воспроизводство, затем в исследование включается и вторая сторона, и оно становится исследованием расширенного воспроизводства, или накопления. Анализ расширенного воспроизводства в свою очередь позволяет сделать ряд обобщений и сформулировать основные тенденции развития капиталистического накопления. Они изложены в особой главе — «Всеобщий закон капиталистического накопления».

Этим в сущности исчерпывается не только тема настоящего отдела, но и тема всего I тома «Капитала» — «Процесс производства капитала». Остается еще один вопрос. В перечисленных главах выясняется, как капиталистические отношения, раз возникнув, постоянно воспроизводятся, воспроизводятся самим процессом капиталистического производства. Спрашивается: как они первоначально возникли? Без ответа на этот вопрос теория капитала не может считаться законченной. В IV главе, где Марксом впервые раскрываются условия превращения денег в капитал, он пишет: «Вопрос, почему этот свободный рабочий противостоит в сфере обращения владельцу денег, не интересует владельца денег, который находит рынок труда в готовом виде как особое подразделение товарного рынка. И нас он пока интересует столь же мало. Мы теоретически исходим из фактического положения вещей, так же как владелец денег исходит из него практически»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 180.</ref>. Исходить теоретически «из фактического положения вещей», оставлять без ответа «вопрос, почему этот свободный рабочий противостоит в сфере обращения владельцу денег», можно и даже нужно было (чтобы не осложнять исследования) в начале анализа процесса капиталистического производства, но отнюдь не в конце этого анализа. И ответ на этот вопрос дается в XXIV главе: «Так называемое первоначальное накопление».

Заканчивается отдел и вместе с тем весь I том «Капитала» XXV главой — «Современная теория колонизации», где завершается критика буржуазной теории капитала и накопления на основании буржуазной же теории колонизации. Обе теории сталкиваются, и одна — теория колонизации разоблачает другую — теорию капитала и накопления.


==== Глава двадцать первая. Простое воспроизводство ====


===== Предмет исследования =====

Простое воспроизводство — явление не типичное для капитализма, типичным является расширенное воспроизводство, или накопление. Если же Маркс все-таки начинает исследование с простого воспроизводства, то это имеет место только потому, что, прежде чем приступить к изучению превращения прибавочной стоимости в новый капитал, должен быть изучен процесс воспроизводства прежнего капитала, процесс воспроизводства капиталистических отношений вообще, абстрагируясь от их расширения. В данной главе Маркс исследует, как производство прибавочной стоимости непрерывно воспроизводит свои собственные предпосылки и условия, не осложняя пока анализа тем, что обычно эти условия и предпосылки воспроизводятся во все расширяющихся размерах.

Капиталистические отношения, как мы знаем, — овеществленные отношения, следовательно, они могут воспроизводиться, если воспроизводятся те вещи, которые их выражают, воплощают. Этими «вещами» являются средства производства и средства потребления, которые постоянно производятся, но производятся отчужденными от производителей и присвоенными капиталистами, словом, производятся как капитал. Непрерывно воспроизводящийся трудом рабочих капитал выявляет такие черты, которые скрыты у капитала, только еще начинающего свой жизненный путь, а потому представляющегося как результат сбережений, воздержания и других подобных добродетелей капиталистов. И одна из задач настоящей главы состоит в том, чтобы показать и доказать, как у воспроизводящегося капитала исчезает эта видимость (природа первоначального накопления капитала исследуется особо), доказать, что «уже простое повторение производственного процесса, или простое воспроизводство, неизбежно превращает по истечении более или менее продолжительного периода всякий капитал в накопленный капитал, или капитализированную прибавочную стоимость»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 582.</ref>.

При таком подходе к воспроизводству капиталистические отношения выступают «в непрерывном потоке своего возобновления». Следовательно, капиталистический процесс производства, рассматриваемый в постоянной связи, или процесс воспроизводства, производит не только товары, не только прибавочную стоимость, он производит и воспроизводит капиталистические отношения: капиталиста — с одной стороны, наемного рабочего — с другой.

Таков общий итог, к которому приводит исследование настоящей главы.


===== Порядок исследования =====

Исследованию предпосылается ряд замечаний, в которых дается определение воспроизводства и выясняется отношение между ним и производством. Самое исследование начинается с анализа воспроизводства переменного капитала. И тут сразу обнаруживается, какие новые черты открываются или видимость каких черт устраняется, когда переменный капитал рассматривается как непрерывно воспроизводящийся. То же самое имеет место и при рассмотрении всего капитала в целом, в его непрерывном возобновлении. Весь капитал при этом выступает в новом свете. Но большая часть главы посвящается анализу воспроизводства капиталистических отношений, которые, как отмечено было выше, получают теперь более полную характеристику.


===== Предварительные замечания =====

Воспроизводство, как оно определяется Марксом, не противопоставляется производству, а является лишь иным методом рассмотрения самого производства. Когда производство рассматривается не как единичный акт, а как непрерывно повторяющийся процесс, тогда оно становится воспроизводством. Отсюда следующие выводы: «Условия производства суть в то же время условия воспроизводства». «Если производство имеет капиталистическую форму, то и воспроизводство имеет такую же форму»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 578.</ref>.

В воспроизводстве, как и в производстве, следует различать процесс труда и те общественные отношения, при которых последний постоянно возобновляется. Воспроизводство, рассматриваемое со стороны процесса труда, означает, что средства производства, которые потребляются в этом процессе, в нем же и восстанавливаются. Вот почему под воспроизводством следует понимать не только непрерывность производства, но и связанность его, т. е. связанность между собой отдельных отраслей производства. Если мы, например, возьмем изолированно хлопчатобумажную промышленность, то хлопок и орудия труда в ней только потребляются, нет «непрерывного потока своего возобновления» — последний выступает лишь тогда, когда хлопчатобумажная промышленность берется «в постоянной связи» со всеми другими отраслями хозяйства — хлопководством, машиностроением и т. д.

С точки зрения капиталистической формы воспроизводство означает, что процесс производства не только происходит при определенных общественных отношениях, но что он их постоянно воспроизводит, воспроизводит условия производства прибавочной стоимости. А прибавочная стоимость принимает форму периодически получающегося дохода. Доход этот может полностью — как при простом воспроизводстве — потребляться, но капитал безостановочно продолжает свое плодоносное движение.


===== Воспроизводство переменного капитала =====

Переменный капитал противопоставляется рабочей силе только в форме противопоставления денег товару, или капиталист противопоставляется рабочему как владелец денег владельцу товара. Но так дело представляется до тех пор, пока акт купли-продажи рабочей силы рассматривается, во-первых, изолированно, а не как периодически повторяющийся процесс. Во-вторых, рассматривается индивидуально, т. е. один рабочий противопоставляется одному капиталисту. Но картина меняется, когда вместо одного рабочего выступает весь рабочий класс, вместо одного капиталиста — класс капиталистов в целом, — к такому подходу и обязывает точка зрения воспроизводства, — а сделки между ними рассматриваются в потоке их возобновления. Тогда становится ясно, что капиталисты платят рабочим из фонда, созданного самими рабочими: рабочие взамен их рабочей силы получают их же овеществленный труд.

Более того, рабочий свою заработную плату получает не в момент заключения договора о найме, а гораздо позже, т. е. тогда, когда стоимость его рабочей силы им уже воспроизведена и представлена в определенной части товара. Правда, последняя может быть еще не продана, а капиталист платит рабочему деньгами, но «деньги есть лишь превращенная форма продукта труда. В то время как рабочий превращает часть средств производства в продукт, часть его прежнего продукта превращается обратно в деньги. Его труд в течение прошлой недели или последнего полугодия — вот из какого источника оплачивается его сегодняшний труд или труд наступающего полугодия»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 580.</ref>.

Итак, свои средства существования рабочий класс производит сам, но противостоят они ему как переменный капитал, который, следовательно, «есть лишь особая историческая форма проявления фонда жизненных средств, или рабочего фонда»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 580.</ref>.

И это есть то новое, что раскрывает именно анализ воспроизводства переменного капитала. «Как бы то ни было, переменный капитал, — заключает Маркс — утрачивает характер стоимости, авансированной из собственного фонда капиталиста, лишь в том случае, если мы рассматриваем капиталистический процесс производства в непрерывном потоке его возобновления»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 581.</ref>.

Рабочий сам производит и воспроизводит свои средства существования, как производит и воспроизводит их крепостной крестьянин. Только производство крепостным крестьянином своих средств существования ничем не маскировалось, так как феодальные отношения выступали открыто, прозрачно, — не так, как буржуазные отношения.

То обстоятельство, что капиталист платит рабочему из продукта труда самого рабочего, не смогло ускользнуть и от наиболее вдумчивых буржуазных экономистов, но они дали этому факту совершенно неправильное толкование. Они создали теорию, что заработная плата есть доля рабочего в произведенном им продукте (неправильность этой теории был доказана раньше).


===== Воспроизводство капитала в целом =====

Воспроизводится и класс капиталистов. Капиталисты покрывают свои расходы на нужные им средства существования из своего дохода, из регулярно получаемой ими прибавочной стоимости. При простом воспроизводстве функция прибавочной стоимости только и сводится к воспроизводству класса капиталистов. Но ведь это значит, что ежегодно или в другие промежутки времени прибавочная стоимость заступает место равных ей по величине частей капитала, которые, не будь этого дохода, должны были бы быть израсходованы на содержание капиталистов. А по истечении ряда лет (определяемых величиной всего капитала, деленной на сумму ежегодно получаемой прибавочной стоимости) весь капитал оказывается замещенным прибавочной стоимостью, или — что одно и то же — капитализированной прибавочной стоимостью.

Правда, капиталист и его защитник, буржуазный экономист, озадачены: они уверены и уверяют других, что расходуется только доход, капитал же все время остается в неприкосновенности. Но они путают бухгалтерию с экономикой, по-бухгалтерски расход действительно равен доходу, и капитал по своей величине остается нетронутым, Экономическая сторона игнорируется: игнорируется, что доход — результат неоплаченного труда, а потому, «если капиталист потребил эквивалент своего авансированного капитала, то стоимость этого капитала представляет лишь общую сумму безвозмездно присвоенной им прибавочной стоимости. Ни одного атома стоимости старого капитала уже не существует»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 582.</ref>.

И этот вывод получается лишь при исследовании процесса капиталистического производства в его непрерывной повторяемости, т. е. как процесса воспроизводства.


===== Воспроизводство капиталистических отношений =====

Прежде всего необходимо привести в систему полученные результаты исследования — это облегчит понимание дальнейшего хода мысли у Маркса. Во-первых, продукт труда рабочего постоянно отчуждается от него — рабочий продает свою рабочую силу, вследствие чего продукт его труда с самого начала не составляет его собственности. Во-вторых, этот же продукт труда, являясь частично средствами производства, частично жизненными средствами (речь идет о продукте труда всего рабочего класса), противопоставляется рабочему, как постоянный и переменный капитал. «Таким образом, рабочий сам, — формулирует это положение Маркс, — постоянно производит объективное богатство как капитал, как чуждую ему, господствующую над ним и эксплуатирующую его силу»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 583.</ref>. В-третьих, поскольку продукт труда постоянно от него отчуждается и противопоставляется ему как капитал, то тем самым рабочий столь же постоянно воспроизводится как наемный рабочий. Или — что то же самое — «капиталист (последний понимается как персонифицированный капитал. — ''Д. Р.'') столь же постоянно производит рабочую силу как субъективный источник богатства, отделенный от средств ее собственного овеществления и осуществления, абстрактный, существующий лишь в самом организме рабочего»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 583.</ref>. И наконец, в-четвертых, воспроизводится и сам капиталист; рабочий, доставляя капиталисту средства существования, воспроизводит его физически, воспроизводя капитал, он воспроизводит капиталиста социально-экономически, как олицетворение капитала.

Таким образом, анализ воспроизводства переменной части капитала и всего капитала в целом является по существу анализом воспроизводства капиталистических отношений: последние воспроизводятся именно в той мере, в какой воспроизводятся средства производства и средства потребления как капитал. И Маркс, резюмируя результаты исследования воспроизводства капитала, крупными штрихами рисует в качестве результата капиталистического воспроизводства воспроизводство капиталистических отношений. Все дальнейшее исследование непрерывного производства уже самих капиталистических отношений дополняет их характеристику новыми штрихами, которые без такого подхода были бы скрыты за видимостью явлений. Они сводятся к следующему.

Рабочий нанимается у капиталиста на определенный срок, по истечении которого договор должен возобновляться. Дело представляется таким образом, что 1) рабочий принадлежит капиталисту только на указанный в договоре срок, 2) что даже в пределах этого срока он принадлежит ему лишь во время фактической работы, когда рабочий занят производительным потреблением средств производства, но отнюдь не тогда, когда он занят своим индивидуальным потреблением. Но это оказывается лишь видимостью явления, обусловленной тем, что рабочий юридически, формально свободен, и право распоряжаться его трудом капиталист получает лишь с его согласия (на основании договора). Эта видимость исчезает, как только отношения между рабочим и капиталистом берутся в классовом разрезе, т. е. как отношения между рабочим классом и классом капиталистов. Один рабочий становится на время принадлежностью одного капиталиста в силу заключенного между ними договора, рабочий класс принадлежит классу капиталистов уже не в силу договоров, а в силу того, что средства производства отчуждены от первого и монополизированы вторым.

Отсюда вывод: рабочий принадлежит капиталисту всегда, а не только в продолжение обусловленного срока, не только во время фактического труда. «Индивидуальное потребление рабочего составляет момент в производстве и воспроизводстве капитала независимо от того, совершается ли оно внутри или вне мастерской, фабрики и т. д., внутри или вне процесса труда, подобно тому как таким же моментом является чистка машины независимо от того, производится ли она во время процесса труда или во время определенных перерывов последнего»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 585.</ref>.

К этому приводит не только теоретический анализ: это косвенно засвидетельствовано самими капиталистами и подтверждено фактами капиталистической действительности. Маркс приводит требование капиталистов — воспретить безработным эмигрировать на том основании, что они могут понадобиться капиталу по ликвидации кризисов: им приводятся и такие факты, как запрещение в Англии в 1815 г. машиностроительным рабочим эмигрировать под угрозой тяжкого наказания.

Основой такого требования запрета и его фактического выполнения может быть лишь тот факт, что рабочих считают собственностью капитала.


===== Примечание к двадцать первой главе =====

1. Начиная с этой главы, Маркс (мы об этом подробно говорили в тексте) исследует производство «в постоянной связи и непрерывном потоке возобновления». Здесь же мы хотим подчеркнуть, что не правы те, кто утверждает, будто Маркс в I томе «Капитала» (в настоящем отделе) рассматривает лишь воспроизводство индивидуального капитала, а во II томе (в третьем отделе) им рассматривается воспроизводство общественного капитала (на такой же точке зрения стоит Роза Люксембург в своей книге «Накопление капитала»). Это неверно: уже тем, что Маркс рассматривает производство «в постоянной связи», он исследует его не как производство индивидуального капитала, а как производство общественного капитала. Впрочем, Маркс сам разъясняет, что он понимает под «постоянной связью». «Иначе выглядит, — писал Маркс, — дело, если мы рассматриваем не отдельного капиталиста и не отдельного рабочего, а класс капиталистов и класс рабочих, не единичные процессы производства, а весь капиталистический процесс в его потоке и в его общественном объеме»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 592.</ref>.

Итак, рассмотрение производства в точки зрения воспроизводства есть в то же время рассмотрение капиталистического процесса производства «в его общественном объеме» и, следовательно, в разрезе отношений класса капиталистов и класса рабочих — на это следует обратить внимание.

Дело в том, что скрытой предпосылкой утверждения, что воспроизводство общественного капитала еще не исследуется в I томе, является то, что общественный капитал возникает якобы только в обращении, где отдельные индивидуальные капиталы сталкиваются между собою, воздействуют друг на друга и образуют единое движение совокупного капитала общества в целом. А так как в I томе еще не дан анализ процесса обращения капитала, то будто бы там не может быть исследовано и воспроизводство общественного капитала. Но названная скрытая предпосылка совершенно ошибочна, совокупность всех индивидуальных капиталов в обращении не становится общественным капиталом, а лишь проявляется как единый общественный капитал и проявляется потому, что уже в процессе производства индивидуальные капиталы являются частью общественного капитала.

2. Различие между тем, как Маркс рассматривает воспроизводство в I томе «Капитала» и как во II томе, лежит совсем в иной плоскости. Воспроизводство включает в себя и обращение, но здесь последнее предполагается, но не исследуется; во II же томе «Капитала» предметом является воспроизводство, когда непосредственно исследуется и процесс обращения. В I томе Марксом раскрывается сущность капиталистического воспроизводства. Во II томе изучаются форма движения как индивидуального, так и общественного капитала и условия этого движения.


==== Глава двадцать вторая. Превращение прибавочной стоимости в капитал ====


===== Предмет исследования =====

Сам Маркс определяет его так: «Раньше, — говорит он, — мы исследовали, каким образом прибавочная стоимость возникает из капитала, теперь посмотрим, каким образом капитал возникает из прибавочной стоимости»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф''. Соч. 2-е изд., т. 23, с. 592.</ref>. Но, недоумевающе спросит читатель, ведь это мы уже видели раньше, в главе о простом воспроизводстве, тем более, что и Маркс дальше об этом напоминает: «Мы видели, — пишет он, — что даже при простом воспроизводстве весь авансированный капитал, каково бы ни было его первоначальное происхождение, превращается в накопленный капитал, или капитализированную прибавочную стоимость»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф''. Соч. 2-е изд., т. 23, с. 601.</ref>. Следовательно, и простое воспроизводство есть превращение прибавочной стоимости в капитал.

Однако недоумение легко рассеется, если мы вспомним, что при простом воспроизводстве авансированный капитал превращается в накопленный капитал лишь по стоимости. Выясняя в предыдущей главе смысл капитализации прибавочной стоимости при простом воспроизводстве, Маркс подчеркивает: «Но здесь дело идет о стоимости капитала, а не о его материальных составных частях»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф''. Соч. 2-е изд., т. 23, с. 582.</ref>. Действительно, прибавочный продукт при простом воспроизводстве состоит и должен состоять исключительно из предметов потребления для капиталистов, иначе он не мог бы быть полностью ими потреблен, стало быть, он не может быть превращен в вещные элементы капитала. При расширенном воспроизводстве, наоборот, часть прибавочного продукта состоит и должна состоять из вещественных элементов капитала. «Но, не совершая чуда, можно превращать в капитал лишь такие предметы, которые могут быть применены в процессе труда, т. е. средства производства, и, далее, такие предметы, которые способны поддерживать жизнь рабочего, т. е. жизненные средства… Одним словом, прибавочная стоимость лишь потому может быть превращена в капитал, что прибавочный продукт, стоимостью которого она является, уже заключает в себе вещественные составные части нового капитала»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф''. Соч. 2-е изд., т. 23, с. 594.</ref>.

Таким образом, в настоящей главе исследуется превращение прибавочной стоимости в капитал, происходящее в силу того, что прибавочный продукт «уже заключает в себе вещественные составные части нового капитала». При простом воспроизводстве авансированный капитал перерождается: меняется его происхождение, так как он становится капитализированной прибавочной стоимостью, хотя количественно остается тем же. В процессе расширенного воспроизводства, «перерожденный» капитал изменяется и количественно, к капиталу прежней величины прибавляются все новые и новые капиталы. И в этой главе в исследовании ударение ставится именно на количественный рост капитала, выясняя характер этого роста и те факторы, которые его обусловливают и ускоряют.

Отсюда также следует, что функция прибавочной стоимости при простом воспроизводстве немного иная, чем при расширенном. При простом воспроизводстве капитал лишь воспроизводится благодаря прибавочной стоимости; при расширенном воспроизводстве он воспроизводится в расширенном масштабе.


===== Порядок исследования =====

Прежде всего исследуется, как расширенное воспроизводство, являющееся типичным для всякого прогрессирующего общества, под властью капитала принимает форму превращения прибавочной стоимости в капитал, или — что одно и то же — принимает форму накопления капитала. Этот анализ показывает, что прибавочная стоимость превращается не только в переменный капитал, а в переменный и постоянный капитал, — этим самым вскрывается ошибка классиков, утверждавших, что новый капитал расходуется исключительно на заработную плату. Но не вся прибавочная стоимость превращается в капитал; часть ее идет на личное потребление класса капиталистов. Это обстоятельство разрешает проблему капитала и дохода, а также разоблачает пресловутую теорию воздержания и ставит вопрос о действительных факторах, определяющих темп и степень накопления капитала. Глава заключается критикой теории так называемого «рабочего фонда». К этому приводит все исследование, раскрывающее мифичность существования такого фонда.

Глава разделена на пять параграфов, в которых рассматриваются в указанной последовательности все перечисленные вопросы.


===== I. Капиталистический процесс производства в расширенном масштабе =====

Этот параграф имеет еще один заголовок — «Превращение законов собственности товарного производства в законы капиталистического присвоения», — подчеркивающий особенности капиталистического расширенного воспроизводства.

Расширенное воспроизводство, взятое вне исторически обусловленной общественной формы, взятое как расширяющийся процесс труда, означает: 1) что из годового общественного продукта покрыты израсходованные в течение года средства производства и средства потребления; 2) что за вычетом их имеется еще излишек, одна его часть может по своим естественным свойствам быть использована в качестве средств производства, другая — в качестве средств потребления для добавочных рабочих, если производительность, интенсивность и экстенсивность труда остаются неизменными. Таким образом, расширенное воспроизводство при неизменности перечисленных величин предполагает также и рост рабочего населения. С другой стороны, безболезненный рост всего населения, а также его развитие (удовлетворение развивающихся потребностей) возможны лишь на основе расширенного воспроизводства.

Так обстоит дело с точки зрения общественного производства вообще, но иначе оно представляется с капиталистической точки зрения. Общий годовой продукт принимает форму товара и капитала, точнее, принимает товарную форму капитала, одна часть которого возмещает потребленный постоянный капитал, другая часть — переменный капитал, а третья часть составляет прибавочную стоимость, в свою очередь делящуюся на две части: одна идет на содержание капиталистов, а другая — на добавочный капитал. Как происходит возмещение частей прежнего капитала и весь процесс воспроизводства — это специально изучается Марксом во II томе «Капитала». Здесь необходимо сосредоточить внимание на том, что, с одной стороны, добавочный переменный капитал превращается в добавочную рабочую силу (если интенсивность и экстенсивность труда остаются прежними) на основе законов товарного обращения. А с другой стороны, «с самого своего рождения он (добавочный капитал. — ''Д. Р''.) не заключал в себе ни единого атома стоимости, который бы возник не из чужого неоплаченного труда»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 595.</ref>. Следовательно, законы собственности, тесно связанные с товарным производством (это было выяснено еще во II главе), превращаются в свою противоположность, в законы капиталистического присвоения, в отрицание права собственности на продукты своего труда и утверждение права собственности на продукт чужого труда.

Маркс особенно подчеркивает, что «превращение» это происходит таким образом, что законы товарного производства не нарушаются, а, наоборот, лишь при капитализме получают свое настоящее развитие, свою полную значимость. «Цепь» получается следующая: 1) товарное производство начинается с превращения продуктов труда в товары; 2) полное свое развитие оно получает лишь с превращением в товар рабочей силы. «Но лишь начиная с этого момента товарное производство принимает всеобщий характер и становится типичной формой производства»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 600—601.</ref>; 3) рабочая сила, став товаром, уже постоянно производится как товар; 4) потребление ее столь же постоянно производит стоимость, большую, чем ее собственная стоимость (и в этом нет никакого нарушения закона товарообращения); 5) часть произведенной прибавочной стоимости превращается в добавочный переменный и постоянный капитал. На протяжении всей «цепи» нигде нет прорыва, вся она соткана из обмена эквивалентов на эквиваленты, и все же последнее звено является полнейшим отрицанием первого. Превращение продуктов труда в товары означает действие права собственности, основанного на собственном труде; обмен рабочей силы на добавочный капитал, в котором нет «ни единого атома стоимости, который бы возник не из чужого неоплаченного труда», есть полное отделение собственности от труда.

Все это исследование заострено против Прудона, «который хочет уничтожить капиталистическую собственность, противопоставляя ей… вечные законы собственности товарного производства!»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 601, примечание.</ref>.

Как мы видим, эти «вечные законы» получают свое развитие, начинают действовать в полную силу именно на базисе наемного труда, на базисе капитализма.


===== II. Ошибочное понимание политической экономией воспроизводства в расширенном масштабе =====

Маркс имеет в виду классиков — А. Смита и Рикардо, которые, с одной стороны, сделали значительный шаг вперед в определении накопления, а с другой — допустили грубую ошибку, унаследованную затем всей домарксовой политической экономией.

Классики правильно указали, что накопление не следует смешивать с собиранием сокровищ и с образованием запасов. И в том, и в другом случае нет нового прироста, а есть лишь отсрочка, лишь замедление потребления произведенных благ. Более того, собирание сокровищ или чрезмерное накопление запасов является основным препятствием, стоящим на пути накопления, так как последнее получается лишь в результате производительного потребления средств производства и потребления жизненных средств производительными рабочими. Отсюда классиками сделан еще один правильный вывод: производительным потреблением и, следовательно, накоплением является только потребление производительных рабочих, которые создают больше, чем потребляют, — праздная часть населения потребляет, но не производит. Но они ошибочно полагали, будто «та часть дохода, о которой говорится, что она присоединилась к капиталу, потребляется производительными рабочими»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 603.</ref>. Иными словами, они полагали, что новый капитал является исключительно переменным капиталом, или, как они выражались, он расходуется только на заработную плату.

Эта ошибка связана и даже обусловлена другой ошибкой классиков, утверждавших, будто стоимость товара разлагается только на прибыль, ренту и заработную плату. И здесь из виду упускается постоянный капитал, вернее, он сведен к указанным трем видам дохода. В самом деле, если капитал и доходы — это одно и то же, то накопление, действительно, должно сводиться к превращению большей части дохода в заработную плату, в средства потребления для большего количества рабочих, которые произведут еще больше.

Но мы уже знаем, что стоимость товара равняется <math display="inline">\text{с +v+ m}</math>, а всякий авансированный капитал = <math display="inline">\text{с +v}</math>.


===== III. Разделение прибавочной стоимости на капитал и доход =====

Маркс предупреждает, что слово «доход» употребляется в двояком смысле: «во-первых, для обозначения прибавочной стоимости как продукта, периодически возникающего из капитала, во-вторых, для обозначения части этого продукта, периодически потребляемой капиталистом или присоединяемой им к своему потребительному фонду» 2(Там же, с. 605, примечание.). Здесь, слово «доход» употребляется во втором смысле: доход как одна часть прибавочной стоимости противопоставляется другой, капитализирующейся, части. И степень накопления зависит от того, — если дана прибавочная стоимость, — в какой мере она делится на указанные две части.

Отсюда следует, что 1) доход и капитал (т. е. капитализирующаяся часть прибавочной стоимости) изменяются в противоположном направлении: чем больше доход, тем меньше капитал, и обратно; 2) что применяемый в данной стране капитал представляет собой величину не постоянную, а переменную. Второй тезис нам нужно запомнить: он пригодится при рассмотрении теории рабочего фонда. Здесь важно лишь подчеркнуть, что историческая «миссия» капиталиста состоит в накоплении, в превращении большей части прибавочной стоимости в капитал, но отнюдь не в потреблении. «Лишь постольку, поскольку капиталист есть персонифицированный капитал, он имеет историческое значение и … историческое право на существование»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 605.</ref>.

Маркс не останавливается на обстоятельствах, определяющих деление прибавочной стоимости на капитал и доход. Он иронически рисует драму, которая переживается капиталистом, — борьбу между страстью к накоплению и страстью к наслаждениям. Капиталист как воплощение капитала, знающий только одну заповедь: «накопляйте и накопляйте», приходит в столкновение с капиталистом, которому не чуждо все человеческое. С дальнейшим развитием капитализма эта борьба разрешается тем, что возрастание прибавочной стоимости настолько велико, что ее хватает и на «приличный» доход, и на не менее «приличное» накопление. Тем более, что «на известной ступени развития некоторый условный уровень расточительности, являясь демонстрацией богатства и, следовательно, средством получения кредита, становится даже деловой необходимостью для «несчастного» капиталиста»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 607.</ref>. История манчестерской промышленности дает наглядное подтверждение сказанному: она пережила четыре периода, и в последний период борьба между страстью к накоплению и страстью к наслаждению нашла полное примирение; манчестерские фабриканты стали и много накоплять, и много тратить на свое личное потребление. «Роскошь входит, — мог сказать каждый из них, — в издержки представительства капитала». И предложение Мальтуса — разделить функции накопления и потребления между капиталистами и землевладельцами: первые пусть накопляют, а вторые — наслаждаются (практически этого можно было достигнуть путем повышения земельной ренты), было самым решительным образом отвергнуто выразителями интересов капиталистов — рикардианцами.

Мы знаем, что накопление капитала не следует смешивать с собиранием сокровищ и образованием запасов, но его также не следует смешивать с расширенным воспроизводством вообще: без воспроизводства в расширенном масштабе нет накопления капитала, но не всякое расширенное воспроизводство является накоплением капитала, оно становится им лишь в определенную историческую эпоху, когда накопляющиеся средства производства противостоят производителю как враждебная ему и эксплуатирующая его сила.

Теория воздержания, провозглашенная уже известным нам Сениором, во-первых, смешивает накопление капитала с расширенным воспроизводством, имеющим место во всяком обществе. Общество производит не только предметы потребления, но и средства производства. Рост производительных сил общества находит свое выражение в том, что производство средств производства растет относительно быстрее, чем производство предметов потребления. Если это называть воздержанием — общество воздерживается от производства предметов потребления с целью расширения производства средств производства, — то оно все-таки не имеет ничего общего с накоплением капитала, так как такого рода воздержание не объясняет, почему средства производства принимают форму капитала и почему увеличение их является накоплением капитала.

Во-вторых, эта теория смешивает капитализацию прибавочной стоимости с ее производством: капиталист превращает и может превратить своим «воздержанием» в капитал лишь то, что произведено неоплаченным трудом, и только.

В-третьих, если вначале «воздержание» у капиталиста выражается в том, что страсть к накоплению берет верх над страстью к наслаждениям, то с дальнейшим развитием капитализма и это «воздержание» становится излишним: рыцарь накопления успевает и по части удовлетворения всех своих прихотей. Капиталист зато заставляет «воздерживаться» рабочего, лишая его возможности удовлетворить насущнейшие потребности.

Более того, капиталистические отношения даже мешают накоплению, во-первых, потому, что капиталисты как раз не склонны к воздержанию, во-вторых, именно капиталистическое производство с анархией, конкуренцией, кризисами обусловливает массу непроизводительных затрат. Но накопление при капитализме стало развиваться гораздо быстрее, чем при феодализме.


===== IV. Обстоятельства, определяющие размеры накопления =====

В предыдущем параграфе величина прибавочной стоимости рассматривалась как данная, и накопление обусловливалось той пропорцией, в которой прибавочная стоимость делится на капитал и доход. Теперь, наоборот, эта пропорция принимается за данную, а прибавочная стоимость — за переменную величину. Отсюда ясно, что все факторы, влияющие на изменение величины прибавочной стоимости, влияют и на накопление. А это значит, что законы абсолютной прибавочной стоимости — зависимость последней от удлинения рабочего дня, законы относительной прибавочной стоимости, зависимость ее от производительности и интенсивности труда — являются в то же время и законами накопления.

Если же Маркс вновь ставит вопрос о влиянии этих факторов на накопление, то только потому, что здесь они рассматриваются под новым углом зрения.


====== Степень эксплуатации рабочей силы ======

Она находит свое выражение в норме прибавочной стоимости и, следовательно, влияет на накопление. Но степень эксплуатации влияет на накопление еще и с другой стороны. При исследовании прибавочной стоимости и ее нормы Маркс исходит из того, что заработная плата по величине совпадает со стоимостью рабочей силы. И это диктовалось условиями поставленной задачи, которая может быть сформулирована так: даны законы товарообращения (эквиваленты обмениваются на эквиваленты), как объяснить на основе этих законов прибавочную стоимость и капитал. Таким образом, прибавочную стоимость нельзя было вывести из несовпадения заработной платы и стоимости рабочей силы, а, наоборот, нужно было показать, как она возникает и при полной оплате рабочей силы. Иное дело теперь, при исследовании фактов, влияющих на накопление: здесь нет надобности исходить только из теоретических предпосылок, ведь исследуется не возможность накопления, а факторы, влияющие на него, следовательно, необходимо учесть и фактическое положение вещей. «Однако на практике, — говорит Маркс, — насильственное понижение заработной платы ниже этой стоимости (стоимости рабочей силы. — ''Д. Р.'') играет слишком важную роль, чтобы хоть вкратце не остановиться на нем. В известных границах оно фактически превращает необходимый фонд потребления рабочего в фонд накопления капитала»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 613.</ref>. Маркс иллюстрирует на целом ряде примеров, как в сокращении фонда потребления рабочих капиталисты искали источник для накопления капитала. Их заветной мечтой было снижение заработной платы английских рабочих до уровня заработной платы китайских рабочих.

Итак, накопление капитала есть не только результат неоплаченного труда, но, в известных пределах, и несовпадения заработной платы со стоимостью рабочей силы. Что касается интенсивности и экстенсивной величины труда, то, помимо увеличения прибавочной стоимости, — следовательно, и увеличения той ее части, которая капитализируется, — их влияние на накопление выражается еще в том, что возросшее вследствие роста интенсивности и экстенсивной величины труда количество труда не требует соответствующего увеличения капитала. Удлинение рабочего дня или интенсификация его не требуют в такой же мере, как при найме, добавочных рабочих, увеличения числа машин, инструментов и т. д. Необходимо увеличить затраты почти только на сырье. И поэтому в добывающей промышленности, где нет расхода на сырье, это дает себя чувствовать еще сильнее. Словом, капиталисту удается благодаря росту интенсивности и экстенсивной величины труда усилить темп самовозрастания уже имеющегося капитала.


====== Производительная сила труда ======

Что повышение производительной силы труда увеличивает прибавочную стоимость и что вследствие этого увеличивается и капитализирующаяся часть прибавочной стоимости — это не требует, как подчеркивалось раньше, особых исследований: первое уже было исследовано, а второе непосредственно вытекает из первого. Здесь Маркс имеет в виду другое: показать, как рост производительности труда увеличивает вещественные элементы капитала и этим самым ускоряет накопление его и по стоимости.

Рост производительности труда выражается, как известно, в росте продукции, производимой в единицу времени. Средства производства и средства потребления, произведенные рабочими в течение года или другого промежутка времени, увеличиваются. Если даже и увеличится реальная заработная плата, то все же не в такой мере, в какой увеличиваются средства производства и потребления. Следовательно, в руках капиталистов (речь идет о всем классе капиталистов) окажутся добавочные орудия труда и излишек средств потребления (раз последние не поглощаются повышенной реальной заработной платой), который служит средством существования для добавочных рабочих, производящих при помощи добавочных средств производства новую прибавочную стоимость и новый капитал. Это — во-первых. Во-вторых, благодаря повышению производительности труда рабочие гораздо полнее используют орудия труда и перерабатывают большие массы сырья, т. е. переносят гораздо больше их стоимости на вновь произведенный продукт. Какое это имеет значение, показывает следующий факт, приводимый Энгельсом в его книге «Положение рабочего класса в Англии» и цитируемый Марксом в «Капитале». «В 1782 г. весь сбор шерсти предыдущих трех лет (в Англии) лежал необработанным за недостатком рабочих и так и пролежал бы, если бы на помощь не подоспели новоизобретенные машины, которые выпряли всю эту шерсть». «Труд, овеществленный, — добавляет Маркс, — в форме машин, не создал, разумеется, непосредственно ни одного рабочего, но он дал возможность небольшому числу рабочих с небольшой сравнительно затратой живого труда не только производительно потребить шерсть и присоединить к ней новую стоимость, но и сохранить ее старую стоимость в форме пряжи и т. д. Тем самым он создал средство и импульс к расширенному воспроизводству шерсти»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 620.</ref>.


====== Рост применяемого капитала по сравнению с потребляемым ======

Орудия труда, как уже было выяснено, участвуют целиком в процессе производства потребительных стоимостей и лишь частично — в процессе образования стоимости. С развитием капитализма разница между применяемым и потребляемым капиталом (потребляемый капитал есть та часть всего применяемого капитала, которая изнашивается в процессе производства) становится все значительнее. Но какое это имеет отношение к накоплению?

Ответ Маркса гласит:

<blockquote>«Поскольку эти средства труда служат как созидатели продукта, не присоединяя к нему стоимости, т. е. поскольку они применяются целиком, а потребляются лишь частями, постольку они, как мы уже упоминали выше, оказывают даровые услуги подобно силам природы… Эти даровые услуги прошлого труда, охваченного и одушевленного живым трудом, накопляются с увеличением масштаба накопления»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 622.</ref>.
</blockquote>
Таким образом, с развитием капитализма накапливаются мощные орудия труда и гигантские сооружения, участие которых в производстве потребительных стоимостей ничего не стоит капиталисту, его расход составляет лишь изнашиваемая часть, являющаяся сравнительно незначительной.

Буржуазные экономисты ставят эту даровую услугу в актив капиталу и на этом строят различные теории, восхваляющие капитализм, при этом они смешивают вещественного носителя капитала, его вещную оболочку, с социально-экономической сущностью его. Орудия труда как особо полезные продукты прошлого труда оказывают даровую услугу вследствие их специфической полезности, специфической потребительной стоимости. А капиталистическая их форма выражается только в том, что этой услугой пользуется капиталист для усиления эксплуатации труда.


====== Величина авансированного капитала ======

Чем больше авансированный капитал, тем больше и быстрее он растет и накапливается. Это обстоятельство не нуждается в особых пояснениях, стоит только принять во внимание, что на стороне большого капитала все факторы, ускоряющие накопление. Отсюда и следует: так как с развитием капитализма растут размеры авансированных капиталов, то прогрессируют также темп и размеры накоплений.


===== V. Так называемый рабочий фонд =====

В 30—40-х годах прошлого века среди английских экономистов получила большое распространение теория фонда заработной платы, или рабочего фонда. Фаусетт, цитируемый Марксом, излагает эту теорию следующим образом: «Оборотный капитал страны есть ее рабочий фонд. Следовательно, чтобы узнать среднюю денежную плату, получаемую каждым рабочим, надо просто разделить этот капитал на численность рабочего населения»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 625.</ref>. Прежде всего приходится отметить одну ошибку, которую разделял и Рикардо, будто оборотный капитал состоит только из заработной платы; мы знаем, что последняя составляет лишь часть оборотного капитала. Но вопрос теперь не в том, а в той неверной предпосылке, которая лежит в основе указанной теории. Ее предпосылкой является то, что фонд заработной платы есть величина постоянная.

Прежде всего, как определяется сам «фонд», чем определяется его величина? Его можно определить, что фактически и делается, как сумму выплаченных отдельным рабочим заработных плат, но тогда получается явная бессмыслица: «фонд» зависит от отдельных заработных плат, а отдельные заработные платы — от «фонда». С одной стороны, чем больше заработная плата отдельного рабочего, тем больше должен быть фонд заработной платы всех рабочих, а с другой — нас уверяют, что величина заработной платы каждого рабочего зависит от величины всего «фонда». Но к определению последнего можно подойти и иначе: капитал, предназначенный для оплаты труда, есть часть всего общественного капитала, поэтому если предположить, что весь капитал есть величина данная, что данной является также и та часть капитала, которая заключена в средствах производства, то действительно можно утверждать, что для заработной платы существует определенный фонд, который не может быть увеличен. Но в том-то и дело, что такого рода предположение не только ни на чем не основано, а противоречит фактам: как раз капитал любой страны в высшей степени эластичен: он то расширяется, то сжимается. Об этом свидетельствуют промышленные циклы, о которых мы говорили выше. С точки зрения догмы, согласно которой, говорит Маркс, общественный капитал во всякий данный момент есть величина постоянная, «совершенно непостижимы самые обыкновенные явления процесса производства, например его внезапные расширения и сокращения и даже самый факт накопления»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 624.</ref>.

В каждой капиталистической стране рядом с действующим капиталом, занятым в производстве, существует и бездействующий капитал, который обычно привлекается в момент промышленного подъема. Но и действующий капитал используется то более интенсивно, то менее интенсивно.

Несостоятельность этой теории также легко обнаружить, если подвергнуть ее теоретическому анализу. Капитал есть не что иное, как капитализированная прибавочная стоимость (т. е. превращение последней в новый капитал). Но не вся прибавочная стоимость капитализируется, часть ее капиталист превращает в свой личный «фонд» для собственного потребления. Следовательно, величина капитала зависит, с одной стороны, от величины прибавочной стоимости, а с другой — от той пропорции, в которой последняя делится на доход (личное потребление капиталиста) и на капитал. А это значит, что капитал всегда может быть увеличен за счет непроизводительного потребления — потребления капиталиста и всех тех, кто кормится на его счет. Здесь еще не могут быть учтены факторы обращения, которые в свою очередь делают капитал эластичным. В капиталистических странах непроизводительно пожирается львиная доля прибавочной стоимости, создающейся рабочим классом Но сторонники теории «фонда» именно это и скрывают, они скрывают возможность увеличения капитала за счет непроизводительного потребления, к которому следует отнести и значительную часть «национального дохода», забираемую буржуазным государством при помощи налогов и займов и в своей массе используемую непроизводительно — на вооружение, на содержание громадного чиновничьего аппарата и т. д.

Апологетический характер этой теории выступит еще ярче, если мы присмотримся к тем практическим выводам, которые вытекают из нее и которые делались ее сторонниками. Во-первых, из этой теории вытекает бесполезность борьбы рабочего класса за повышение заработной платы: раз фонд заработной платы — величина постоянная, то он, очевидно, не поддается увеличению. Более того, забастовки даже вредны самим рабочим: забастовки лишь задерживают рост накопления капитала и, стало быть, возможность увеличения заработной платы. Во-вторых, из этой же теории вытекает и солидарность — «гармония интересов» — рабочих и капиталистов: и те и другие заинтересованы в развитии и росте капитала.

Несоответствие теории «фонда» с фактами начало смущать и буржуазных экономистов (наиболее серьезных). Известный английский экономист и философ Джон Стюарт Милль, бывший одно время горячим сторонником этой теории, впоследствии от нее открыто отказался. На помощь теории «фонда» выступил Мальтус: он «углубил» и солидно «обосновал» теорию «фонда». Он не отрицает, что номинальная заработная плата может быть повышена, он не поддерживает тезиса, что капитал есть величина постоянная, но отрицает возможность роста реальной заработной платы. Аргументация Мальтуса построена на его «законе» народонаселения. Рост населения, утверждает Мальтус, обгоняет рост средств существования, поэтому последних не хватает для полного удовлетворения всех потребностей. Отсюда вывод: если номинальная заработная плата и повысится, то рабочий все равно не сможет на свою повышенную заработную плату приобрести больше средств существования, чем раньше, так как рост денежной заработной платы не может, само собой разумеется, вызвать соответствующий рост хлеба, мяса и т. д. Единственным результатом повышения номинальной заработной платы может быть лишь соответствующее повышение цен на предметы потребления широких масс, так как увеличивается их платежеспособный спрос при прежнем предложении.

Все мальтусовское здание, как это легко обнаружить, воздвигнуто на гнилом фундаменте: на его «законе» народонаселения.

На мальтусовском законе Маркс останавливается в следующей главе; здесь важно пока отметить, что факты, получившие превратное освещение в этой теории, таковы: 1) в делении прибавочной стоимости на капитал и доход рабочий не участвует — это дело капиталиста; 2) фонд заработной платы действительно ограничен, но ограничен доходом класса капиталистов, и увеличить первый за счет второго удается чрезвычайно редко и то в результате ожесточенной борьбы.


===== Примечания к двадцать второй главе =====

1. В этой главе еще ярче выступает различие между анализом «отдельного рабочего и отдельного капиталиста» и анализом «класса рабочих и класса капиталистов». Только под вторым углом зрения — как это вполне ясно из содержания настоящей главы — легко открыть «превращение законов собственности товарного производства в законы капиталистического присвоения». Усвоение этого пункта часто дается с трудом, но если ни на минуту не упускать из виду, что здесь исследуется капиталистическое производство «в его течении и в его общественном объеме», то эти трудности исчезают. С точки зрения классовых отношений капиталист нанимает рабочего на переменный капитал, произведенный самим рабочим.

2. Не следует впадать в другую ошибку, будто раньше, до седьмого отдела, капиталистическое производство рассматривалось Марксом не с классовой точки зрения. Само собой разумеется, что последняя — единственная точка зрения, с которой Маркс рассматривает буржуазный способ производства. Но этот способ производства выступает как частное и индивидуальное производство, также и производственные отношения выступают как отношения между отдельными индивидуумами, а не между классами. И вначале Маркс их анализирует так, как они проявляются, т. е. исследует классовые отношения в форме отношений между отдельными индивидуумами (отдельным рабочим и отдельным капиталистом). А в настоящей главе подход к этим отношениям с точки зрения воспроизводства срывает с них их маски, и классовая их сущность полностью обнажается.

3. С развитием капитализма растет накопление, но растут и непроизводительные затраты, т. е. растут факторы, противодействующие накоплению. Это в первую очередь связано с ростом затруднений в сбыте товаров. Армия, например, коммивояжеров, рыщущих по всему свету в погоне за покупателями, все увеличивается; колоссально растут размеры рекламного дела, поглощающего массу средств.


==== Глава двадцать третья. Всеобщий закон капиталистического накопления ====


===== Предмет исследования =====

Мы уже знаем, что рабочий производит не только прибавочную стоимость, но и капитал, притом во все расширяющихся размерах, что воспроизводятся — и тоже в расширяющемся масштабе — капиталистические отношения, т. е. накопление капитала означает и рост пролетариата. Но еще не исследовано, как происходит рост рабочего класса, как он регулируется и в каком соответствии он находится с ростом капитала. Ответы на эти. вопросы дает настоящая глава, предмет исследования которой Маркс определяет так: «В этой главе мы рассматриваем то влияние, которое возрастание капитала оказывает на положение рабочего класса. Важнейшие факторы этого исследования — строение капитала и те изменения, которые претерпевает оно в ходе процесса накопления»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 626.</ref>.

В этой цитате намечено также и то направление, в котором должно вестись исследование: должны быть подвергнуты анализу строение капитала и его изменения в ходе процесса накопления. Стало быть, этим самым процесс накопления получает более полную характеристику: если до сих пор он представлялся лишь как количественный рост капитала, то теперь он выступает и со своими качественными изменениями, изменениями строения капитала. И рост пролетариата выступает не только с количественной стороны, но также и со своего рода качественной стороны: будет показано, что растет не только армия работающих и производящих капитал, но растет армия безработных, также необходимых в качестве резерва для производства капитала.

В этой главе Марксом вводится новая категория, играющая решающую роль во всей его системе. Мы говорим об органическом строении капитала. В изменениях его, как в фокусе, отражаются изменения производительных сил буржуазного общества и соответствующие им изменения производственных отношений и — что особенно важно — обострение противоречия между производительными силами и производственными отношениями. Рост органического строения капитала, выражая собою (как выяснено будет ниже) рост технического строения капитала, являющегося следствием развития производительных сил, в то же время означает ухудшение положения рабочего класса вследствие относительного уменьшения (иногда и абсолютного) переменного капитала, т. е. означает обострение противоречия между трудом и капиталом.

Таким образом, в настоящей главе Маркс анализирует центральный вопрос всей политической экономии — противоречие между производительными силами и их капиталистической формой в ходе возрастания капитала, в ходе его накопления. Исследование же основного противоречия капитализма в динамике приводит к раскрытию основных тенденций его развития, к раскрытию всеобщего закона капиталистического накопления.


===== Порядок исследования =====

Прежде всего Маркс выясняет то «влияние, которое возрастание капитала оказывает на судьбу рабочего класса» при неизменном строении капитала. Иными словами, Маркс вначале берет явление, подлежащее исследованию, в наиболее упрощенной форме: он рассматривает накопление только как количественный рост капитала, не сопровождаемый пока изменениями в его составе, а затем уже вводит в исследование новый момент, являющийся типичным для капитализма, а именно «относительное уменьшение переменной части капитала в ходе накопления и сопровождающей его концентрации».

Все же не следует думать, что накопление без изменения строения капитала есть лишь абстракция, теоретическое упрощение изучаемого явления; на самом деле накопление происходит и при прежнем техническом и организационном уровне, и в этом случае, т. е. при неизменности строения капитала, накопление обычно выражается исключительно в количественном росте капитала. Но не это характеризует и выражает особенности динамики капиталистического способа производства: в ходе накопления имеет место именно относительное уменьшение переменной части капитала.

Исследование этого центрального вопроса всей главы приводит к тому, что капиталистическое расширенное воспроизводство есть в то же время и «возрастающее производство относительного перенаселения, или промышленной резервной армии», которое исследуется Марксом особо в третьем параграфе.

Выяснив таким образом сущность перенаселения и причины его возникновения, Маркс переходит к рассмотрению «различных форм существования относительного перенаселения». Теоретическое исследование заканчивается формулировкой всеобщего закона капиталистического накопления.

В остальной части главы Маркс подтверждает теоретические выводы фактами, взятыми из английской действительности. Эта часть имеет общий заголовок «Иллюстрация всеобщего закона капиталистического накопления».


===== О строении капитала =====

Глава начинается с определения тех категорий, которые до сих пор еще не были известны, но без которых невозможно дальнейшее исследование. Мы уже знаем, что капитал состоит из двух частей, играющих различную роль в капиталистическом производстве, знаем также и то, что постоянный капитал растет быстрее переменного. Этот более быстрый рост постоянного капитала лежит в основе производства относительной прибавочной стоимости: повышение производительности труда именно в том и выражается, что то же количество рабочих приводит в движение большую массу средств производства. Но само отношение этих двух частей капитала еще не исследовалось. Только при анализе накопления капитала не только с количественной стороны, но и со стороны изменения соотношения между переменным и постоянным капиталом соотношение это становится в центре исследования и должно быть выражено в определенных понятиях.

Их три: 1) строение капитала по стоимости, 2) техническое строение капитала, 3) органическое строение капитала. Строение капитала по стоимости выражает отношение стоимости средств производства, т. е. постоянного капитала, к стоимости рабочей силы, к переменному капиталу. Техническое строение капитала выражает отношение «между массой применяемых средств производства, с одной стороны, и количеством труда, необходимым для их применения,— с другой»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с 626.</ref>. Изменения строения капитала по стоимости обычно вызываются изменениями технического строения. Но, во-первых, эти изменения не пропорциональны — «масса сырья, средств труда и т. д., которую в настоящее время, — говорит Маркс, — производительно потребляет определенное количество труда прядильщиков, во много сотен раз больше, чем была соответствующая масса в начале XVIII столетия»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 637.</ref>. А строение капитала по стоимости изменилось всего, как заявляет Маркс, в семь раз. Это объясняется тем, что вследствие роста производительности труда падает стоимость средств производства и поэтому хотя последняя и растет в отношении стоимости рабочей силы, но не в такой пропорции, в какой растет масса этих средств производства в отношении к живому труду. Во-вторых, по той же самой причине изменения технического строения капитала могут совсем не сопровождаться изменениями в строении его по стоимости. И наконец, в-третьих, стоимостное отношение постоянного капитала к переменному может изменяться и без изменения технического строения, может изменяться вследствие повышения или понижения цен на сырье, топливо и т. д. Все же более или менее значительные изменения в строении капитала по стоимости являются выражением изменений именно его технического строения. Вот этот момент — взаимоотношение между техническим строением капитала и строением по стоимости — выражает понятие: органическое строение капитала. Когда говорят, что изменилось органическое строение капитала, то имеют в виду, что изменилось стоимостное соотношение обеих частей капитала вследствие изменения их технического соотношения.


===== I. Увеличение спроса на рабочую силу параллельно накоплению при неизменяющемся строении капитала =====


====== Возможность роста заработной платы ======

Если строение капитала остается неизменным, то «спрос на труд и фонд существования рабочих, очевидно, увеличивается пропорционально возрастанию капитала и увеличивается тем быстрее, чем быстрее растет капитал»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 627.</ref>. А потому может наступить такой момент, когда спрос на труд будет превышать предложение труда и результатом будет повышение заработной платы. Маркс констатирует, что жалобы на это действительно раздавались в Англии в течение XV и первой половины XVIII в.

Писатели того времени, как об этом свидетельствуют приводимые Марксом цитаты, во-первых, вполне понимали «механику» производства прибавочной стоимости. Во-вторых, — что еще интереснее, — они не считали нужным скрывать это, а с полной откровенностью говорили, что «не владение землей и деньгами, а командование трудом … вот что отличает богатых от бедных», или что «интерес всех богатых наций заключается в том, чтобы большая часть бедных никогда не оставалась без дела и чтобы они постоянно целиком расходовали все, что они получают»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 628—629.</ref>. Здесь и в следующих цитатах выдвигается «теория» умеренной заработной платы, которая не позволяла бы рабочим сделать сбережения и не освободила бы их от положения наемного рабочего.

На заре капитализма вещи еще назывались своими именами, маскировать суть дела стали гораздо позже. Лишь революционные выступления рабочих, их организация и сплочение в классовой борьбе заставили придумывать всевозможные теории в целях сокрытия эксплуататорской сущности капиталистического способа производства.


====== Предел роста заработной платы ======

Но вернемся к анализу Маркса, к тому, как им исследуются те границы, в которые поставлен рост заработной платы даже при таком благоприятном для рабочих допущении, что спрос на труд растет параллельно возрастанию капитала.

Границы эти даны самим накоплением, которое предполагает, — как говорит Маркс, — следующую альтернативу: «или цена труда продолжает повышаться, потому что ее повышение не препятствует росту накопления… Или, — и это другая сторона альтернативы, — накопление вследствие повышения цены труда ослабевает, потому что притупляется стимулирующее действие прибыли. Накопление уменьшается»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 633.</ref>. Дело в том, что повышение «цены труда» может происходить одновременно (как было выяснено в XVIII главе) с повышением степени эксплуатации, следовательно, с ростом нормы и массы прибавочной стоимости. Это — во-первых; во-вторых, накопление усиливается вследствие роста числа эксплуатируемых. Отдельный рабочий может получать больше, потому что власть капитала стала распространяться на большее число пролетариев, которые эксплуатируются сильнее. Следовательно, повышение заработной платы не только не угрожает власти капитала, но свидетельствует о ее распространении, свидетельствует о росте прибавочного продукта и массы прибавочной стоимости.

Второй случай возможен тогда, когда вызванное повышением заработной платы понижение нормы прибавочной стоимости настолько значительно, что не может больше компенсироваться массой прибавочной стоимости. Но этот угрожающий для капитализма случай заключает в себе и его спасение: накопление приостанавливается, приостанавливается спрос на труд, и «цена труда снова понижается до уровня, соответствующего потребностям возрастания капитала»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 633.</ref>.


====== Видимость и сущность явлений ======

Марксов анализ раскрывает настоящую причинную связь между ростом капитала и ростом заработной платы» «Выражаясь языком математики, можно сказать: величина накопления, — резюмирует Маркс, — есть независимая переменная, величина заработной платы — зависимая, а не наоборот»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 633.</ref>. То есть заработная плата определяется величиной накопления, зависит от нее, а не наоборот. Но дело представляется как раз наоборот: здесь видимость явления также не совпадает с его сущностью. Колебания заработной платы вверх и вниз представляются как результат колебаний спроса и предложения на рынке труда. А так как величину капитала принимают, как мы уже знаем, за данную, то колебания на рынке труда в свою очередь представляются обусловленными движением рабочего населения: если последнее растет быстрее капитала, заработная плата падает; если оно растет медленнее, заработная плата поднимается.

В предыдущей главе разоблачалась предпосылка, что капитал есть величина данная, и доказывался противоположный тезис, гласящий, что капитал — величина переменная. Дальнейшее исследование в настоящей главе показывает, что все дело в темпе роста накопления, или, что в конечном счете одно и то же, в отношении между оплаченным и неоплаченным трудом. «Если количество неоплаченного труда, доставляемого рабочим классом и накопляемого классом капиталистов, возрастает настолько быстро, что оно может превращаться в капитал лишь при чрезвычайном увеличении добавочного оплаченного труда, то заработная плата повышается, и, при прочих равных условиях, неоплаченный труд относительно уменьшается. Но как только это уменьшение доходит до пункта, когда прибавочный труд, которым питается капитал, перестает предлагаться в нормальном количестве, наступает реакция: уменьшается капитализируемая часть дохода, накопление ослабевает, и восходящее движение заработной платы сменяется обратным движением»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 634.</ref>.


===== II. Относительное уменьшение переменной части капитала в ходе накопления и сопровождающей его концентрации =====


====== Повышение органического строения капитала ======

Мы уже говорили, что это есть явление, типичное для капиталистического способа производства, взятого в динамике. Рост производительных сил общества, развитие техники, новые формы организации производства, замена индивидуального труда общественным — все это при капиталистических отношениях, с одной стороны, является факторами производства относительной прибавочной стоимости и накопления капитала, а с другой — находит свое выражение в относительном уменьшении переменного капитала или, что то же самое, принимает форму повышения органического строения капитала. Непосредственный вывод отсюда — спрос на труд не пропорционален накоплению. Наоборот: чем значительнее повышение органического строения капитала, т. е. чем быстрее растет постоянный капитал по отношению к переменному, тем меньше спрос на добавочный труд.

Более того, те же причины, которые повышают органическое строение добавочного капитала, капитализированной прибавочной стоимости, повышают органическое строение и прежнего капитала, по мере того как он изнашивается и вновь восстанавливается. И первоначально авансированный капитал распределяется уже в иной пропорции: большая, чем раньше, часть его идет на приобретение средств производства, а меньшая — на покупку рабочей силы.

Особенно это дает себя чувствовать при значительных технических изобретениях и усовершенствованиях уже имеющихся орудий труда, т. е. когда имеет место моральный износ капитала.

Таким образом, накопление капитала одновременно и притягивает, и отталкивает рабочую силу: добавочный капитал, хотя и с повышенным органическим составом, все же предъявляет спрос на добавочный труд, зато первоначально авансированный капитал уменьшает (вследствие изменения своего органического строения) свой прежний спрос на труд. Правда, общий итог может выразиться и обычно выражается в росте числа занятых рабочих, но это далеко не соответствует росту капитала, так как переменный капитал относительно уменьшается.


====== Количественный рост и качественное изменение строения капитала ======

В предыдущем параграфе накопление рассматривалось с количественной стороны как прирост капитала; теперь, в настоящем параграфе, оно рассматривается и с качественной стороны — со стороны изменения строения капитала. Между количественной и качественной сторонами существует не просто фактическое совпадение, а внутренняя, органическая связь. Количество переходит в качество: переход от низшего строения капитала к высшему предполагает известный прирост капитала, предполагает добавочный капитал, так как всякое улучшение — и техническое и организационное — требует предварительных добавочных затрат. «Поэтому известное накопление капитала в руках индивидуальных товаропроизводителей служит предпосылкой специфически капиталистического способа производства»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 638.</ref> . Но это верно, как Маркс выясняет дальше, не только для эпохи возникновения капиталистической промышленности, но и для последующих стадий ее развития: каждый раз при переходе к более сложным общественным сочетаниям и техническим приемам (а повышение органического строения капитала именно это и выражает) предпосылкой служит «некоторое накопление капитала», но уже не в руках индивидуальных простых товаропроизводителей, а в руках индивидуальных капиталистов.

Качество также переходит в количество: повышение органического строения капитала, являясь результатом возрастания капитала, в свою очередь дает сильный толчок к ускоренному росту капитала. Раз строение капитала изменилось и технически, то на лицо все факторы, ускоряющие накопление капитала (они были проанализированы в предыдущей главе).

Количественный рост капитала и качественное его изменение, таким образом, обусловливают друг друга, идут рука об руку с первого момента зарождения капитализма. Накопление стоимостей в товарной и денежной форме (т. е. исключительно количественное накопление) есть предпосылка капиталистического производства, предпосылка «нового качества», «скачка» от ремесленного производства к крупной капиталистической промышленности. Капиталистическое производство, постоянно превращая прибавочную стоимость в капитал, т. е. увеличивая его количественно, в то же время постоянно меняет его органическое строение. В этом и заключается сущность движения капиталистического производства, его динамики. Но это движение является диалектическим движением, оно осуществляется через противоречия, притом не только через противоречия между рабочим классом и капиталистами, но и через противоречия внутри самих капиталистов. Общественный капитал состоит из индивидуальных капиталов: его рост, его накопление означает рост и накопление индивидуальных капиталов, но это происходит не без борьбы между ними, не без увеличения одних за счет других.


====== Концентрация и централизация ======

Анализ конкурентной борьбы между капиталистами и ее последствий выходит за пределы I тома «Капитала», но она — эта борьба — все время предполагается. Маркс исследует так называемый классический капитализм, капитализм свободной конкуренции, а потому последняя — пока лишь как факт, как один из существеннейших признаков капиталистического производства — должна учитываться и при характеристике накопления. Сущность его — это, как мы уже знаем, превращение прибавочной стоимости в капитал, но, поскольку оно выражается в накоплении отдельных индивидуальных капиталов и в борьбе между ними, весь процесс накопления сопровождается концентрацией и централизацией капитала. Первая означает капитализацию прибавочной стоимости отдельными капиталистами, превращение ее в индивидуальные капиталы. Вторая представляет собой соединение или поглощение многих капиталов одним капиталом. Концентрация — первичный процесс, централизация — вторичный. Централизоваться могут уже концентрированные, накопленные капиталы. Если же подойти к этим двум процессам с точки зрения скрывающихся за ними производственных отношений, то концентрация непосредственно выражает производственные отношения между рабочим классом и классом капиталистов, рост господства последних над первыми. Централизация выражает уже отношения между самими капиталистами, но на основе отношения между ними, взятыми как класс, и рабочим классом.

Иными словами, и централизация выражает основное классовое отношение буржуазного общества, но непосредственно: непрерывная экспроприация пролетариата, постоянное присвоение неоплаченного труда осложнены здесь экспроприацией одних эксплуататоров другими.

Так же как концентрация не есть только количественный рост индивидуального капитала, а знаменует собой и изменение его органического строения, так и централизация не есть простое соединение капиталов, но служит исходным моментом для крупных организационных и технических изменений. Поэтому действие централизации на рабочий класс часто еще более разрушительное, чем действие концентрации: укрупненный капитал, получающийся в результате поглощения и соединения средних и мелких капиталов, предъявляет сравнительно меньший спрос на труд, т. е. усиливает общую тенденцию накопления — относительно уменьшать переменный капитал.


====== Противоположность и единство концентрации и централизации ======

Концентрация и централизация, взятые в отдельности, — явления не только разные, но даже противоположного порядка. В первую очередь под этим углом зрения рассмотрим вопрос о централизации. «Рост концентрации общественных средств производства в руках индивидуальных капиталистов, при прочих равных условиях, ограничен степенью возрастания общественного богатства»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 639.</ref>. Но этого ограничения не существует для централизации: «хотя относительная широта и энергия движения к централизации до известной степени определяются достигнутой уже величиной капиталистического богатства … все же прогресс централизации отнюдь не зависит от положительного увеличения общественного капитала»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с 641.</ref> . При равной степени возрастания общественного капитала возможны разные степени централизации. Основные факторы последней — конкуренция, орудием которой является удешевление товаров, и кредит. Как в отношении конкуренции, так и в отношении кредита позиция крупного капитала значительно более сильная. Крупный капиталист может и дешевле продавать и ему более доступен кредит. Следует обратить внимание на характеристику Марксом кредита: «…вначале он потаенно прокрадывается как скромный пособник накопления; …но вскоре он становится новым и страшным орудием… и, в конце концов, превращается в колоссальный социальный механизм для централизации капиталов»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 640.</ref>. Здесь мы имеем настоящее научное предвидение, предвидение роли банков в эпоху финансового капитала.

Рассмотрим теперь вопрос о концентрации:

<blockquote>«накопление и сопровождающая его концентрация не только раздробляются по многочисленным пунктам, но и возрастание функционирующих капиталов перекрещивается с образованием новых и расщеплением старых капиталов. Поэтому, если, с одной стороны, накопление представляется как возрастающая концентрация средств производства и командования над трудом, то, с другой стороны, оно представляется как взаимное отталкивание многих индивидуальных капиталов»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 639.</ref>.
</blockquote>
Централизация же означает взаимное притяжение индивидуальных капиталов, она противостоит тенденциям к их взаимному отталкиванию. Происходит это притяжение в двух формах: насильственной — в результате конкурентной борьбы, и мирной — путем объединения в акционерные общества. Предел централизации был бы достигнут тогда, «когда весь общественный капитал оказался бы соединенным в руках одного-единственного капиталиста или одной-единственной компании капиталистов»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 641.</ref>. (Более конкретно вопрос о централизации капитала на базе развития акционерных обществ будет рассмотрен Марксом в XXVII главе III тома).

Но концентрация и централизация представляются явлениями противоположного порядка лишь тогда, когда они берутся отдельно, изолированно друг от друга и, следовательно, берутся абстрактно. В ходе же капиталистического накопления, развивающегося диалектически, они друг друга дополняют и даже обусловливают. Без концентрации невозможна, как выяснено было раньше, централизация, а последняя становится мощным рычагом общественного накопления, следовательно, и индивидуального накопления, т. е. концентрации. Они оба являются моментами накопления, и под накоплением «молчаливо подразумевают и действие централизации»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 642.</ref>.


===== III. Возрастающее производство относительного перенаселения, или промышленной резервной армии =====


====== Избыточное рабочее население — необходимый продукт накопления ======

Это непосредственный вывод из предыдущего. Маркс вначале резюмирует достигнутые в предыдущем параграфе результаты. Напомним их: 1) рост капитала ведет к относительному уменьшению переменной его части, а промежутки времени, в течение которых накопление происходит на прежнем техническом уровне, все сокращаются; 2) изменяется органическое строение не только добавочного капитала, но и первоначального (по мере его изнашивания и воспроизводства); 3) накопление идет рука об руку с централизацией, и укрупненный капитал предъявляет меньший спрос на рабочую силу, чем влившиеся в него или поглощенные им отдельные капиталы; 4) вследствие перечисленных моментов рост спроса на труд, идущий от добавочного капитала, сопровождается уменьшением спроса со стороны прежних капиталов, т. е. притяжение новой рабочей силы сопровождается отталкиванием старой. А потому возможны три случая: 1) притяжение рабочих равно их отталкиванию; 2) притяжение рабочих меньше их отталкивания; 3) притяжение рабочих больше их отталкивания. Эти три случая действительно имеют место в разное время и даже одновременно, но в разных отраслях промышленности: в одних число занятых рабочих остается прежним, в других оно даже уменьшается, а в-третьих происходит его прирост.

Как бы то ни было, процесс, повышающий органическое строение прежних капиталов (как при воспроизводстве первоначального капитала на новом техническом уровне, так и при централизации), вызывает волну сокращений рабочей силы. Даже если привлечение новых рабочих, обусловленное появлением новых капиталов, и противодействует сокращению, то ниоткуда не следует, что притягиваются именно те рабочие, которые были сокращены. Напомним, что этот вопрос Марксом был детально рассмотрен еще в XIII главе в связи с действием машины на рабочего; сделанный там общий вывод таков: «Таким образом, рабочие непрерывно притягиваются и отталкиваются, перебрасываются то сюда, то туда, и это сопровождается постоянными изменениями пола, возраста и искусства вербуемых рабочих»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 465.</ref>. Результат всех этих изменений — образование избыточного рабочего населения, промышленной резервной армии, которая то увеличивается, то уменьшается, но никогда не прекращает своего существования.


====== Избыточное рабочее население — необходимое условие накопления ======

Промышленная резервная армия есть не только продукт, результат накопления, но и условие его. Это вытекает из того, что накопление, капиталистическое воспроизводство, происходит циклообразно: подъем сменяется кризисом и депрессией. Учение о цикле и кризисе не может быть дано в I томе «Капитала»: нет еще анализа обращения капитала, вообще не исследован еще целый ряд явлений капиталистического производства, взятого в целом. Кризисы могут быть поняты только на основе такого всестороннего исследования. Но, как бы мы ни объясняли кризисы, от каких бы причин они ни зависели, они существуют, регулярно, периодически происходят, и это дает Марксу право аргументировать фактом существования кризисов, фактом, против которого спорить нельзя.

Теория же кризисов у Маркса развертывается по мере того, как развертывается общая теория капиталистического способа производства, по мере «восхождения от абстрактного к конкретному» — от анализа производства капитала (I том «Капитала»), за которым следует анализ обращения капитала (II том «Капитала»), к анализу капиталистического производства в целом (III том «Капитала»), каждый раз Маркс подходит к проблеме кризисов и выясняет ту ее сторону, которая диктуется данной стадией теоретического «восхождения». В разрезе настоящей главы им выясняется роль кризисов в накоплении, в обусловленном ими движении промышленной резервной армии.

Наличие периодических кризисов и промышленных циклов означает, что производство то расширяется, то суживается, следовательно, и рабочие то массами притягиваются, то массами выбрасываются. Но притягиваться массами они могут потому, что они массами имеются в резерве, — не будь последнего, производство не могло бы внезапно расшириться.

Таким образом, капиталу принадлежат и необходимы не только занятые в производстве рабочие, создающие прибавочную стоимость и капитал, но принадлежат и необходимы резервные рабочие, ждущие своей очереди производить прибавочную стоимость на случай расширения производства.


====== Накопление, промышленные циклы и заработная плата ======

Вопрос о соотношении между накоплением и величиной заработной платы выяснен в предыдущих параграфах: он исследован и при условиях отсутствия изменения в органическом строении капитала и при наличии изменения строения капитала. Заработная плата, как мы уже знаем, определяется не количеством и не ростом рабочего населения, а также не отношением между ростом рабочего населения и ростом капитала, так как рост рабочего населения — величина зависимая, т. е. сама определяется количественными и качественными изменениями капитала. Последними определяется и динамика заработной платы.

Все это, повторяем, в достаточной мере исследовано в предыдущих параграфах. Если же Маркс вновь ставит вопрос о заработной плате и накоплении, то это потому, что теперь в связи с выяснением роли промышленных циклов и кризисов в накоплении и производстве избыточного населения динамика заработной платы получает еще более конкретные очертания.

Оказывается, что «в общем и целом всеобщие изменения заработной платы регулируются исключительно расширением и сокращением промышленной резервной армии, соответствующими смене периодов промышленного цикла. Следовательно, они определяются не движением абсолютной численности рабочего населения, а тем изменяющимся отношением, в котором рабочий класс распадается на активную армию и резервную армию, увеличением и уменьшением относительных размеров перенаселения, степенью, в которой оно то поглощается, то снова высвобождается»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 651.</ref>.

Положение, что границы роста заработной платы даны самим накоплением, получает, таким образом, дальнейшее развитие и уточнение в том смысле, что и зигзаги в движении заработной платы следуют в общем и целом за зигзагами промышленного цикла, которые определяют то отношение, «в котором рабочий класс распадается на активную армию и резервную армию». Этот тезис Маркс подкрепляет фактическим материалом, взятым из некоторых отраслей промышленности и сельского хозяйства, тут также им окончательно разбивается теория, ставящая заработную плату в причинную связь с ростом рабочего населения и с теорией «компенсации».

Первая из указанных теорий известна еще под названием «железного закона заработной платы». Название это принадлежит Лассалю, но сама теория в основном развита была еще физиократом Тюрго. Решающим моментом для этой теории является то, что у нанимателя есть «выбор», т. е. на рынке труда нет недостатка в рабочих руках, и, следовательно, между рабочими имеет место конкуренция, низводящая цену труда до указанного минимума. Почему же на рынке труда предложение всегда превышает спрос — на этот вопрос Тюрго ответа еще не дает. Позднейшие сторонники этой теории, опираясь на уже известный нам «закон» народонаселения Мальтуса, заполняют указанный «пробел».


====== Критика учения о «железном законе заработной платы» и теории компенсации ======

Связь заработной платы с накоплением согласно названной теории может быть сформулирована следующим образом: 1) накопление капитала повышает заработную плату; 2) высокая заработная плата вызывает рост рабочего населения (лучшие материальные условия увеличивают число браков среди рабочих и уменьшают смертность детей рабочих); 3) рост рабочего населения повышает предложение труда над спросом и понижает заработную плату; 4) низкая же заработная плата, уменьшая число браков и увеличивая детскую смертность, а также содействуя накоплению капитала за счет рабочих приводит к уменьшению предложения труда (вследствие уменьшения рабочего населения) и к повышению спроса на него (вследствие роста накопления); 5) заработная плата повышается, и вновь все начинается сначала.

Основные пороки этой теории следующие.

Во-первых, она не исследует действия накопления на заработную плату, не анализирует границ, которые ставятся накоплением росту заработной платы при неизменяющемся и изменяющемся строении капитала.

Во-вторых, что особенно важно, она ставит все вверх ногами: движение капитала ставит в зависимость от абсолютного движения рабочего населения. Если в период низкой заработной платы происходят абсолютное уменьшение рабочего населения и накопление капитала, то совершенно непонятно, как происходит расширенное воспроизводство: с ним пришлось бы подождать, пока не начнется усиленное размножение рабочего населения. «Прежде чем вследствие повышения заработной платы могло бы наступить какое-нибудь положительное увеличение действительно работоспособного населения, при этих условиях несколько раз успел бы миновать тот срок, в течение которого необходимо провести промышленную кампанию, дать и выиграть битву»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 652.</ref>. А между тем у капитала есть более действенные средства для удовлетворения спроса на труд — вследствие введения машин повышение производительности труда уже занятых рабочих, а также рост интенсивности и экстенсивной величины труда. Таким образом, предложение труда может расти без соответствующего роста рабочего населения, т. е. первое не тождественно со вторым.

В-третьих, эта теория не заметила такого «пустяка», как существование промышленной резервной армии, которая в основном выполняет три функции: 1) она дает возможность капиталу внезапно, конвульсивно расширяться в ходе движения промышленного цикла (ждать абсолютного прироста рабочего населения, стало быть, незачем); 2) она «обуздывает аппетиты» рабочих во время промышленного подъема, так как окончательно резерв не иссякает и тогда; 3) она усиливает давление на заработную плату в период депрессии и кризиса. В период кризиса действительно усиливается накопление капитала, потому что усиливается степень эксплуатации — падает заработная плата, растет прибавочный труд (он растет также вследствие увеличения интенсивности и экстенсивности рабочего дня: безработица одних заставляет интенсивнее и экстенсивнее работать других). Но мы уже знаем, что более ускоренное накопление вовсе не означает более ускоренного спроса на труд: ведь рост капитала сопровождается повышением органического строения капитала, т. е. уменьшением переменной его части.

В-четвертых, наблюдения, положенные в основу этой теории, истолковываются ее сторонниками неправильно. . Наблюдая, как в отдельных отраслях промышленности при благоприятной конъюнктуре привлекается добавочный капитал, который, вызывая спрос на труд и повышая заработную плату, притягивает и добавочных рабочих, причем по удовлетворении спроса начинается обратная волна — понижается заработная плата и начинается отлив рабочих, т. е. наблюдая, как колебания в заработной плате в отдельных сферах приложения капитала вызывают соответствующие приливы и отливы рабочей силы, сторонники «железного закона заработной платы» без дальнейшего анализа переносят эти явления и на общественный капитал в целом. Они не понимают, что «относительное перенаселение есть тот фон, на котором движется закон спроса и предложения труда. Оно втискивает действие этого закона в границы, абсолютно согласные с жаждой эксплуатации»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 653.</ref>.

Наконец, в-пятых, эта теория зиждется, как сказано, на гнилом фундаменте — на «законе» народонаселения Мальтуса. На этом гнилом фундаменте она зиждется и у Лассаля.

Правда, Лассаль не требует от рабочих воздержания, подобно Мальтусу, он не сваливает вину за низкую заработную плату на рабочих, он, наоборот, делает революционные выводы, требуя уничтожения буржуазной системы заработной платы. Однако из его аргументации объективно вытекает, что низкая заработная плата есть результат размножения рабочего класса. Если бы среди рабочих не увеличилось число браков в период повышенной заработной платы или если бы они принимали предохранительные меры против «излишнего» деторождения, то — это с «железной логикой» следует из лассальянской аргументации — они удержали бы свою заработную плату от падения. Отсюда напрашивается вывод: у рабочих имеется верное средство удержать и даже повысить заработную плату, необходимо лишь воздержание. Повторяем, Лассаль сам подобных выводов никогда не делал, но это дела нисколько не меняет: речь идет не о революционности Лассаля, не об его субъективных хороших намерениях, а о его насквозь буржуазной теории заработной платы.

Это и дало Марксу право заявлять в «К критике Готской программы» следующее: «Но если я принимаю закон с его лассалевским штемпелем, а следовательно, и в лассалевском смысле, то я вынужден также принять и лассалевское обоснование его. Что же оно представляет собой? Как показал Ланге уже вскоре после смерти Лассаля, это — (проповедуемая самим Ланге) мальтусовская теория народонаселения»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 19, с. 24.</ref>. Из сказанного видно, что Маркс считает, что «железный закон заработной платы» Лассаля имеет своим основанием учение Мальтуса, согласно которому низкая заработная плата обусловлена несоответствием между быстрым ростом населения и гораздо более медленным ростом средств существования. Несоответствие это может быть исправлено тем, что рабочие будут «обуздывать» свои инстинкты и сократят свое размножение.

Что касается теории «компенсации», то весь Марксов анализ, данный в настоящей главе, а также разоблачение «железного закона заработной платы» дают возможность «полностью оценить бесстыдство апологета», утверждающего, что рабочие, вытесненные машиной в одной отрасли труда, находят работу в других отраслях. Вытесненные рабочие попадают в промышленную резервную армию и выполняют перечисленные выше три функции.


===== IV. Различные формы существования относительного перенаселения. Всеобщий закон капиталистического накопления =====


====== Текучая, скрытая и застойная формы ======

«Восхождение к конкретному» достигает здесь наивысшего пункта. Выяснив сущность относительного перенаселения, неизбежность и необходимость его, роль его в накоплении и в движении заработной платы Маркс переходит к исследованию конкретных форм проявления избыточного населения. Хотя каждая форма имеет свои специфические особенности и непосредственные причины одной из них отличаются от непосредственных факторов образования другой, но взятые вместе они представляют единое целое, «единство многообразного». Все они — условия и продукт капиталистического накопления.

Текучая форма перенаселения непосредственно выражает нормальное движение капиталистического производства и воспроизводства, промышленные кризисы с их опустошительными действиями в расчет не берутся. Текучесть обеих частей рабочего класса, активной и резервной его армий, есть не что иное, как другое выражение текучести обычной промышленной жизни любой капиталистической страны. Занятый сегодня рабочий — кандидат в завтрашние безработные, а сейчас безработный питает надежду после получить работу.

Поставщиком скрытого перенаселения является преимущественно сельское хозяйство. «Как только капиталистическое производство овладевает сельским хозяйством … спрос на сельскохозяйственных рабочих абсолютно уменьшается вместе с накоплением функционирующего в этой области капитала, причем выталкивание рабочих не сопровождается, как в производстве неземледельческом, большим привлечением их. Часть сельского населения находится поэтому постоянно в таком состоянии, когда оно вот-вот перейдет в ряды городского или мануфактурного пролетариата, и выжидает условий, благоприятных для этого превращения»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 657.</ref>.

Застойное перенаселение «образует часть активной рабочей армии, но характеризуется крайней нерегулярностью занятий». Вследствие этого и указанная группа рабочих выполняет все функции промышленной резервной армии: она используется при расширенном воспроизводстве, она своим существованием давит на заработную плату, так как потребности ее крайне низки, и работает она (когда занята) в плохо оплачиваемых и сильно эксплуатируемых отраслях производства (как, например, капиталистическая домашняя промышленность). Низшим слоем рабочего класса вообще, а описанной группы в частности являются уже постоянные пауперы. Они, как указывает Маркс, состоят из трех категорий: 1) работоспособных, но попавших в нищету вследствие длительного отсутствия работы, 2) сирот и детей нищих, 3) уже неработоспособных или не умеющих приспосабливаться к новым условиям производства.

Пауперы, правда, уже не могут влиять на рынок труда и выполнять функции промышленной резервной армии (за исключением первой категории, которая во время оживления промышленности втягивается в работу), но зато они представляют собою «инвалидный дом активной рабочей армии и мертвый груз промышленной резервной армии»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 658.</ref>.


====== Абсолютный всеобщий закон капиталистического накопления ======

Что на одном полюсе буржуазного общества имеются богатство и роскошь, а на другом — крайняя нужда и нищета, что богатство одних сопровождается отсутствием самого необходимого у других — все это было известно и до Маркса. Это констатируется и буржуазными писателями: одни говорят об этом с сожалением, а другие — с холодным цинизмом, как, например, цитируемый Марксом протестантский монах. Блестящая характеристика капиталистического общества как общества антагонистического со своими крайними полюсами лапа также в произведениях социалистов-утопистов. Маркс не только объяснил существующее положение, но и обобщил указанные факты, показал их место в системе категорий политической экономии. Его анализ капиталистического производства, начиная с товара, «экономической клеточки буржуазного общества», и кончая расширенным воспроизводством, открыл: 1) что в капиталистическом обществе производятся не только товары, не только прибавочная стоимость, не только капитал, но и относительное перенаселение, 2) что товарное производство развивается в производство прибавочной стоимости и капитала, а последнее обусловливает производство относительного перенаселения и им обусловливается; 3) что относительное перенаселение — такая же социально-историческая категория, как и все другие категории политической экономии; 4) что, наконец, развитие капитализма ведет не к сглаживанию, притуплению его противоречий, а, наоборот, к их обострению. Отсюда и следует, «что по мере накопления капитала положение рабочего должно ухудшаться, какова бы ни была, высока или низка, его оплата»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 660.</ref>.

И вывод Маркса таков: «Чем больше общественное богатство, функционирующий капитал, размеры и энергия его возрастания, а следовательно, чем больше абсолютная величина пролетариата и производительная сила его труда, тем больше промышленная резервная армия. Свободная рабочая сила развивается вследствие тех же причин, как и сила расширения капитала. Следовательно, относительная величина промышленной резервной армии возрастает вместе с возрастанием сил богатства. Но чем больше эта резервная армия по сравнению с активной рабочей армией, тем обширнее постоянное перенаселение, нищета которого прямо пропорциональна мукам труда активной рабочей армии. Наконец, чем больше нищенские слои рабочего класса и промышленная резервная армия, тем больше официальный пауперизм. Это — абсолютный, всеобщий закон капиталистического накопления»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 659.</ref>.


====== «Закон» народонаселения Мальтуса ======

Его можно формулировать следующим образом: 1) население обнаруживает тенденцию к очень быстрому размножению, 2) возрастание количества средств существования происходит гораздо медленнее, 3) нищета широких народных масс в условиях капитализма есть результат несоответствия между количеством средств существования и численностью населения, 4) бедность наряду с пороками и вырождением является и средством к уничтожению этого несоответствия. Первым двум положениям Мальтус пытался даже для большей убедительности придать математическую формулировку.

Рост населения он характеризует следующим числовым рядом: 1, 2, 4, 8, 16, 32 и т. д. (в математике это называется геометрической прогрессией), а рост средств существования он изображает уже таким рядом: 1, 2, 3, 4, 5, 6, т. е. средства существования растут лишь в арифметической прогрессии.

Этот «закон» Мальтус считает краеугольным камнем всей политической экономии (как он строит свою теорию заработной платы на этом законе, мы показали раньше). Но наиболее «оригинальным» является его решение проблемы нищеты: оно дано в 3-м и 4-м тезисах его закона.

Проблему нищеты Мальтус превращает в проблему естественного порядка. Бедность, перенаселение — результат несоответствия между размножением людей и производством пищи: первое происходит, как он уверяет, в геометрической прогрессии, второе — в арифметической прогрессии. Отсюда и практический вывод, что решение проблемы нищеты заключается в приспосабливании роста населения к производству пищи. И Мальтус, и его сторонники стали проповедовать рабочим воздержание. Они даже требовали прекращения благотворительности, так как последнее способствует размножению бедняков.

Мальтус, безусловно, переборщил даже сточки зрения буржуазии: беднота, т. е., выражаясь экономически, промышленная резервная армия, очень и очень нужна буржуазии, она в капиталистическом обществе вовсе не лишний элемент, а выполняет весьма важные функции. Промышленный цикл с его внезапными расширениями и увеличением спроса на труд был бы немыслим, если бы в резерве не было избыточного населения, откуда можно черпать необходимые добавочные рабочие силы. Резерв этот, кроме того, как мы уже знаем, давит на заработную плату, не позволяет «зарваться» слишком занятым рабочим в своих требованиях даже во время промышленных подъемов.

Этого не учел защитник феодальных классов Мальтус, но это инстинктивно поняла буржуазия (во времена Мальтуса она была еще в полном расцвете своих сил) и построила целый ряд благотворительных учреждений для «поддержания» бедноты. Социалисты-утописты видели решение проблемы бедности в реорганизации буржуазного общества в социалистическое, следовательно, они вполне правильно поняли, что бедность неискоренима в пределах буржуазного общества, что она исчезнет только при социализме.

Но они воспринимали это больше чутьем: научно объяснить, почему «накопление богатства на одном полюсе есть в то же время накопление нищеты, муки труда, рабства, невежества, огрубения и моральной деградации на противоположном полюсе, т. е. на стороне класса, который производит свой собственный продукт как капитал»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 660.</ref>, социалисты-утописты не могли.

Маркс же не только научно объяснил эти явления, но и доказал, что в своей совокупности они являются абсолютным, всеобщим законом капиталистического накопления, что нищета в капиталистическом обществе совершенно иная, чем в докапиталистическую эпоху, что капитализму присуща особая форма нищеты, как присущ ему особый закон народонаселения.

Но именно последнего и не признает Мальтус — и в этом основной методологический порок его «закона»: он выводит одинаковый закон для различных эпох, т. е. для различных способов производства. Этим затушевывается своеобразие отдельных эпох, их историческая обусловленность. Правда, это и нужно было Мальтусу; в особенности ему нужно было затушевать своеобразие капитализма, но это совершенно недопустимо с точки зрения научной методологии. Также недопустимо социалогический закон, а таковым является закон народонаселения, превращать в закон природы. И с фактической стороны закон Мальтуса не выдерживает критики. Маркс доказывает это в следующем параграфе. Уже тот факт, что доходы растут быстрее населения<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 663—664.</ref>, показывает, что объяснять бедность чрезмерным размножением населения не приходится. Но особенно убийственными для мальтусовского закона являются факты, имевшие место в Ирландии, которая «… менее чем за 20 лет… потеряла свыше 5/16 своего населения»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 710.</ref>. С точки зрения теории Мальтуса, после такого уменьшения народонаселения должно было наступить улучшение, но ничего подобного не было. Произошла централизация земельной собственности, значительная часть пахотной земли превратилась в луга: скотоводство, снабжающее английский рынок мясом, стало выгоднее земледелия, и при абсолютном уменьшении населения все же образовалось и росло также и относительное перенаселение.

Цифры Мальтуса совершенно не отражают фактического положения вещей. Нельзя абстрактно говорить о тенденциях роста населения, эти тенденции должны изучаться конкретно: при различных общественных условиях существуют различные тенденции. В различных странах рост населения не одинаков, не одинаков он также и среди различных слоев населения. Что касается роста средств существования, то технический прогресс, в частности, развитие сельскохозяйственной техники, агрономии и органической химии, значительно увеличил даже при капиталистическом строе, ставящем определенные границы развитию производительных сил, количество средств существования.


===== V. Иллюстрация всеобщего закона капиталистического накопления =====


====== Абстрактное и конкретное ======

Всеобщий закон капиталистического накопления с методологической стороны есть завершение — это уже было подчеркнуто в предыдущем параграфе — анализа производства капитала (предмет исследования I тома «Капитала»), анализа, начатого с простейшей формы — с товара. Без теории стоимости нет теории прибавочной стоимости, а без теории прибавочной стоимости нет теории накопления и, следовательно, нет всеобщего закона капиталистического накопления. А с другой стороны, теория прибавочной стоимости и накопления есть дальнейшее развитие теории стоимости, примененной к капиталистическим отношениям. Трудовая теория стоимости классиков потерпела крушение в первую очередь из-за отсутствия у них теории прибавочной стоимости и правильной теории накопления, т. е. из-за неумения развить дальше трудовую теорию стоимости и применить ее к капиталистическому хозяйству. Они остановились на первой стадии научной абстракции, на анализе товара, отношений товаропроизводителей. А. Смит открыто заявил, что закон стоимости в капиталистическом обществе не действует, а имеет силу лишь в «первобытном состоянии», т. е. простом товарном хозяйстве. Рикардо полагал, что закон стоимости действует и в капиталистическом обществе, но фактически и у него закон оказался неприложимым к последнему, поскольку им четко не были объяснены на основании этого закона прибавочная стоимость и накопление капитала.

Только Маркс превратил теорию стоимости в теорию капитализма, завершающуюся наивысшим обобщением — всеобщим законом капиталистического накопления. Но эта гигантская работа мысли не совершалась чисто абстрактно: Маркс никогда не покидает почвы фактов. Конечно, исходным моментом являются два основных, имманентно присущих капитализму отношений: товарного отношения и отношения капитала. Но анализ этих решающих моментов вставлен в исторические рамки и обогащается не просто конкретными фактами, а фактами в их последовательном историческом развитии. Систематическое изучение «Капитала», главы за главой, не оставляет на этот счет ни малейшего сомнения. Особенно стоит припомнить такие отделы, как «Производство абсолютной прибавочной стоимости» (глава о «рабочем дне»), «Производство относительной прибавочной стоимости», настоящий отдел, начиная с главы XXII.

Утверждение, что Маркс изучает «абстрактный капитализм», или «чистый капитализм», верно лишь в том смысле, что им предполагается, что капиталистический способ производства стал всеобщим, окончательно вытеснил все другие способы производства. От последних он действительно абстрагируется, но сам капиталистический способ производства прослеживается им конкретно, шаг за шагом, начиная с простой кооперации и кончая машинным производством. Перед нами развертывается не только теория капитализма, но и история капитализма. В IV главе капиталист — этот «персонифицированный капитал» — выступает еще в очень скромной форме — в форме владельца денег, ищущего товар рабочую силу, а в XIII главе он уже фигурирует как владелец крупных фабрик, как властелин науки и техники. Определение всеобщего закона капиталистического накопления, хотя оно получено не одним, как сказано, абстрактным путем, все же еще раз иллюстрируется на фактах и цифрах. В сущности этот закон не нуждается больше в фактической проверке, или фактическом доказательстве, коль скоро абстрактный анализ, открывший его, все время основывается на фактах. И здесь, действительно, идет речь только об иллюстрации, т. е. о выражении этого закона языком фактов и цифр. Маркс как бы отходит в сторону и предоставляет говорить взятым им из официальных источников таблицам и отчетам. Они на своем конкретном языке повторяют то, что Маркс выразил в абстрактной форме.

Нужно помнить, что язык фактов и цифр без правильной теории недоступен, непонятен. Приводимые факты и цифры были известны не только Марксу (правда, многие из них он впервые извлек из пыльных архивов на свет для широкой читающей публики), но только автор «Капитала» дает возможность правильно понять их.


====== Значение иллюстраций в настоящем отделе ======

Весь фактический материал настоящей главы и значительная часть его в предыдущих главах имели в момент появления «Капитала» громадное практическое значение. Они рисовали рабочему классу его настоящее, они служили громадным агитационным материалом в силу их свежести и злободневности даже для тех, кто не вникал в глубину, стройность и выдержанность всей теоретической системы в целом. Этого значения указанный материал сейчас не имеет. Но за ним остается и поныне большое научное значение. Он показывает применение Марксом принципа единства логического и исторического. Маркс, развертывая теорию капитализма, в то же время изображает возникновение и развитие капитализма: предмет конкретизируется вместе с самим исследованием. Но это получается лишь тогда, когда абстрактный анализ сочетается с обобщенным фактическим материалом, т. е. если мы усваиваем марксову теорию так, как он сам ее строил.

Но фактический материал имеет еще одно важное значение. На нем следует учиться, как увязывать теорию с эмпирическим материалом, как подтвердить последним то, что выведено абстрактным путем, словом, как применить теорию к объяснению фактов. Конечно, иллюстрировать всеобщий закон капиталистического накопления в наше время необходимо на свежем, современном материале, но, как это делать, нужно учиться у автора «Капитала».

Приводимые Марксом таблицы и отчеты иллюстрируют, во-первых, рост богатства на одном полюсе, об этом свидетельствует рост прибыли; во-вторых, рост нищеты, невежества, одичания и моральной деградации на противоположном полюсе<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 679—680.</ref>. А для этого Маркс как нельзя лучше использует отчеты о жилищных и других условиях жизни трудящихся, ярко рисующих их домашнюю обстановку, моральную среду и быт. При таких условиях одичание и моральная деградация неизбежны. Очень многое в этом отношении дает описание горнорабочих<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 679—680.</ref> и «банд» земледельческих рабочих.


===== Примечания к двадцать третьей главе =====

1. Лучшим пособием к этой главе является работа самого Маркса «Наемный труд и капитал» с предисловием Энгельса. В брошюре в популярной форме излагается, как и в силу чего происходит повышение органического строения капитала, а также освещена проблема «обнищания» рабочего класса. Но в этой брошюре Маркс употребляет еще неточную терминологию; он еще говорит о продаже труда, а не рабочей силы.

Эта сторона вопроса выяснена в предисловии Энгельса.

2. Также рекомендуем прочесть и другую брошюру Маркса — «Заработная плата, цена и прибыль». Эта брошюра, как и «Наемный труд и капитал», является хорошим повторением не только этой главы, но и всего I тома. Но в этих работах вопрос о заработной плате поставлен именно в том разрезе, как в настоящей главе. А потому они имеют большое значение и для настоящей главы.

{3. Важнейший вопрос, возникающий в связи с изучением всеобщего закона капиталистического накопления — об основных формах, в которых выражается ухудшение положения пролетариата.

Прежде всего следует иметь в виду, что это ухудшение, проистекающее из самой сущности капитализма, складывается как итог всей совокупности условий жизни и труда всего рабочего класса, включая безработных. Оно находит свое выражение в целом ряде конкретных явлений — повышении степени эксплуатации, увеличении тяжести труда (росте его интенсивности, ухудшении других условий труда), возрастании численности безработных, снижении заработной платы, росте общественного неравенства, нищеты и т. д.

Апологеты «свободного мира», пытаясь «опровергнуть» Марксов закон капиталистического накопления и доказать «рост» благосостояния трудящихся при капитализме, судят о положении пролетариата лишь по уровню заработной платы занятой части рабочего класса. Тем самым они игнорируют ухудшение положения пролетариата вследствие роста безработицы, повышения эксплуатации, усиленного расхищения рабочей силы в процессе капиталистического производства. Таким путем апологеты капиталистических производственных отношений пытаются скрыть тот факт, что в условиях капитализма положение пролетариата может ухудшаться и ухудшается и при росте уровня заработной платы.

При капитализме в отдельные периоды происходит абсолютное снижение уровня потребления материальных и духовных благ пролетариата по сравнению с ранее достигнутым уровнем. Снижение указанного уровня Ленин назвал абсолютным обнищанием. В работе «Обнищание в капиталистическом обществе» Ленин в 1912 г. сделал вывод о наличии в Германии абсолютного обнищания из того факта, что за предшествующий тридцатилетний период в этой стране номинальная заработная плата возросла только на 25 %, тогда как стоимость жизни повысилась по меньшей мере на 40 %, т. е. налицо было прямое снижение заработной платы<ref>''Ленин В. И.'' Полн. собр. соч., т. 22, с. 221.</ref>.

Упорной борьбой пролетариат время от времени добивается тех или иных положительных сдвигов в уровне удовлетворения своих материальных и культурных нужд. Жизнь подтверждает предсказание Энгельса, согласно которому «организация рабочих, их постоянно растущее сопротивление будут по возможности создавать известную преграду для роста нищеты»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 22, с. 233.</ref>. Однако наличие таких изменений далеко не всегда может служить свидетельством улучшения положения пролетариата в целом. Повышение абсолютного уровня потребления материальных и культурных благ сплошь и рядом сопровождается ухудшением положения пролетариата в других отношениях, и в первую очередь повышением степени его эксплуатации. «Но что определенно возрастает, — отметил Энгельс, — это необеспеченность существования»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 22, с. 233.</ref>.

Снижение реальной заработной платы рабочих, приводящее к падению объема их личного потребления по сравнению с ранее достигнутым уровнем, является важным, но отнюдь не единственным выражением абсолютного ухудшения положения пролетариата, т. е. ухудшения его положения по сравнению с предшествующим периодом К числу других важнейших форм проявления абсолютного ухудшения положения пролетариата относится увеличение тяжести труда в процессе самого капиталистического производства и рост масштабов относительного перенаселения.

С развитием капитализма растет общественное неравенство, увеличивается расстояние между имущими и неимущими, все более углубляется пропасть между буржуазией и пролетариатом. Происходит относительное ухудшение положения рабочего класса, т. е. ухудшение его положения по сравнению с классом буржуазии. Это находит свое выражение прежде всего в падении доли рабочего класса в национальном доходе. Данное явление Ленин назвал относительным обнищанием рабочего класса. «… Относительное обнищание рабочих, т. е. уменьшение их доли в общественном доходе. Сравнительная доля рабочих в быстро богатеющем капиталистическом обществе становится все меньше, ибо все быстрее богатеют миллионеры»<ref>''Ленин В. И.'' Полн. собр. соч., т. 22, с. 222.</ref>.}


==== Глава двадцать четвертая. Так называемое первоначальное накопление ====


===== Предмет исследования =====

Ссылаться на эту главу приходилось уже неоднократно, так как неоднократно вставали те вопросы, которые находят свое решение в настоящей главе. Еще в IV главе, когда выяснилось, что деньги становятся капиталом лишь потому, что часть их превращается в рабочую силу, отчужденную от средств производства и продаваемую свободным (в юридическом смысле) рабочим, встал вопрос, откуда взялась такая рабочая сила. Из предшествовавшего анализа — из отдела «Товар и деньги» — это совсем не вытекало, наоборот, там все время предполагалось, что друг другу противостоят товаропроизводители, т.е. владельцы средств производства, а потому и собственники продуктов своего труда. А дальнейшее исследование, показавшее, что не всякая сумма денег может превратиться в капитал, что минимальная сумма, авансируемая на производство, далеко превосходит средневековый максимум, т.е. максимум денег, которые были нужны для ведения дела цеховому мастеру средних веков, поставило вопрос: каким образом, какими путями накапливались у отдельных лиц суммы денег, превышающие средневековый максимум?

Если соединить оба вопроса, то получим следующий, более общий вопрос: каким образом произошло отчуждение средств производства у одних и присвоение их другими, вследствие чего первые стали пролетариями, а вторые — капиталистами? Анализ капиталистического способа производства ответа на этот вопрос не дает, наоборот, он его лишь предполагает. «Между тем, — говорит Маркс, — накопление капитала предполагает прибавочную стоимость, прибавочная стоимость — капиталистическое производство, а это последнее — наличие значительных масс капитала и рабочей силы в руках товаропроизводителей. Таким образом, все это движение вращается, по- видимому, в порочном кругу, из которого мы не можем выбраться иначе, как предположив, что капиталистическому накоплению предшествовало накопление «первоначальное».., — накопление, являющееся не результатом капиталистического способа производства, а его исходным пунктом»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 725.</ref>.

Следовательно, настоящая глава вводит нас в докапиталистический мир, в докапиталистические отношения, но исследуются они постольку, поскольку они подготовляют капиталистические отношения, являясь их прологом. В этом смысле проблема так называемого первоначального накопления является проблемой политической экономии в узком смысле, политической экономии, изучающей капиталистическую систему в ее возникновении, развитии и исчезновении. Более того, проблема так называемого первоначального накопления входит именно в круг проблем I тома «Капитала», непосредственно примыкая к вопросам, трактуемым в настоящем, седьмом, отделе — «Процесс накопления капитала». Этот процесс понимается здесь в двояком смысле: во-первых, как процесс, происходящий уже на основе капиталистического способа производства; во-вторых, как процесс, подготовляющий предпосылки этого способа производства. Но предпосылки капитализма и сам капитализм неотделимы друг от друга: их связь нельзя понимать чисто механически, с самого начала имеет место диалектическое перерастание методов так называемого первоначального накопления в методы капиталистического накопления.

Роза Люксембург утверждала, что процесс первоначального накопления продолжается все время и что без последнего капитализм даже не может существовать. Капитализм постоянно разрушает свое некапиталистическое окружение и этим создает рынок для реализации прибавочного продукта. Что процесс первоначального накопления продолжается все время — это верно. Но что капитализм не может без этого существовать — это неверно. Насильственное разрушение натурального и полунатурального хозяйства продолжается и при развитом капитализме, по мере того как он завоевывает новые страны; но неверно то, что без этого капитализм не может существовать.

Мы здесь на этом останавливаться не можем, так как это связано с критикой неверной теории рынка Розы Люксембург. Здесь достаточно лишь подчеркнуть, что если бы Роза Люксембург была права, то нельзя было бы исследовать капитализм в чистом виде, т.е. предположить, что существует только капиталистический способ производства, раз это невозможно, раз это заключает в себе внутреннее противоречие. А между тем Маркс исследует именно чистый капитализм, и в этой главе речь идет только о первоначальном накоплении, в смысле подготовки предпосылок капиталистического накопления, а не о процессе, идущем параллельно последнему и питающем его.

«Следовательно, так называемое первоначальное накопление, — говорит Маркс, — есть не что иное, как исторический процесс отделения производителя от средств производства. Он представляется «первоначальным», так как образует предысторию капитала и соответствующего ему способа производства»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 727.</ref>. Но, повторяем, «предыстория» капитала диалектически с самого начала начинает перерастать в «историю» капитала; когда первая достигает известной силы и мощности, капитал становится на собственные ноги и начинает развиваться согласно присущим ему имманентным законам. Иногда высказывается мнение, что исследование первоначального накопления Маркс должен был предпослать анализу капиталистического производства, т.е. анализу капитала он должен был предпослать «предысторию» его. Но это ошибочно: именно в свете анализа капитала и капиталистических отношений настоящая глава приобретает теоретическое значение, так как теперь можно провести принципиальное различие между капиталистическим накоплением и «первоначальным накоплением». До этого исследования эта глава имела бы лишь значение исторического очерка.


===== Порядок исследования =====

Проблема так называемого первоначального накопления в свою очередь разбивается на целый ряд вопросов.

Во-первых, вопрос об историческом образовании кадров наемных рабочих, для чего нужно было: 1) освободить производителя от феодальной зависимости, сделать его юридически свободным; 2) освободить его и от средств производства, а при тогдашних условиях — как будет показано дальше — это означало «освободить» его от земли; 3) дисциплинировать вновь созданных пролетариев, заставить их работать на выгодных для возникающего капитала условиях. Этому вопросу Маркс посвящает 2-й и 3-й параграфы — «Экспроприация земли у сельского населения» и «Кровавое законодательство против экспроприированных».

Во-вторых, вопрос о возникновении (прежде всего в земледелии) фермеров. Этот вопрос рассматривается в 4-м параграфе — «Генезис капиталистических фермеров».

В-третьих, вопрос о создании рынка для капиталистической промышленности и возникновении самих промышленников-капиталистов. Это Марксом рассматривается в 5-м и 6-м параграфах.

Перечисленными исследованиями разоблачается «Тайна первоначального накопления», о которой Маркс говорит в 1-м параграфе, являющемся, таким образом, введением ко всей главе. А в последнем — 7-м параграфе подводятся итоги и делается обобщение не только исследования настоящей главы, но в известном .смысле и всего I тома «Капитала», так как и сама эта глава, как уже отмечено, является логическим и политико-экономическим завершением всей книги.


===== I. Тайна первоначального накопления =====

Мы уже говорили, что в этом параграфе Маркс дает целевую установку всей главы. Буржуазные экономисты, считающие капитал результатом сбережения и «воздержания», таковым считают и первоначальное накопление. Более того, согласно их концепции, их пониманию капитала, категория «первоначальное накопление» совершенно бессодержательна и, стало быть, излишня. Раз капитал всегда и везде — результат сбережения, то различие между разными историческими периодами сводится лишь к количественным моментам: в одни эпохи капитал накапливается больше, в другие — меньше. Только для Маркса, раскрывшего истинную сущность капитала и капиталистического накопления, первоначальное накопление является качественно отличным от накопления, совершающегося уже на основе капиталистического способа производства. Для Маркса оно приобретает значение новой категории. Если капиталистическое накопление есть не что иное, как непрерывно совершающаяся экспроприация наемных рабочих, присвоение их неоплаченного труда, но экспроприация замаскированная, скрытая за отношением вещей, происходящая согласно законам товарообращения, то первоначальное накопление есть экспроприация средств производства у производителей с целью превратить их в наемных рабочих, экспроприация, не прикрытая вещными отношениями, совершающаяся вне законов товарообращения, являющаяся внеэкономическим фактором.

«В действительности методы первоначального накопления — это все, что угодно, но только не идиллия»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 726.</ref>. Этот тезис выдвигается Марксом в настоящем параграфе и обосновывается в следующих. А в дальнейшем при использовании большого количества фактов, подтверждающих указанный тезис, он получает более резкую формулировку: «новорожденный капитал источает кровь и грязь из всех своих пор, с головы до пят»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 770.</ref>.


===== II. Экспроприация земли у сельского населения =====

Капиталистическому хозяйству реально предшествует не простое товарное хозяйство — которое как самостоятельная система, как определенная историческая и экономическая формация никогда не существовало. «Экономическая структура капиталистического общества выросла из экономической структуры феодального общества. Разложение последнего освободило элементы первого»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 727.</ref>. Экономическая же структура феодализма в деревне представляла собой в значительной мере еще замкнутое натуральное и полунатуральное хозяйства. Производственно-техническим базисом этого хозяйства является соединение земледелия с домашней промышленностью, притом земледельческое производство, как правило, было мелким. «Во всех странах Европы феодальное производство характеризуется разделением земли между возможно большим количеством вассально зависимых людей»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 729.</ref>. Правда, в городах господствовало ремесло, организованное в цехи и являвшееся по своей экономической характеристике простым товарным производством. Но средневековые города представляли собой сравнительно небольшие оазисы в безбрежном море деревень. Основную массу населения составляли сельские жители. Отсюда ясно, что будущая промышленная армия могла рекрутироваться именно в деревне, а не в городе, т.е. предками современного пролетариата в своей подавляющей массе были не городские товаропроизводители-ремесленники, а крестьяне, жившие до перехода их в ряды пролетариата в условиях натурального и полунатурального хозяйства. К тому же успешной пролетаризации городских ремесленников долгое время мешали сильные в то время цеховые организации. Этим мы не хотим умалять значения цеховых мастеров и подмастерьев в первых капиталистически организованных производствах, особенно мануфактурах. Но городской ремесленник составил лишь верхний слой — квалифицированную часть образовавшегося пролетариата, основная же масса создавалась в деревне.

Вот почему исследование процесса образования масс пролетариата Маркс начинает с изложения экспроприации земли у сельского населения, так как «экспроприация земли у, сельскохозяйственного производителя, крестьянина, составляет основу всего процесса»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 728.</ref>.

«Обезземеление крестьянина составляет основу всего процесса», но не исчерпывает его полностью, Роспуск феодальных дружин и расхищение монастырского имущества, вследствие чего громадные массы людей лишались хлеба и крова, расширили и углубили указанную основу. Но поскольку «основу» все же составляет обезземеление крестьян, то Маркс главное свое внимание сосредоточивает на этом процессе и рисует его с большой полнотой, яркостью и выпуклостью. Материал взят из истории Англии, но только «в качестве примера». В разных странах процесс этот имел разную окраску, например в России обезземеление крестьянства являлось второй стороной медали, именуемой «освобождением» крестьян (в 1861 г.). Но везде и всюду он являлся «прологом», «предысторией» капитала.

Массовое изгнание крестьян с насиженных мест начинается в Англии в XV в. и заканчивается в первой половине XIX в. Длительность этого процесса, продолжавшегося в течение многих веков и совершавшегося при разных исторических условиях, свидетельствует о его закономерности, о том, что он был продиктован могучими интересами зарождавшегося и укреплявшегося нового буржуазного общества. И действительно, по мере развития и укрепления экономических начал нового общества обезземеление крестьян принимает все более решительный характер, а главное, легализуется. Если вначале правительство еще борется (правда, безуспешно) против уничтожения мелких крестьянских хозяйств, то потом само законодательство его санкционирует. Об этом свидетельствуют законы (в XVII в.) об огораживании общинной земли, т.е. о расхищении ее крупными землевладельцами и экспроприации мелких собственников, и закон под названием «чистка имений», имевший место в XIX в.

Первый толчок к лишению крестьян земли был дан развитием шерстяной промышленности и поднятием цен на шерсть, в результате чего в Англии резко меняется соотношение между пашней и пастбищем: если вначале один акр пастбища приходился на 3—4 акра пашни, то в XVIII в. уже 3 акра пастбища приходились на один акр пашни. Земледелие становится более интенсивным, требующим больше капитала и меньше труда. Меньше труда требует и пастбище, пришедшее на смену пашне. Недаром еще Томас Мор в «Утопии» заявил, что «овцы пожирают людей». Если в других странах процесс обезземеления крестьян и вытеснения мелкого хозяйства крупным совершался не так быстро и не так радикально, то все же образование пролетариата, массовое превращение рабочей силы в товар, словом, «предыстория» капитала в основном, как подчеркнуто раньше, протекала так же, как в Англии. В последней все это совершалось в «классической форме»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 728.</ref>.


===== III. Кровавое законодательство против экспроприированных =====

Формально кровавое законодательство было направлено против бродяг и нищих, но в последних как раз и были превращены экспроприированные. Кровавые законодатели дополняли работу не менее кровавых экспроприаторов: если вторые освободили людской материал, из которого можно было формировать кадры наемных рабочих, то первые непосредственно участвовали в этом формировании. Своим жесточайшим преследованием «шатающихся бездельников» они заставляли их работать на любых условиях. Помимо того, ими нормировался, как мы уже знаем, рабочий день и регулировалась заработная плата. Устанавливался не минимум заработной платы, а максимум, выше которого запрещалось платить.

Выше цитировались мнения писателей того времени, которые создали особую «теорию» заработной платы. Согласно этой теории высокая заработная плата портит работника, делает его ленивым, так как заработка 3—4 дней хватает на существование, а потому остальное время недели он гуляет. Таким образом, низкая заработная плата должна была служить стимулом к усиленному труду. Били дубьем, били рублем, но всегда в одну точку: нужно было покорить производителя, превратить его в орудие производства прибавочной стоимости.

С этой целью преследовались и коалиции рабочих; жестокие законы против них в Англии — родине тред-юнионов (профсоюзов) — были отмечены в 1825 г. И «французская буржуазия в самом начале революционной бури решилась отнять у рабочих только что завоеванное право ассоциаций. Декретом от 14 июня 1791 г. она объявила все рабочие коалиции «преступлением против свободы и декларации прав человека»… Даже правительство террора оставило его (декрет. — ''Д.'' ''Р''.) неприкосновенным»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 751—752.</ref>.

Такими насильственными методами были заложены основы капиталистического способа производства. Насилие совершалось в частном порядке, отдельными лицами и группами, насилие совершалось и в законодательном порядке: буржуазия еще не могла обойтись без помощи государственной власти. И буржуазный строй вылупился из феодального при могущественном содействии государственной власти. Но важно подчеркнуть, что насилие само по себе не создает и не может создавать новых экономических формаций: при одних экономических условиях оно дает одни результаты, а при других — другие. Насилием крестьяне были прикреплены к земле (крепостничество), насилием они были «освобождены» от нее. «Насилие является повивальной бабкой всякого старого общества, когда оно беременно новым. Само насилие есть экономическая потенция»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 761.</ref>. Государственная власть, столь сильно ускорившая роды буржуазного общества, сама была порождена теми производительными силами, которые и создали капитализм.


===== IV. Генезис капиталистических фермеров =====

Земля, отнятая у крестьян, досталась крупному землевладельцу, но последний не годился в предприниматели. Исторической «миссией» феодальной знати было не накопление. Из всех страстей она менее всего была подвержена страсти накопления. Для выполнения последнего нужен был новый класс, каким и являлись капиталистические фермеры. Они вербовались из наиболее зажиточных крестьян и из тех высших должностных лиц, которые и раньше управляли барскими имениями.

Правда, постепенно и сами дворяне приспосабливались к новым условиям, становились «образцовыми» хозяевами, превращаясь, особенно на континенте, в аграриев. Но вначале они были дезорганизованы, и немало дворянских имений, сколоченных вышеописанными путями, попало в руки разбогатевших мещан и крестьян. В Англии, где капитализм стал развиваться раньше и быстрее, прежде чем сами лендлорды опомнились, освоились с новой обстановкой, сложился крепкий слой капиталистических фермеров, Маркс перечисляет целый ряд факторов, благоприятствовавших возвышению и обогащению фермеров. К ним относятся: 1) низкая заработная плата и большая интенсивность труда, т.е. высокая степень эксплуатации сельскохозяйственных рабочих; 2) непрерывное падение стоимости благородных металлов, следовательно, и денег, в условиях, когда арендные договоры заключались на длительные сроки (нередко и на 99 лет), приводило к тому, что от удешевления денег выигрывали только фермеры: они вносили свои арендные платы все уменьшающейся суммой стоимости; 3) вздорожание сельскохозяйственных продуктов опять-таки приводило к тому, что вследствие продолжительности арендных договоров вся выгода от этих высоких цен доставалась только фермерам.

Все эти моменты хорошо переданы в приведенной Марксом беседе между рыцарем и доктором<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 754, примечание.</ref>.


===== V. Обратное влияние земледельческой революции на промышленность =====

Первоначальное накопление, создающее основную предпосылку капиталистического способа производства, отделение средств производства от производителя происходит прежде всего в сельском хозяйстве. Но свое начало это движение берет в городе, а не в деревне; развитие городских промыслов, в частности шерстяной промышленности, вызывает переворот в сельском хозяйстве. Вообще этот переворот был обусловлен переходом от натурального хозяйства к товарному, а начало товарного хозяйства кладется образованием городов и городских производств.

Но совершившийся под влиянием города переворот в деревне в свою очередь обратно воздействует на промышленность, и весь процесс представляется так: промышленность, вначале сводившаяся к городским ремеслам, достигшая известной ступени развития и начавшая работать на более или менее обширный рынок, вызывает переворот в сельском хозяйстве. Иными словами, развитие промышленности является причиной, а переворот в сельском хозяйстве — следствием. Но следствие становится причиной: земледельческая революция создает элементы нового строя и ускоряет промышленную революцию. Это-то обратное влияние революции в сельском хозяйстве на промышленность и изучается Марксом в данном параграфе. А так как основным следствием земледельческой революции — помимо уже исследованного процесса образования наемных рабочих, в том числе и для промышленности, — было создание для той же промышленности рынка, то все исследование превращается в исследование генезиса достаточного по своей емкости рынка, являющегося предпосылкой капиталистического производства. Притом речь идет о внутреннем рынке, возникающем и развивающемся вместе с возникновением и развитием товарно-капиталистических отношений в сельском хозяйстве. Эта тема особенно развита у В. И. Ленина в его книге «Развитие капитализма в России», где шаг за шагом прослеживается, как разложение натурального крестьянского хозяйства, значительно ускорившееся «освобождением» крестьянства, создало рынок для русской промышленности.

Обезземеление крестьян, отделение средств производства от производителей, превращая последних в продавцов рабочей силы, превращает их в покупателей средств существования: рабочие покупают средства существования на всю сумму, равную переменному капиталу. «Таким образом, с высвобождением части сельского населения высвобождаются также его прежние средства существования. Они превращаются теперь в вещественные элементы переменного капитала»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 755.</ref>. И дальше: «те самые события, которые превращают мелких крестьян в наемных рабочих, а их жизненные средства и средства труда в вещественные элементы капитала, создают в то же время для этого последнего внутренний рынок»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 757.</ref>. В. И. Ленин по этому вопросу пишет следующее: «Забывают, что для рынка важно вовсе не благосостояние производителя, а наличность у него денежных средств; упадок благосостояния патриархального крестьянина, ведшего ранее преимущественно натуральное хозяйство, вполне совместим с увеличением в его руках количества денежных средств, ибо, чем дальше разоряется такой крестьянин, тем более вынужден он прибегать к продаже своей рабочей силы, тем большую часть своих… средств существования он должен приобретать на рынке»<ref>''Ленин В. И.'' Полн. собр. соч., т. 3, с. 26—27.</ref>.

Но это одна сторона процесса. Другая сторона его заключается в том, что обезземеление крестьян и превращение их в наемных рабочих означает также отделение промышленности от сельского хозяйства, уничтожение связанной с последним домашней промышленности. Сырье, которое раньше обрабатывалось в мелких крестьянских хозяйствах, теперь продается; и рынком для него является мануфактура. А готовые ткани, которые раньше ткались и прялись для собственного потребления, «превратились теперь в мануфактурные изделия, рынок для сбыта которых образуют как раз земледельческие округа»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 757.</ref>. Даже уцелевшие крестьянские хозяйства или вновь восстановленные хозяйства, — Маркс констатирует, что в Англии мелкое крестьянское хозяйство то исчезало, то вновь появлялось в зависимости от того, развивалось ли скотоводство или хлебопашество, — уже не являются больше прежними замкнутыми хозяйствами, они уже превратились в товарные хозяйства, доставляющие промышленности сырье и хлеб и покупающие ее изделия.

Более того, часть таких хозяйств занимается земледелием лишь как побочным делом: основным их занятием являются различные кустарные промыслы, которые находятся в зависимости либо от торгового, либо от промышленного капитала.


===== VI. Генезис промышленного капиталиста =====

Промышленный капитал здесь понимается Марксом не в узком смысле, не в смысле капитала, вложенного исключительно в промышленность. Здесь речь идет о промышленном капитале, господствующем над всем общественным производством, опирающемся на широко разветвленную систему торговли и кредита и подчиняющем себе государственную власть (превращающем ее в «комитет» по управлению своими делами). Словом, речь идет о промышленном капитале, возникновение которого означает возникновение новой, капиталистической системы. Торговый и ростовщический капитал «достигают зрелости в самых различных общественно-экономических формациях»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 759.</ref>. Но лишь промышленный капитал возвещает новую общественно-экономическую формацию — капитализм. Между тем из описанных до сих пор процессов еще не видно, как возник промышленный капиталист, олицетворение промышленного капитала в широком смысле слова. Правда, уже известные нам перевороты, имевшие своим исходным моментом революцию в сельском хозяйстве, обусловили возникновение пролетариев на одном полюсе и фермеров на другом, а также создали внутренний рынок, который промышленность, выделившуюся из сельского хозяйства, вновь объединил в одну систему с сельским хозяйством (раньше они были соединены в пределах каждого отдельного хозяйства). Эти перевороты очистили почву и для появления промышленного капиталиста. Им могли стать и часто становились зажиточные ремесленники и даже кое-кто из рабочих, которым улыбнулось счастье. Из мелких зародышевых капиталистов благодаря накоплениям из получаемой ими прибавочной стоимости постепенно вырастали крупные капиталисты. Но такая постепенность, «черепашьи темпы этого метода никак не соответствовали торговым потребностям нового мирового рынка, созданного великими открытиями конца XV века»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 759.</ref>. Определяющую роль в так называемом первоначальном накоплении играют торговый и ростовщический капитал, унаследованные еще от средних веков и — по мере того как феодализм сдавал свои позиции в деревне и стало возможным перенести промышленные предприятия в сельские местности, вне контроля цехов, долгое время вообще мешавших развитию промышленного капитала, — в значительной своей части превратившиеся в промышленный капитал. Исследование Маркса в этом параграфе сосредоточено не на превращении старомодных торговцев и ростовщиков в современных промышленных капиталистов, а на тех переворотах, ареной которых являлся уже весь земной шар, а не только «национальная» территория. Параллельно ограблению «своих» крестьян и образованию внутреннего рынка совершались колоссальные грабежи в колониях и вновь открытых странах: создавался мировой рынок. Все это ускорило процесс первоначального накопления и сыграло решающую роль в выдвижении промышленного капитала.

Колониальная система, государственный кредит, налоги, протекционизм, торговые войны — вот отдельные звенья единой цепи, сотканной из грабежей и убийств, совершенных во всех частях света, и всевозможных видов экспроприации широких слоев трудящихся. Каждое из перечисленных звеньев внесло свою лепту в общий фонд первоначального накопления, послужившего широким основанием, на котором было воздвигнуто здание промышленного капитализма.

Вновь открытые страны и завоевание колоний доставили громадные количества благородных металлов, развили мореходство, поставили на широкую ногу торговлю колониальными товарами, сделали торговлю рабами обильным источником обогащения, наконец, создали обширный рынок в мировом масштабе для начавшего развиваться капиталистического производства. Государственный кредит тесно связан с колониальной системой: последняя требовала громадных расходов, которые покрывались из государственных займов. Выгоды от колониальной системы получала возвышающаяся буржуазия, а расходы по этой системе несла вся нация, платившая (не считая других жертв) проценты по заключенным займам. «Единственная часть так называемого национального богатства, которая действительно находится в общем владении современных народов, это — их государственные долги». И Маркс тут же иронически добавляет: «Вполне последовательна поэтому современная доктрина, что народ тем богаче, чем больше его задолженность»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 764.</ref>.

Государственные займы, с одной стороны, повлекли за собой налоговую систему, которая стала «необходимым дополнением системы государственных займов»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 766.</ref>. Налоги являлись тем источником, из которого платили проценты по займам. С другой стороны, государственный долг создал «акционерные общества, торговлю всякого рода ценными бумагами, ажиотаж, одним словом — биржевую игру и современную банкократию»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 765.</ref>, Кредиторами государства вначале были частные группы спекулянтов-финансистов, вскоре превратившиеся в национальные банки, получившие право эмиссии банкнот. Этими банкнотами ссужалось и правительство, т.е. фактически не банки оказывали кредит правительству, а публика, бравшая банкноты (ведь правительство пустило их в оборот), однако проценты получали банки (Маркс иллюстрирует это на примере Английского банка, возникшего в 1694 г.).

Протекционизм ставил своей задачей «фабриковать фабрикантов»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 767.</ref>. При помощи высоких пошлин затруднялся, а иногда совсем запрещался ввоз готовых изделий, но их вывоз всячески поощрялся путем установления экспортных премий. Разрушалась промышленность в колониях, этим путем избавляя «национальную» промышленность от конкурентов. Протекционизм и колониальная система вели к торговым войнам, из которых Англия, точнее, английская буржуазия, выходила победительницей и наследницей колоссальных богатств, награбленных Испанией, Португалией, Голландией, т. е. к собственным грабежам присоединяла плоды грабежей и этих стран.

Все пути вели к одному: к отделению средств производства от производителей и, стало быть, к превращению производителей в пролетариев, а их средств производства — в капитал.


===== VII. Историческая тенденция капиталистического накопления =====

Здесь, как мы уже говорили, Маркс подводит итоги не только исследованию настоящей главы, но и всего I тома «Капитала». Итоги эти гласят: «Капиталистический способ присвоения, вытекающий из капиталистического способа производства, а следовательно, и капиталистическая частная собственность, есть первое отрицание индивидуальной частной собственности, основанной на собственном труде»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 773.</ref>. Это вытекает из анализа капиталистического производства как производства прибавочной стоимости, а также из анализа капиталистического накопления как процесса капитализации прибавочной стоимости. В XXII главе специальный параграф, как мы уже знаем, посвящается изображению «превращения законов собственности товарного производства в законы капиталистического присвоения».

Это «превращение», или — что то же самое — отрицание капиталистической собственностью частной собственности, основанной на труде, вначале совершается методами первоначального накопления, а затем уже самим механизмом капиталистического способа производства, в полном соответствии с законами товарного обращения. Но капиталистическая частная собственность не только постоянно возобновляется, воспроизводится как отрицание частной трудовой собственности, но первоначально она возникла в результате этого отрицания (экспроприации мелких собственников). Это показало исследование первоначального накопления. Таким образом, сформулированное Марксом в приведенной цитате положение есть краткое резюме исследования сущности капитала, капиталистического накопления и первоначального накопления.

Второе положение, следующее за первым, сформулировано так: «… капиталистическое производство порождает с необходимостью естественного процесса свое собственное отрицание. Это — отрицание отрицания»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 773.</ref>. Оно обосновывается следующим образом: «Когда этот процесс превращения (частной собственности мелкого товарного производства в частнокапиталистическую собственность. — ''Ред.'') достаточно разложил старое общество вглубь и вширь, когда работники уже превращены в пролетариев, а условия их труда — в капитал, когда капиталистический способ производства становится на собственные ноги, тогда дальнейшее обобществление труда, дальнейшее превращение земли и других средств производства в общественно эксплуатируемые и, следовательно, общие средства производства и связанная с этим дальнейшая экспроприация частных собственников приобретает новую форму. Теперь экспроприации подлежит уже не работник, сам ведущий самостоятельное хозяйство, а капиталист, эксплуатирующий многих рабочих»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 772.</ref>. На смену капиталистической собственности идет общественная собственность. Средства производства вновь соединяются с производителями, но не на докапиталистической основе, а «на основе достижений капиталистической эры: на основе кооперации и общего владения землей и произведенными самим трудом средствами производства»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23, с. 773. В ленинских работах 90-х годов эти положения Маркса были существеено конкретизированы. Обобществление производства, по мнению Ленина, не ограничивается процессом концентрации. Оно характеризуется также растущей специализацией общественного труда и обобществлением самих «участников производства». Анализ этих процессов позволил ещё до разработки им теории империализма сформулировать вывод об исчерпании исторической миссии капитализма в России. На этих теоретических посылках основывается программное ленинское положение о возможности и необходимости социалистической революции (Ленин В. И. Полн. собр. cоч., т. 3, гл. VII, § XII; гл. VIII, § VI; т. 6, c. 193—256).</ref>.


==== Глава двадцать пятая. Современная теория колонизации ====


===== Значение этой главы =====

Строя свою теорию, строя новую политическую экономию, Маркс на протяжении всего «Капитала» дает критику буржуазной политической экономии, которую он делит на классическую и вульгарную политическую экономию. Критика идеологического отражения капиталистического способа производства в головах буржуазных экономистов дается им параллельно критическому исследованию этого способа производства.

Этому соответствует двойной заголовок книги Маркса: «Капитал» —«Критика политической экономии». И если исследование «процесса производства капитала» — тема I тома «Капитала» — завершено в предыдущей главе, а в последнем параграфе подведены были общие итоги и сделаны заключительные выводы, то в настоящей главе завершается «Критика политической экономии», завершается, конечно, в пределах тех проблем, которые рассматриваются в I томе.

Маркс показывает, как одна буржуазная теория разоблачает другие, как теория колонизации раскрывает фальшь теории капитала, накопления и т. д. Заслугу автора теории колонизации Уэйкфилда Маркс видит «не в том, что он сказал нечто новое о колониях, а в том, что в колониях он раскрыл истину о капиталистических отношениях в метрополии»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т. 23 с. 775.</ref>. Эту истину он раскрыл, конечно, не преднамеренно, не сознательно, а она открылась теорией колонизации, которая в отношении колоний «разбалтывает» то, что так тщательно скрывается в отношении метрополии.

В колониях — речь идет о колониях, в которых каждый иммигрант свободно получает участок земли и сам его обрабатывает, — «капиталистический режим на каждом шагу наталкивается… на препятствия со стороны производителя, который, будучи сам владельцем условий своего труда, своим трудом обогащает самого себя, а не капиталиста»<ref>''Маркс К., Энгельс Ф.'' Соч. 2-е изд., т, 23, с. 774.</ref>. И теория колонизации сводилась к следующему: 1) правительство должно было назначить высокую цену на свободную землю; 2) высокая цена заставила бы нового поселенца долгое время работать по найму, пока он не накопит нужных средств для приобретения участка земли и не станет самостоятельным производителем; 3) вырученные от продажи земли деньги должны были израсходоваться на иммиграцию новых переселенцев, т. е. на ввоз новых «голяков», которые должны были заменить тех, кто из рядов наемных рабочих ушел в ряды самостоятельных производителей.

Эту теорию Маркс называет теорией «фабрикации наемных рабочих в колониях». Но эта же теория, как показывает Маркс, тем самым раскрывает истинную сущность капитала — капитал без наемного труда невозможен, т. е. капитал не вещь, как утверждает буржуазная политическая экономия, а овеществленное общественное отношение. Эта теория, далее, раскрывает несовместимость капиталистической частной собственности с частной собственностью, основанной на личном труде: пока в колониях легко достать землю, т. е. имеется возможность приобрести собственность своим трудом, внедрение капиталистической собственности, капиталистических производственных отношений происходит очень и очень нелегко. А между тем буржуазная политическая экономия не только не различает этих двух диаметрально противоположных форм частной собственности, но капиталистическую собственность всегда выдает за трудовую: первую защищает аргументами, которые могут быть выдвинуты лишь в пользу второй.

Что же касается, наконец, метрополий, т. е. стран с уже господствующими капиталистическими отношениями, то буржуазная политическая экономия всячески защищает свободную игру экономических сил, в частности свободное выявление спроса и предложения на рынке труда; в отношении колоний она в лице теоретика колонизации требует вмешательства государственной власти, ограничения действия закона спроса и предложения, так как в тех колониях, о которых речь идет у Маркса, не заработная плата ограничивалась накоплением капитала, а, наоборот, высокая заработная плата мешала накоплению.