Редактирование: Логинов Г. Проблема рыночной стоимости у Маркса (раздел)

== Анализ рыночной стоимости у Маркса ==

Мы видели, что проблема общественно-необходимого труда должна решаться на основе анализа условий ценообразования. Рыночная стоимость у Маркса и является той категорией, при помощи которой Маркс пытался решить вопрос о соотношении между стоимостью и ценой с количественной стороны. Следовательно, нам надлежит выявить точку зрения Маркса в вопросе о рыночной стоимости. По нашему мнению, тов. Мендельсон ближе всего подошел к сущности рыночной стоимости, истолковывая ее диалектики: не анализируя ее подробно, он дал рыночной стоимости такое опре[# 66]деление: «Рыночная стоимость — это стоимость, перестающая быть стоимостью, но еще не превратившаяся в цену»<ref>«Под Знаменем Марксизма». № 7—8. стр. 159.</ref>. Действительно, рыночная стоимость анализируется Марксом как конкретное проявление закона стоимости в динамике цен. Поэтому Маркс при анализе рыночной стоимости останавливается и на случаях несовпадения спроса и предложения. Иначе говоря, Маркс рассматривает и не нормальное положение рынка, и поэтому рыночная стоимость носит в себе двойственный характер. ''С одной стороны, рыночная стоимость есть средняя цена, вычисленная по средней арифметической, с другой — индивидуальная цена товаров, произведенных при средних условиях техники, в данной сфере производства, и составляющих значительное'' большинство, но не совпадающая со средней ценой (К., т. III, ч. 1, стр. 157). Обратимся к соответствующему анализу рыночной стоимости у Маркса. Анализируя три основных случая регулирования рыночной стоимости, т. е. при средних, низших и наилучших условиях производства, Маркс устанавливает такой закон: при допущении равенства спроса и предложения рыночную стоимость всегда будет определять та группа производителей, которая выбрасывает наибольшую массу товаров. Но если спрос и предложение не равны, то здесь возможны разные случаи. Из этих разных случаев, которых мы подробнее коснемся ниже, Маркс выводит еще один закон, гласящий следующее. ''При перепроизводстве, рыночная стоимость всегда регулируется наилучшими условиями производства, и, обратно, при недопроизводстве — рыночная стоимость всегда регулируется наихудшими условиями производства.'' Так, подходя к вопросу, когда рыночная стоимость регулируется наихудшими условиями производства. Маркс отвечает: «Только в том случае, ''если спрос настолько силен, что цена регулируется стоимостью товаров, произведенных при наихудших условиях производства, то это последнее определяет рыночную стоимость. Это возможно лишь в том случае, если спрос превышает обычный уровень или предложение падает ниже обычной величины''» (Ibid). Здесь Маркс рассматривает ненормальное положение рынка, т. е. случай, когда спрос и предложение не равны. Далее, Маркс останавливается на том случае, когда товаров произведено больше того количества, которое находит сбыт по средним рыночным стоимостям, тогда рыночную стоимость определяют товары, произведенные при наилучших условиях. В отношении этого случая Маркс говорит: «Возможно, что товары этой последней категории продаются вполне или приблизительно по их индивидуальным стоимостям, при чем может случиться, что товары, произведенные при наихудших условиях, не реализируют даже своих издержек производства, в то время как товары в средних условиях производства могут реализовать лишь часть заключающейся в них прибавочной стоимости». (Там же). И в данном случае мы видим, что Маркс анализирует ненормальное положение рынка, когда предложение превышает спрос и рыночная стоимость находит свое выражение не в общественной средней цене, а в индивидуальной цене товаров, произведенных в предприятиях высшей производительности. Отсюда следует, что если Маркс в понятие рыночной стоимости и вкладывает понятие равновесия, то равновесия динамического, а не стационарного, т. е., иначе говоря, устойчивого и неустойчивого равновесия. Под устойчивым равновесием мы понимаем такое равновесие, когда рыночная стоимость [# 67] наиболее полно осуществляет закон трудовой стоимости. Стоимость и рыночная стоимость совпадают, если последнюю рассматривать при идеальном распределении общественного труда, при равенстве спроса и предложения. Тогда рыночная стоимость может быть представлена как средняя рыночная цена, вычисленная по средней арифметической. В основе закона трудовой стоимости и лежит этот идеальный центр пропорционального распределения труда, к которому тяготеют цены, через различные случаи установления рыночной стоимости. Вот почему у Маркса рыночная стоимость, с другой стороны, рассматривается и как простая средняя рыночная цена. Так при дальнейшем анализе рыночной стоимости Маркс предполагает нормальное положение рынка, т. е. когда спрос и предложение равны. При таком предположении из трех основных групп данной сферы производства рыночную стоимость будет определять та группа предприятий, которая производит относительно крупную величину товаров. Здесь Маркс приводит известные три случая в установлении регулирующей рыночной стоимости и подходит к вопросу о средней рыночной цене. Так в первом случае, из трех основных групп производителей данной сферы производства, предполагается, что большинство товаров производится при средних общественно нормальных условиях производства, а две остальные группы уравновешиваются на рынке. Тогда рыночная стоимость будет регулироваться по типу средних условий производства. «Стоимость, — говорит Маркс, — (и здесь Маркс берет стоимость, исчисляя ее по средней арифметической, и тем самым представляет ее как среднюю цену) всей товарной массе равна действительной сумме стоимостей всех отдельных товаров, вместе взятых, как тех, которые произведены при средних условиях, так и тех, которые произведены при условиях лучших или худших, чем средние. В этом случае рыночная стоимость или общественная стоимость массы товаров, содержащееся в этих последних необходимое рабочее время определяется стоимостью преобладающей средней массы товаров». (Там же). При анализе второго случая, при тех же предположенных условиях рыночная стоимость будет определяться при наихудших условиях производства, так как относительно крупную массу товаров производит именно эта группа производителей, а не средняя и не высшая группа. В третьем случае получится тот же результат: если предприятия высшей производительности выбросят значительно большую массу товаров, по сравнению со средней и низшей группой, тогда рыночная стоимость будет регулироваться товарами, производимыми при наилучших условиях. И здесь Маркс подходит к определению средней рыночной цены, отождествляя ее с рыночной стоимостью. Останавливаясь на втором случае, рассмотренном нами выше, Маркс говорит: «''Строго говоря, средняя цена или рыночная стоимость каждого отдельного товара или каждой соответственной части всей массы товаров определяется здесь всей стоимостью получаемой в результате сложения отдельных стоимостей товаров, произведенных при самых разнообразных условиях, и той частью этой суммы стоимостей, которая приходится на каждый отдельный товар'',

жат среднему слою; тем не менее она все же была бы ниже индивидуальной стоимости не только тех товаров, которые произведены при наиболее благоприятных условиях, но также и тех товаров, которые принадлежат среднему слою; тем не менее она все же была бы ниже индивидуальной стоимости товаров, произведенных при наименее благоприятных условиях<ref>Здесь ошибки или при наборе или в цитировании - ''Оцифр''. Во 2-м изд. СС МиЭ этот текст выглядит следующим образом: «Полученная таким образом рыночная стоимость стояла бы выше индивидуальной стоимости не только тех товаров, которые произведены при наиболее благоприятных условиях, но также и тех товаров, которые принадлежат к средней массе; тем не менее она все же была бы ниже индивидуальной стоимости товаров, произведенных при наименее благоприятных условиях.»</ref>.

Насколько близко подходит она к этой последней и может ли, наконец, совершенно совпасть с нею, ''зависит всецело от размеров той части, которая в данной сфере производства приходится на долю товаров, произведенных при наихудших [# 68] условиях. Если при этом спрос преобладает'', хотя бы незначительно, то рыночную стоимость регулирует ''индивидуальная стоимость товаров, произведенных при наименее благоприятных условиях''» ((К., т. III, стр. 163). Здесь Маркс опять, при образовании рыночной стоимости, учитывает влияние спроса, т. е., иначе говоря, допускается, что спрос и предложение не совсем покрываются. Кроме того, Маркс, устанавливая здесь среднюю рыночную цену по средней арифметической, называет эту цену и рыночной стоимостью. Какова же связь между средней рыночной ценой и рыночной стоимостью? Есть ли это одно и то же? В анализе третьего случая Маркс также устанавливает разницу между средней рыночной ценой и индивидуальной рыночной стоимостью товаров, произведенных при наилучших условиях, при которых производится значительно большая масса товаров. В этом третьем случае, отмечает Маркс, ''индивидуальная стоимость товаров, производимых при наилучших условиях, насильственно отвоевывает себе место на рынке, и эта рыночная стоимость может совпасть со средней ценой'' (которая рассматривается Марксом, как рыночная стоимость, вычисленная по средней арифметической ''лишь в том случае, если предложение сильно преобладает над спросом'' (Ibid.). Таким образом, совершенно неверно распространенное мнение, что Маркс рассматривал рыночную стоимость в стационарном состоянии, только при равенстве спроса и предложения. В действительности, рыночная стоимость рассматривается Марксом под таким углом зрения: ''каким образом стоимость проявляется в своем постоянном движении, т. е. через колебание рыночных цен, а не в статическом состоянии''. Рыночная стоимость, это — попытка Маркса ''приложить закон трудовой стоимости к конкретному анализу рыночных цен''. Поэтому она есть динамический центр, вокруг которого происходят колебания рыночных цен. «Техническая» же версия анализирует стоимость в статическом состоянии, и лишь цена рассматривается динамически, как отклонение от центра — равновесия — стоимости. Последняя же устанавливается при допущении равенства, спроса и предложения. Заканчивая анализ рыночной стоимости третьего случая, Маркс говорит: «Это изображенное здесь абстрактное установление рыночной стоимости на действительном рынке совершается через посредство конкуренции между покупателями, предполагая, что спрос как раз настолько велик, чтобы поглотить данную массу товаров по ее установленной таким образом стоимости. Мы подходим здесь к другой стороне вопроса» (Ibid.). Что же нужно было понимать под другой стороной вопроса? Очевидно, Маркс здесь имел в виду рассмотреть взаимозависимость общественной потребности и спроса, развить более подробно различные случаи установления рыночной стоимости, но ограничился беглыми замечаниями. Дальше Маркс переходит к понятию — общественной потребности и ее роли в отклонении цен от рыночных стоимостей. «В этих различных определениях рыночной стоимости и в разобранных выше трех случаях, — говорит Маркс, — предполагалось, что масса произведенных товаров дана, т. е. остается неизменной, но изменяется лишь отношение между составными частями этой массы, произведенными при различных условиях, поэтому рыночная стоимость одной и той же массы товаров регулируется различным способом. Допустим, что масса эта (речь идет о данной массе товаров из исследуемых Марксом трех случаев) составляет обычные размеры предложения, при чем мы оставляем в стороне ту возможность, что часть производимых товаров уходит с рынка. Если спрос на эту массу, сохраняет также свои обычные размеры, то товар продается по его рыночной стоимости, каким бы из трех исследованных выше способов ни регулировалась рыночная стоимость. Товарная масса не [# 69] только удовлетворяет известную потребность, но удовлетворяет ее в общественных размерах» (К., т. III, стр. 164). И вот, учитывая именно эти различные состояния спроса, Маркс и приходит к выводу: «''Происходящие отклонения рыночной цены от рыночной стоимости как раз и состоят в том, что при недостаточном количестве товары, производимые при наихудших условиях, регулируют рыночную стоимость. При переполнении товаров имеет место обратное — рыночную стоимость, регулируют товары, производимые при наилучших условиях''»<ref>Ibid.</ref>. Таким образом, мы видим, что при анализе рыночной стоимости, у Маркса как бы получается очевидное противоречие между рыночной ценой, рыночной стоимостью, средней рыночной ценой и стоимостью. Тов. Мендельсон, говоря о динамическом характере рыночной стоимости, совершенно правильно говорит: «Десятая глава III тома «Капитала», посвященная в значимой своей части анализу рыночной стоимости и рыночной цене, является блестящим примером анализа процесса и в то же время доказательством того, как ограничен человеческий язык, как слова, прекрасно выполняющие свои функции, пока речь идет о запечатлении статических моментов, оказываются бессильными при изображении динамики явления. Одна категория заступает место другой — цена производства заступает место рыночной стоимости, цена и рыночная стоимость отождествляются — средняя цена или точная стоимость и т. д. И грани между всеми категориями как будто стираются совершенно. И на ряду с этим имеются точные указания на различный характер всех этих категорий» («Под Знаменем Марксизма» 1922 г., №7—8, стр. 159). Мы полагаем, что стоимость в своем идеальном выражении находит место у Маркса в понятии средней рыночной цены, вычисленной по средней арифметической. Рыночная стоимость заключена между двумя крайними границами, между средней рыночной ценой (как математической средней ценой) и индивидуальной рыночной стоимостью<ref>Тех производителей, которые работают при средних условиях производства и занимают господствующее положение на рынке.</ref>. Пределы колебаний между рыночными стоимостями, через колебание рыночных цен, из трех исследованных Марксом случаев, есть не что иное, как теоретически (абстрактно) установленное приближение к средним рыночным ценам, как к идеальному выражению закона трудовой стоимости. Поэтому прав тов. Мендельсон в определении диалектической природы рыночной стоимости, как стоимости, находящейся на пути превращения в цену». Я сказал бы — на пути превращения в среднюю цену. Поэтому у Маркса рыночная стоимость, конкретно не совпадая со средней рыночной ценой, продолжает быть центром равновесия в колебаниях рыночных цен и носит то более, то менее устойчивый характер. Фактически рыночная стоимость не совпадает в точности со средней рыночной ценой в силу того, что спрос и предложение никогда не покрывают друг друга. Итак, рыночная стоимость есть диалектически подвижной центр равновесия рыночных цен, наиболее близкое приближение к закону трудовой стоимости. Какую же роль играет общественная потребность в различных случаях установления рыночной стоимости? Мы уже видели, из вышеизложенного анализа рыночной стоимости, ту роль, какую Маркс отводил спросу в образовании рыночной стоимости, поскольку последняя рассматривалась не как статическая, а как динамическая величина. При анализе общественной потребности в категории рыночной стоимости Маркс отводит ей роль предпосылки для стоимости, но отнюдь не роль второго фактора на ряду с трудом. Сторонники же «потребительной» версии, из факта воздействия общественной потребности на рыночную стоимость, приходили [# 70] фактически к признанию общественной потребности вторым фактором в образовании стоимости. В том случае, когда спрос фиксируется как данная величина, то и рыночная стоимость фиксируется как статическая величина. Именно в этом случае Маркс говорит, что продажа товаров по рыночной стоимости происходит только тогда, когда количество произведенных товаров соответствует определенной общественной потребности (К., т. III, стр. 166).

Одним словом, Маркс рассматривает рыночную стоимость, как стоимость или как известное приближение к ней, при этом необходимой предпосылкой реализации стоимости всегда служит определенное соответствие с платежеспособной потребностью по отношению к данной массе товаров. Если же предположено такое соответствие количества товаров с данным числом покупателей, то спрос и предложение равны, и тогда стоимость реализуется и фиксируется, как статическая величина. Поскольку рыночная стоимость выражает характер устойчивого и неустойчивого равновесия, она может совпадать или со стоимостью, или с ценой, т. е. она включает в себе моменты статические и динамические. Поэтому рыночная стоимость как динамическая величина может быть понята лишь в анализе конкретных рыночных цен. Общественная потребность или спрос есть величина эластичная и, в свою очередь, зависит от стоимости. Общественная потребность целиком зависит от всего цикла общественного производства. Когда эта зависимость между производством и потреблением выступает в акте рыночного обмена, тогда эта зависимость анализируется под рубрикой спроса и предложения. Маркс в достаточной степени показал порочный круг экономистов, не выходящих из рамок спроса и предложения. Нужно было найти действительную пружину, которая сама управляет явлениями спроса и предложения. Такой пружиной и является у Маркса стоимость, как специфическая форма выражения производительной силы общественного труда. Поэтому, если стоимость, под влиянием роста или падения производительной силы труда, падает или растет, то сама общественная потребность расширяется или падает в известных границах. Маркс только лишь мимоходом отметил связь общественной потребности с циклами общественного воспроизводства. «Общественная потребность, т. е. то, что регулирует принцип спроса, — говорит Маркс, — существенно обусловливается отношением различных классов друг к другу и их взаимным экономическим положением, а, следовательно, во-первых, соотношением различных частей, на которые распадается прибавочная стоимость (прибыль, процент, земельная рента, налоги и т. д.)» (Там же). Здесь Маркс отмечает, насколько общественная потребность в капиталистическом обществе зависит от процесса накопления и распределения прибавочной стоимости между классами. Эта зависимость хорошо иллюстрирована Марксом во II томе «Капитала», в его известных схемах расширенного воспроизводства, под рубрикой анализа взаимодействия между производством и потреблением. Как известно, в своем известном «Введении» Маркс рассматривает потребление как другую сторону процесса производства. Поэтому производство и потребление у Маркса рассматриваются как единство и противоположность. Производство и потребление есть единство, если рассматривать этот процесс в замкнутом, изолированном хозяйстве. Но как только возникает общественное разделение труда, а с ним и обмен, тогда связь между хозяйствами (общинами) возникает через обмен. И по мере развития разделения труда и обмена производство и потребление разделяются, они становятся противоположностью. В капиталистическом хозяйстве производство от потребления отделено рынком. Связь между производителями и потребителями осуществляется через товарный обмен. В основе же общественной жизни лежит все тот же закон: «общественно-обусловленное производство индивидов» и пропорциональное распределение [# 71] общественного труда между ними. Здесь уже общественная потребность не устанавливается по заранее определенному плану, а выступает как результат сложных зависимостей процесса распределения производительных сил на основе капиталистического накопления. Из схем расширенного воспроизводства Маркса известно, что последнее характеризуется тем, что в нем <math display="inline">I (v+m)</math> более <math display="inline">II с</math>. Поэтому, если мы берем нормальный цикл расширенного воспроизводства, то общественная потребность представляется как зависимость между <math display="inline">I (v + m)</math> и <math display="inline">II с</math>. Для того, чтобы произошел обмен между <math display="inline">I</math> и <math display="inline">II</math> подразделениями в данной схеме расширенного воспроизводства, необходимо условие равенства <math display="inline">I</math> со <math display="inline">II</math>. Так как постоянный капитал <math display="inline">II</math> составляет <math display="inline">1.500</math> единиц, то норма накопления в <math display="inline">I</math> подразделении должна быть равна половине. Производство и потребление и здесь выступает, с одной стороны, как единство, а, с другой, как противоположность. Так для <math display="inline">I</math> — <math display="inline">4 \ 000с + 1 \ 000v + 1 \ 000m = 6 \ 000</math>; для <math display="inline">II</math> — <math display="inline">1 \ 500с + 750v + 750m = 3 \ 000</math>. Внутри <math display="inline">I</math> подразделения производство <math display="inline">4 \ 000c</math> представляет в то же время и воспроизводство, т. е. амортизацию этих <math display="inline">4 \ 000с</math>; оно есть производство и в то же время потребление. Потребление <math display="inline">4 \ 000с</math> выражается в процессе изнашивания основного капитала. Но это изнашивание происходит в процессе самого производства. Производство средств производства есть производительное потребление. Поэтому производство <math display="inline">Iс</math> можно рассматривать, как единство производства и потребления, поскольку <math display="inline">4 \ 000с</math> обращаются внутри <math display="inline">I</math> подразделения и не связаны с процессом распределения. Но в данных схемах между <math display="inline">I</math> и <math display="inline">II</math> существует неразрывная связь, так как производство немыслимо без соответствующего обмена между средствами производства и средствами потребления.

Второе подразделение должно дать <math display="inline">1\ 500</math> ед., т. е. <math display="inline">v + ^1/_2m</math> в обмен на <math display="inline">IIс</math> (<math display="inline">1 \ 500</math> ед). В таком схематическом виде предложение и общественная потребность или спрос, в чистом капитализме, будут равны<ref>Предложение со стороны <math display="inline">II</math> подразделения <math display="inline">1 \ 500</math> ед. выражает в то же время спрос на <math display="inline">1 \ 500</math> ед. и, наоборот, со стороны <math display="inline">I</math> подразделения предложение <math display="inline">1 \ 500</math> ед. выражает спрос на <math display="inline">1 \ 500</math> ед. <math display="inline">II</math> подразделения. Что, с одной стороны, выступает как предложение, то, с другой стороны, представляется как спрос, и наоборот. В этом смысле Маркс и отмечал, что «действительная трудность при общем определении понятий спроса и предложения заключается в том, что определения эти, по-видимому, сводятся к тавтологии» (Капитал, т. III, стр. 165).</ref>. Таким образом, в чистом капитализме, общественная потребность предполагает следующие исходные пункты: размер капитала, в частности, его постоянной и переменной части, размер предшествующего национального дохода, затем норму накопления и весь процесс распределения прибавочной стоимости между капиталистами. При учете же остатков простого товарного хозяйства и крестьянского рынка, общественная потребность представится величиной, еще с большим трудом поддающейся определению. Кроме того, нужно принять также во внимание зависимость общественной потребности от стоимости; отсюда следует, что общественная потребность должна всегда браться в данных границах цены. У Маркса потребление рассматривается не с точки зрения психологии обособленного индивида, а является процессом, неразрывно связанным с производством. В этом смысле «производство создает потребление, порождая определенный способ потребления, и, далее, создает самую способность потребления, как потребность, как побудительный мотив. Эта последняя идентичность многократно разъясняется в политэкономии в отношения спроса и предложения, предметов и потребностей, потребностей естественных и созданных обществом» («Введение», стр. 10). «Определенная форма производства обусловливает определенные формы потребления, распределения, обмена и определенные отношения этих различных моментов друг к другу. Конечно, и производство в его односторонней форме, с своей [# 72] стороны, определяется другими моментами, например, когда расширяется рынок, т. е. сфера обмена, возрастают размеры производства и становится глубже его дифференциация. С изменением распределения изменяется производство, например, с концентрацией капитала, с различным распределением населения между городом и деревней и т. д. Наконец, запросы потребления определяют производство. Между различными моментами происходит взаимодействие. Это бывает во всяком органическом целом». (Там же, стр. 15).

Маркс не отрицает влияния спроса на рыночную стоимость, но ему важно показать, что спрос или общественная потребность в конечном счете зависит от развития производительной силы труда, которая находит свое выражение в стоимости. Отмечая эту зависимость общественной потребности от стоимости, Маркс говорит: «Пределы, в которых потребность, представленная на рынке, или спрос на товары количественно отклоняется от действительной общественной потребности, конечно, очень различны для различных товаров; я разумею разницу между количеством товаров, на которые фактически предъявлен спрос, и тем количеством их, на которые был бы предъявлен спрос при иных денежных ценах или жизненных условиях, покупателей» («Капитал», т. III, стр. 169)<ref>Мендельсон утверждает, что Маркс различал понятие спрос и общественная потребность и в доказательство ссылается как раз на эту приводимую нами цитату из Маркса. Между тем, говоря о пределах колебания потребности от действительной общественной потребности. Маркс лишь хочет подчеркнуть зависимость общественной потребности или спроса от данного состояния денежных цен, т. е. от стоимости. Маркс так и поясняет это место, когда говорит, что под этим я «разумею разницу» и т. д… (См. вышеприведенную цитату).</ref>. Установив, что определение цены спросом и предложением сводится к порочному кругу, Маркс ограничился беглым замечанием о спросе: «Нет ничего легче, — говорит Маркс, — как уяснить себе источник неравномерности спроса и предложения и вытекающие отсюда отклонения рыночных цен от стоимостей. Действительная трудность состоит в определении того, что следует понимать под выражением «предложение и спрос покрываются» (стр. 168). И далее, подходя к сущности стоимости, Маркс констатирует, что, «если предложение и спрос покрываются, они перестают объяснять что бы то ни было, не воздействуют более на рыночную стоимость и оставляют нас в полном неведении относительно того, почему рыночная стоимость выражается именно в этой сумме денег, а не какой-либо иной. Действительные внутренние законы капиталистического производства, очевидно, не могут быть объяснены из взаимодействия спроса и предложения (независимо даже от более глубокого анализа этих общественных движущих сил, который сюда не относится), так как законы эти оказываются осуществленными в чистом виде лишь тогда, когда спрос и предложение перестают действовать, т. е. покрывают друг друга» («Кап.», т. III, стр. 169). Поэтому Маркс и не ставил себе задачу более детального анализа понятия спроса, так как только при абстрагировании от него можно было найти основной закон движения цен на рынке в производительной силе труда. Но рыночная стоимость выражает у Маркса, как мы видим, ''самый'' процесс установления цен на рынке в условиях конкуренции, т. е. когда спрос и предложение не покрывают друг друга. Поэтому рыночная стоимость в динамике цен сама изменяется не только под непосредственным влиянием производительной силы труда, но и под непосредственным влиянием спроса, через колебание цен. «Спрос и предложение, — говорит Маркс, — предполагают превращение стоимости в рыночную стоимость», и далее, говоря о рыночной стоимости, Маркс отмечает следующее: «Здесь дело идет не о формальном превращении стоимости товаров в цену, т. е. не о простой перемене формы; дело идет об определенных количественных отклонениях рыночных цен от рыночных стоимостей и, далее, от цен производства» (К., т. III, ч. 1, [# 73] стр. 174). Мало того, мы видели, что у Маркса, при относительном перепроизводстве, происходит не только отклонение рыночных цен от рыночных стоимостей, но изменяется и сама рыночная стоимость, регулируясь в первом случае наилучшими условиями производства, а во втором — наихудшими условиями. В таких случаях рыночная стоимость устанавливается независимо от удельного веса тех или иных производителей на рынке, так, напр., в случае перепроизводства рыночная стоимость регулируется наилучшими условиями, несмотря на то, что эта группа производителей вырабатывает незначительную массу товаров. Тот же результат получается и в случае недопроизводства, когда рыночная стоимость регулируется наихудшими условиями. Это обстоятельство Маркс отмечает в словах: «Рыночную стоимость (в случае перепроизводства или недопроизводства) определяет одна из двух крайностей (т. е. наилучшие или наихудшие условия производства), хотя, если судить только на основании отношения между массами, произведенными при различных условиях, должен был бы получиться иной результат» (К., т. III, стр. 164). Относительное же перепроизводство имеет место не только в случае увеличения или уменьшения масштаба воспроизводства, но может иметь место и при неизменном масштабе производства, когда спрос падает или повышается по иным каким-либо причинам. В том же месте Маркс говорит в этом смысле следующее: «Если разница между спросом и количеством продуктов, составляющих предложение значительнее, то и рыночная цена будет значительнее отклоняться вверх или вниз от рыночной стоимости. ''Разница между количеством произведенных товаров и тем количеством их, при котором они продаются по их рыночной стоимости, может иметь двоякую причину. Или изменяется это количество'', становится слишком малым или слишком большим, т. е. воспроизводство совершается в ином масштабе, чем тот, который регулировал данную рыночную стоимость; в этом случае изменяется предложение, хотя спрос остается неизменным и, следовательно, имеет место относительное перепроизводство или недопроизводство. ''Или воспроизводство, т. е. предложение, остается неизменным, а спрос падает или поднимется, что может совершаться по различным причинам; хотя при этом абсолютная величина предложения осталась тою же самою, его относительная величина, его величина по сравнению с потребностью изменилась''. Результат тот же самый, что и в первом случае, только направленный в противоположную сторону» (стр. 165). Но в таких случаях мы можем иметь (не всегда, конечно, это будет зависеть от того, насколько значительно несоответствие между массой товаров и общественной потребностью в ней) и изменение самой рыночной стоимости, независимо от удельного веса, какой будут иметь основные группы производителей во всей массе товаров на рынке. Но это изменение в установлении рыночной стоимости, по существу, носит мало устойчивый характер. Ибо в случаях перепроизводства происходит соответственное сокращение производства (группы производителей с большими издержками производства быстро погибают), как, и обратно, в случаях недопроизводства происходит расширение производства. И это происходит до тех пор, пока не установится устойчивый характер равновесия, когда рыночная стоимость будет приближаться к стоимости или совпадать с последней. В том случае, если рыночная стоимость носит неустойчивый характер, то она носит характер цены, ибо она уже не определяется общественно-необходимым трудом в прежнем смысле этого слова. Но поскольку такая рыночная цена является господствующей для всех товаров данного рода и качества, она все же выражает центр (хотя и мало устойчивый), вокруг которого тяготеют цены. Совпадают ли конкретные цены с [# 74] такой рыночной стоимостью или нет, но во всяком случае они имеют с последней одну и ту же качественную определенность, т. е. выражают боле или менее одинаковые цены на данного рода товары. Если стать на эту точку зрения в истолковании природы рыночной стоимости и признать, что она носит двойственный характер, включая в себя понятие и цены, и стоимости, то тогда отпадает вся искусственность в построении тов. Мендельсоном различий в понятиях спроса и общественной потребности. Тов. Мендельсон считает, что различие в этих понятиях проведено у Маркса для обоснования стоимости, отличной от категории цены. Ибо общественная потребность, по его мнению, входит в категорию стоимости точно так же, как потребительная стоимость есть предпосылка для стоимости меновой. «Тот факт, — говорит тов. Мендельсон, — что общественная потребность находится в функциональной зависимости от стоимости, еще не исключает обратного влияния общественной потребности на стоимость в качестве количественной границы. Спрос же относится к категории цены («Под Знаменем Марксизма» 1922 г., №7—8, стр. 164). С этим положением Мендельсона нельзя согласиться, ибо он отрывает понятие стоимости от цены, как будто последняя совершенно не имеет отношения к стоимости. Когда Маркс делает предположение, что спрос и предложение покрывают друг друга, то он говорит при этом об общественной потребности и, притом, о «количественно определенной общественной потребности». В это смысле тов. Мендельсон прав, говоря об общественной потребности как о предпосылке для реализации стоимости. Говорить же о различных понятиях спроса и общественной потребности, проводимых будто бы Марксом, нет никакого основания. По существу, спрос и общественная, потребность есть одно и то же понятие, но обозначаемое лишь различными терминами, т. е. выражает число покупателей на данном рынке. Маркс так и говорит, что «спрос равен сумме покупателей или потребителей (индивидуальных или производительных) определенного вида товаров» (К., т. III., стр. 169). Спрос же зависит от трех основных причин, как правильно отмечает И. Рубин: 1) от изменения стоимости данного товара; 2) либо от изменения покупательной способности разных групп населения и 3) либо от изменения интенсивности или настоятельности в данном товаре. Эта третья причина может зависеть от естественных, культурных и моральных факторов, т. е. причин, непосредственно не зависящих от процесса производства. Так, например, смена времен года обуславливает увеличение или уменьшение потребности в одежде. Или изменение в моде ботинок, шляп и т д. соответственно вызывает изменение спроса. Но отсюда отнюдь не следует, что спрос не связан с определенной формой производства. Ибо «производство создает не только предметы вообще, оно создает конкретные определенные предметы. Отсюда связь формы характера потребления с вновь созданным предметом. Определенность, конкретность предмета диктуя форму, способ потребления» (Маркс, «Введение», стр. 9). Что касается общего методологического вопроса, а именно вопроса о взаимоотношении производства и потребления, то Маркс достаточно показал, что примат здесь принадлежит производству. Здесь важно лишь подчеркнуть непосредственную зависимость спроса, или общественной потребности, от стоимости. В этом отношении И. Рубин дает поэтому только более точную формулировку понятия общественной потребности или спроса. «''Произведение стоимости единицы продукта, определяемой техническими условиями производства, на число единиц, находящее себе сбыт при данной стоимости, и выражает платежеспособную общественную потребность в данном продукте''» («Очерки», стр. 143). Следовательно, не имеет никакого значения отличать спрос от общественной потребности как это делает тов. Мендельсон. Вопрос заключается лишь в том, влияет ли [# 75] спрос на изменение в самой стоимости товаров или нет? Сторонники «технической» версии, отвечая на этот вопрос в отрицательном смысле, признавали косвенное влияние спроса на стоимость, выражающееся в изменениях размеров производства. Сторонники же «экономической» версии признавали непосредственное влияние спроса на стоимость (при чем тов. Мендельсон только заменил спрос общественной потребностью, оставив спрос для категории цены). Как те, так и другие одинаково неправы, ибо в сущности нужно было говорить о рыночной стоимости, отличной от самой стоимости и устанавливаемой теоретически как средняя рыночная цена. Стоимость (под которой Маркс понимает в одном смысле и рыночную стоимость) устанавливается Марксом при абстрагировании от спроса и предложения (статическая точка зрения). Точно так же Маркс поступал при анализе меновой стоимости, абстрагируясь от потребительной стоимости. Для иллюстрации этого положения, т. е. неправильного анализа рыночной стоимости, и у тех и у других сторонников различного понимания общественно-необходимого труда, мы остановимся на конкретных примерах И. Рубина, как автора одной из лучших работ по теории стоимости Маркса. И. Рубин, оперируя с примером суконного производства (вопреки им же самим установленному анализу рыночной стоимости), дает совершенно неправильный анализ рыночной стоимости, рассматривая ее только как стоимость, вычисленную по средней арифметической. Давая схему № 1, И. Рубин устанавливает размер колебаний производства от <math display="inline">30 \ 000</math> арш. до <math display="inline">450 \ 000</math> арш. сукна в границах колебаний цены от <math display="inline">1</math> до <math display="inline">7</math> руб. «Из самого спроса, — говорит И. Рубин, — мы не можем усмотреть, имеет ли больше шансов на реальное существование размер спроса в <math display="inline">30 \ 000</math> арш. по цене <math display="inline">7</math> руб., или в <math display="inline">450 \ 000</math> арш. по <math display="inline">1</math> р., или же какая-нибудь комбинация, лежащая между этими двумя крайностями. Реальный размер спроса определяется развитием производительности труда, которое находит свое выражение в стоимости <math display="inline">1</math> арш. сукна» (Рубин, ibid., стр. 136). Все это совершенно верно. Но вот И. Рубин обращается к условиям производства сукна и делает предположение, что все суконные фабрики работают при одинаковых технических условиях и что в среднем на один аршин сукна нужно затратить <math display="inline">2^3/_4</math> часа труда (включая затраты сырья, машины и пр.). Допуская дальше, что час труда создает стоимость в <math display="inline">1</math> руб., мы получаем стоимость <math display="inline">1</math> арш. сукна в <math display="inline">2</math> руб. <math display="inline">75</math> коп. Так как в капиталистическом хозяйстве средняя цена сукна равна не трудовой стоимости, а цене производства, то здесь мы получаем трудовую стоимость, равную <math display="inline">2</math> р. <math display="inline">75</math> к. Установив, таким образом, теоретически стоимость в виде средней цены, И. Рубин доказывает, что из бесчисленного количества возможных комбинаций размеров спроса с ценою только одна комбинация имеет шансы на длительное существование, т. е. комбинация <math display="inline">2</math> р. <math display="inline">75</math> к., соответствующая размерам производства в <math display="inline">240 \ 000</math> аршин сукна. Такую среднюю цену (И. Рубин предполагает, что в суконной промышленности условия производства везде средние, т. е. фактически взята вся совокупность затраченного труда в данной отрасли и разделена на количество производимых продуктов) И. Рубин и называет рыночною стоимостью. «Рыночная стоимость <math display="inline">2</math> р. <math display="inline">75</math> к., — заключает И. Рубин, — может быть названа» ценою равновесия, а размер производства — «количеством равновесия», представляющий одновременно и нормальный спрос, и нормальное предложение» («Очерки», стр. 137). На самом деле, рыночная стоимость у Маркса носит также характер и неустойчивого равновесия, когда спрос и предложение не равны. И. Рубин в данном случае имеет в виду именно стоимость или только одну сторону рыночной стоимости, которая у Маркса разбирается при допущении совпадения спроса и предложения. При анализе рыночной стоимости, как это известно и И. Рубину, Маркс всегда имеет в виду три основных группы предприятий или три класса производителей внутри данной сферы производства, соответствующие условиям производства [# 76] при низшей, средней или высшей производительности труда. При равенстве спроса и предложения, как закон, рыночную стоимость устанавливает та группа производителей, которая производит относительно наибольшую массу товаров. Но так как спрос и предложение в действительности никогда не покрывают друг друга, то рыночная стоимость будет регулироваться очень различно, в зависимости от различной пропорции тех долей в данной массе товаров, которые приходятся на предприятия низшей, средней и высшей производительности, а также и от данного состояния спроса.