Редактирование: Экштейн Г. Рикардо в критическом освещении Маркса (раздел)

== 2. Стоимость определяется рабочим временем. Цены производства ==

Основу системы Рикардо образует, как известно, закон стоимости, согласно которому стоимость товара определяется количеством труда, необходимого для его производства. Но уже при формулировке этого закона Рикардо не вполне ясно выражает, что он собственно понимает под стоимостью. Он говорит о стоимости и меновой стоимости, об относительной и абсолютной или реальной стоимости, не проводя, однако, последовательно этих различий. Более того, в дальнейшем изложении его первоначальный взгляд, по которому содержащаяся в товаре трудовая стоимость должна лишь обнаруживаться в меновой стоимости, уступает место более поверхностному взгляду, по которому сущность стоимости исчерпывается в обмене.

Вообще, понятиям Рикардо часто недостает надлежащей точности, хотя он значительно превосходит в этом отношении Смита. При его методе, это не давало себя особенно чувствовать. Но для того, чтобы органически развить из закона стоимости всю систему политической экономии, необходима была совершенно точная формулировка, как ее дал Маркс.

Само собою ясно, что для стоимости товара определяющим является не только то количество труда, которое непосредственно затрачено на его производство. Напротив, в нем также воспроизводится стоимость сырого материала, вспомогательных средств, орудий труда и т. п., словом, всего того, что Маркс объединил именем постоянного капитала. Но Рикардо некритично смешал это существенное для производства различие между переменным капиталом, затраченным на заработную плату, и прочим постоянным капиталом с другими различием, взятым из сферы обращения, — различием между оборотным и основным капиталом. Вследствие этого ему не удалось также дать точную формулировку двух последних категорий. В другом месте Маркс уже показал, какие ошибки возникли отсюда при исследовании обращения капитала<ref>«Капитал», т. II. Изд. 1919 г., стр. 193 и след.</ref>. Еще более роковым должно было, понятно, оказаться это смешение для исследования образования стоимости. Именно оно привело Рикардо к тому, что он совсем упустил из виду сырой материал и вспомогательные средства, не укладывавшиеся у него вполне ни в одну из этих двух категорий. Оно же сделало для него невозможным понимание сущности прибавочной стоимости, ибо, сосредоточив все свое внимание только на различиях обращения капитала, он упустил из виду всю важность отношения между оплаченным трудом и неоплаченным, между переменным капиталом и прибавочною стоимостью. Поэтому он просмотрел также значение длины рабочего времени для нормы и массы набавочной стоимости и рассматривал рабочий день как данную и постоянную величину.

Не выступает у него с полною ясностью и сущность прибавочной стоимости, как неоплаченного труда, доставленного рабочим и присвоенного капиталистом. Это происхождение прибыли и ренты было развито только социалистическими учениками Рикардо.

Только тем обстоятельством, что Рикардо неясно понимал органический состав капитала и смешивал оборотный капитал с переменным, объясняется также следующее: он не заметил, что произведенная отдельным капиталом прибавочная стоимость находится в определенном отношении к его переменной части, но не к общей его величине, что поэтому образование прибавочной стоимости из неоплаченного труда на первый взгляд как будто противоречит признаваемому им равенству нормы прибыли. Это уравнение прибылей не представляло для него вопроса, он даже не исследовал, насколько оно согласуется с законом стоимости, он наивно принимал его, как данный факт. Лишь Маркс показал, что здесь заключается мнимое противоречие, которое не может быть преодолено при изолированном рассмотрении отдельного капитала. Только конкуренция, которая властно гонит капитал в те сферы приложения, где производится прибавочная стоимость, превышающая средний уровень, и изгоняет его из тех сфер, где имеет место противоположное, приводит к отклонению индивидуальной прибыли от прибавочной стоимости и тем самым к принципиальному различию между индивидуальною стоимостью данного сорта товаров и его рыночною стоимостью<ref>Удивительно, что это развитие нормы прибыли у Маркса и отклонение рыночной стоимости от индивидуальной стоимости неоднократно объявляли противоречащим первому тому «Капитала»; дело изображали таким образом, что Маркс якобы уничтожил свой собственный закон стоимости, будучи вынужден сам признать его полную неприменимость в капиталистическом мире. Так, например, Бернштейн с большим одобрением цитирует следующее бессмысленное место из Туган-Барановского: «Или товарные цены суть конкретное выражение ценности, — и, в таком случае, ценность не может совпадать с трудовой затратой, так как цена не совпадает с трудовой затратой; или же товарные цены не суть конкретное выражение ценности, — и в таком случае понятие меновой ценности теряет всякий определенный смысл, так как меновую ценность нельзя иначе мыслить, как основание цены. В первом случае учение о ценности Маркса оказывается неверным; во втором случае оно утрачивает какое бы то ни было соотношение с реальными фактами товарного обмена, оно становится бессодержательным». (Цитир. по русск. изд. «Теоретические основы марксизма». 4-е изд. 1918 г. стр. 117.) Такими же аргументами можно было бы легко «доказать» ложность и ненужность законов математического маятника, которым прямо не подчиняется ни один физический маятник.</ref>.

Правда, и от самого Рикардо не вполне ускользнуло, что не все явления образования цен могут быть прямо сведены к формулированному им закону стоимости. Смит, исходя из своего второго взгляда на стоимость товара, как на сумму необходимых для его производства заработной платы, прибыли и ренты, утверждал, что только повышение заработной платы постоянно приводит к вздорожанию продукта. Рикардо опроверг это положение, доказав, что при известных условиях повышение заработной платы может повести даже к понижению рыночной стоимости. В этом случае он очень близко подходит к истине, не сознавая, однако, всю важность и принципиальное значение своего открытия. Так, например, он говорит:

<blockquote>«Если товары, продаваемые за 5 000 фунтов стерлингов, произведены капиталом, равным по величине тому, которым производятся товары, стоимостью в 10 000 фунтов стерлингов, то прибыли будут в обоих случаях равны; но прибыли не были бы равны, если бы цены товаров не изменялись в зависимости от повышения или понижения нормы прибыли».
</blockquote>
Этим положением Рикардо признает зависимость товарных цен от повышения или понижения нормы прибыли; но он делает это в такой неясной и неопределенной форме, что сам не замечает, как наносит этим удар постоянно отстаиваемому им взгляду, по которому рыночные цены товаров представляют лишь выражение их трудовых стоимостей.

То, что Рикардо не оценил все значение подобного ограничения закона стоимости, вытекало уже из исходного пункта исследования. Рикардо, как упомянуто, исходил не из вопроса о том, каким образом уравнение нормы прибыли происходит на основе закона стоимости, или, — что более соответствовало бы его методу исследования, — каким образом оно согласуется с этим законом; его интересовало прежде всего исследование вопроса о влиянии повышения заработной платы на рыночную стоимость продукта. Но при этом он заранее затруднил себе разрешение этого вопроса, рассматривая его в совершенно неправильной связи.

Мы видели, что Рикардо неизвестно было различие между постоянным и переменным капиталом, что он знал лишь различие между основным и оборотным, причем, однако, он часто смешивает оборотный капитал с переменным. При этом ему должен был невольно навязываться вопрос о влиянии состава капитала на стоимость продукта; но, вследствие своей неправильной терминологии и понятий, он смешал этот вопрос с вопросом о значении для образования стоимости различной скорости обращения капиталов; кроме того он заранее устранил важнейший пункт в разрешении этого вопроса, превращение прибавочной стоимости в прибыль и уравнение нормы прибыли; поэтому его попытка разрешить вопрос могла только повести к той путанице понятий, которая господствует в четвертом разделе первой главы.

Там Рикардо утверждает, что в результате происшедшего в ходе исторического развития разделения капиталов на такие, в которых преобладает основная часть, и на такие, в которых преобладающую роль играет заработная плата, закон стоимости видоизменился. По мнению Рикардо, — здесь он не критично следует за Смитом, — стоимость товара разлагается на три формы дохода: заработную плату, прибыль и, в некоторых случаях, ренту. Постоянный капитал, стоимость которого вновь появляется в продукте, здесь также совершенно забывается. Так как, по мнению Рикардо, рабочий день есть постоянная величина, то определенное число рабочих доставляет всегда одну и ту же массу стоимости. Если же возрастает часть стоимости, приходящаяся на долю рабочих, т. е. заработная плата, то это может произойти лишь за счет прибыли (причем опять забывается часть, падающая на ренту). Следовательно, повышение заработной платы вызывает всегда понижение нормы прибыли. Здесь Рикардо опять не замечает, что норма прибыли определяется отношением прибавочной стоимости не к заработной плате, а ко всему капиталу что, следовательно, норма прибыли падает и тогда, когда этот капитал возрастает быстрее, чем производимая им прибавочная стоимость. Итак, при общем повышении заработной платы капиталы различного состава будут приносить очень различную прибыль. Для того капитала, который содержит сравнительно незначительную сумму заработной платы, прибыль уменьшилась бы сравнительно немного; напротив, для капитала, содержащего более значительную сумму заработной платы, прибыль могла бы быть совершенно уничтожена. Но тогда конкуренция вызвала бы усиленный прилив капитала, преимущественно в форме кредита, в наиболее прибыльные сферы производства и отлив их из бесприбыльных или убыточных. Таким образом образуется новая, более низкая всеобщая норма прибыли: одни стоимости повысятся, другие упадут.

Рикардо не пришло в голову исследовать, не является ли это отклонение «относительных стоимостей» от трудовых стоимостей более общим явлением, и не предполагает ли уравнение нормы прибыли принципиально подобное отклонение. Напротив, он считал это бросающееся в глаза явление столь несущественным, что в дальнейшем изложении совершенно игнорировал его.

Рикардо, не проводя различия между прибавочною стоимостью и прибылью, не мог правильно развить обе эти категории; в особенности он должен был прийти к совершенно ложным взглядам насчет природы нормы прибыли. Как значительно было у него смешение понятий в этом вопросе, видно между прочим из того, что он в одном месте прямо говорит об отраслях производства, в которых прибыли «пропорциональны капиталу, а не количеству затраченного труда». Этим действие всеобщей нормы прибыли, то есть равного отношения между прибылью и всем капиталом, ограничено у него только некоторыми отраслями производства.

Как указано, это ошибочное объяснение прибыли приводит Рикардо к тому, что он считает сумму заработной платы и прибыли величиною постоянною, поэтому повышение заработной платы всегда вызывает уменьшение прибыли и тем самым нормы прибыли. Он не замечает, что норма прибыли может повышаться или падать в результате падения или повышения ренты, что масса прибыли зависит не только от нормы прибавочной стоимости, но и от числа употребляемых рабочих, что даже при данной норме прибавочной стоимости норма прибыли зависит от органического состава капитала и от соотношения стоимости различных его частей, что, наконец, различия в обращении, не влияя на норму прибавочной стоимости, влияют, однако, на норму прибыли.