Редактирование: Каутский К. Экономическое учение Карла Маркса (раздел)

== Предисловие к первому изданию<ref>Данное издание представляет собой компиляцию из двух переводов работы Карла Каутского «Экономическое учение Карла Маркса» на русский язык: 1924 г. (Полный перевод с 8-го немецкого издания И. С. Биска, изд. 5-е) и 1956 г. (под редакцией А. Леонтьева). За основу взят более поздний вариант. Из более раннего взяты только предисловия автора к переизданиям данной работы (предисловие к первому, четвертому и восьмому изданию). Для сохранения соответствия пагинации и номеров сносок, номера страниц и сносок, взятые из издания 1924 г., оформлены римскими цифрами, номера страниц и сносок из издания 1956 г. — арабскими. Издания 1906 г. и 1938 г. не привлекались, поскольку они не вносят практически ничего нового по сравнению с указанными изданиями. — ''Р. Ф.''</ref> ==

<blockquote>Wer wird nicht einen Klopstock loben?

Doch wird ihn jeder lesen? — Nein

Wir wollen weniger erhoben

Und fleissiger gelessen sein<ref>Кто не хвалит Клопштока? Но стянет ли всякий читать его? — Нет, Мы предпочитаем, чтобы нас поменьше хвалили И прилежнее читали.</ref>.
</blockquote>
[# III] Ни к одному из современных писателей вышеприведенные слова Лессинга не могут быть отнесены с таким правом, как к Марксу. Автору настоящей работы приходится, в силу его профессии, следить за текущей немецкой экономической литературой, и он мог установить, что ничье имя не упоминается в ней так часто, как имя Маркса. Его учение составляет ту ось, около которой вращается большая часть экономических споров настоящего времени. Но это обстоятельство отнюдь не доставляет нам того удовлетворения, которого следовало бы ожидать от приверженца марксовой «школы», если только можно говорить о таковой, и это потому, что мы, к сожалению, слишком часто имели случай констатировать, что пишущие о Марксе либо совсем не читали его произведений, либо лишь чрезвычайно поверхностно ознакомились с ними. Если же сверх того принять во внимание, что большинство литераторов и ученых, занимавшихся теорией Маркса, стремились при этом не к объективному научному исследованию, а преследовали совершенно определенные интересы дня, то нельзя будет удивляться тому, что об учении Маркса циркулируют вообще самые нелепые представления и взгляды.

В задачи Маркса не могло входить заниматься возражениями на все эти отдельные ошибочные представления. Его отдельные взгляды являются частями одной цельной стройной системы и могут быть поняты только в связи со всей этой системой; кому не удалось постичь последней, тот неизбежно обречен на поверхностное понимание отдельных положений Маркса. Поэтому те или иные ошибочные воззрения в этой области не могут быть опровергнуты в нескольких словах: для этого нужно или указание на необходимость более глубокого изучения трудов Маркса, или полное изложение той научной точки зрения, на которой стоят Маркс и Энгельс. Такое изложение мы действительно находим в классическом полемическом сочинении Энгельса<ref>Есть русское издание под заглавием: «Философия, политическая экономия, социализм» 1901 г. Изд, В. Яковенко.</ref>, направленном против Дюринга, — сочинении, которое больше способствовало правильному пониманию теории Маркса, чем это мог бы сделать целый ряд коротких отдельных замечаний Маркса о том, как должны быть понять его взгляды по тому или иному вопросу.

[# IV] Но в немецкой литературе и по сию пору отсутствует еще сочинение, которое давало бы краткое и общедоступное изложение экономической теории Маркса. С различных сторон предпринимались попытки подобной работы, но не одна из них не была доведена до конца.

Настоящая работа представляет попытку пополнить существующий пробел или, по крайней мере, способствовать его уменьшению.

Она опирается, понятно, на главный труд Маркса «Капитал» и следует ему в порядке расположения материала. Другими экономическими работами Маркса пришлось пользоваться только изредка для раз]яснения тех или иных более трудных мест или для более подробного развития мыслей, высказанных в «Капитале».

Настоящая работа имеет прежде всего целью познакомить с ходом мыслей «Капитала» тех, кто не имеет времени или возможности взяться за изучение самого Маркса; но автор надеется, что эта книга облегчит понимание «Капитала» также некоторым из тех, кто приступил уже к изучению последнего; наконец, он полагает, что многих, которые составили себе прежде ложное представление о «Капитале» или которых отпугивала бы от его изучения трудность первого отдела, настоящее сочинение побудит взяться за чтение и самого оригинала.

Ничего нет ошибочнее представления о якобы сухом и тяжелом языке с Капитала», Мы не знаем ни одного экономического сочинения, которое могло бы померяться с «Капиталом» ясностью и живостью изложения, воистину классической красотой слога.

И при всем том он так труден для понимания!

Труден, по крайней мере, в известных местах. Но это уже не вина изложения.

Существует очень распространенный взгляд, по которому политическая экономия представляет такую область знания, в которой любой человек без малейшей подготовки может свободно разбираться, А между тем эта наука принадлежит к числу труднейших, так как едва ли имеется какое-нибудь другое явление столь же сложное, как человеческое общество. Правда для понимания той кучи общих мест, которую Маркс называет вульгарной политической экономией, вполне достаточно познаний, приобретаемых всяким человеком в его деловых сношениях, черпаемых им из опыта повседневной жизни. Но понимание «Капитала» Маркса, который в форме критики политической экономии дает основание новой исторической и экономической системы, требует, наоборот, наличности не только известных исторических знаний, но и знакомства с фактами, которыми сопровождалось развитие крупной индустрии.

Кто не знаком хотя бы отчасти с теми фактами, из которых Маркс выводит свои экономические законы, для того, конечно, будет оставаться темен и смысл этих законов, тот станет жаловаться на мистицизм и гегельянизм Маркса, Такому читателю не поможет никакая ясность изложения.

В этом лежит, по нашему мнению, самая опасная сторона всякой попытки популяризировать «Капитал». Маркс писал так популярно, как это только возможно. Там, где он бывает труден для понимания, вина лежит ''не в языке'', а в предмете изложения и в ''читателе''. Если бы мы захотели попросту переделать язык таких трудно понимаемых мест в удобопонятный, то это могло бы быть произведено только в ущерб точности мысли и популяризация превратилась бы в простую вульгаризацию.

Вышесказанным определилась задача автора. Она заключалась не в простой переделке языка, Маркс, как уже было упомянуто, писал так популярно и в то же время так сжато и точно, что отклонение от его слов зачастую было бы возможно только в ущерб их верности. Поэтому автор дословно цитирует целый ряд мест из сочинений Маркса. Все они поставлены в кавычки и, при отсутствии других указаний, взяты из «Капитала».

[# V] С одной стороны задача автора заключалась в том, чтобы обратить внимание читателя на те факты, которые положены в основу теоретических выводов. Это необходимо было в первом отделе книги. Маркс по большей части сам делает указания на эти факты, но указания его часто настолько беглы, что читатели обыкновенно проходят мимо этих намеков, не замечая их. В других местах автор должен был позволить себе под своей личной ответственностью делать указание на такие факты, Это относится к первому параграфу первой главы. Конечно, в настоящей работе возможно было ограничиться только одними беглыми указаниями. Подробное изложение фактического матераиала, положенного в основу «Капитала», не только вышло бы далеко за рамки настоящей работы, но и оказалось бы во многом выше сил ее автора; дать такое изложение — это значит написать всю историю развития человечества, начиная с первобытных времен. «Капитал» представляет собой труд существенно исторический.

В отделах, трактующих о современной промышленности, этот характер его выступает особенно отчетливо. Они содержат в себе не только теоретические рассуждения и выводы, но и обширные исторические экскурсии в такие области, которые до тех пор были очень слабо исследованы или же оставались совершенно незатронутыми. Факты, положенные в основу теоретических изысканий, даны в этих отделах в таком изобилии, что понимание последних становится возможным для всякого мыслящего человека, не обладающего при этом никакими предварительными познаниями Здесь задача автора была иная. Ограниченность места позволяла использовать лишь самый важный материал. Но при этом нужно было стараться сохранить за теоретическими исследованиями их исторический характер, так как опускание некоторых промежуточных членов грозило придать им иной характер, и в силу этого некоторые утверждения<ref>В оригинале 1924 г.: «учреждения». По всей видимости, опечатка. — ''Р. Ф.''</ref>, справедливые лишь при известных исторических условиях, могли бы показаться здесь недостаточно обоснованными.

Данной работой имелось в виду дать не одно только изложение учения Маркса; она должна также дать руководящую нить для изучения трудов Маркса в подлиннике. Поэтому автор считал себя в праве излагать места, которые легко могут быть неправильно поняты или на которые, по его мнению, до сих пор не обращалось достаточно внимания, подробнее, чем этого бы требовало значение, которое имеют данные места в общем теоретическом построении. С другой стороны, он считал возможным меньше останавливаться на тех местах, которые, являясь понятными и общепризнанными, не грозят повести ни к каким недоразумениям. Для повышения практической ценности этой книжки, изложение фактических отношений напр,, по вопросу о фабричном законодательстве, не останавливается на том моменте, до которого оно доведено у Маркса, а продолжается до настоящего времени.

Мы удержали присущую Марксу терминологию для обозначения отдельных категорий, но старались по возможности избегать употребления иностранных слов…<ref>Мы опускаем здесь мало интересные для русского читателя рассуждения об употреблении иностранных слов. (Прим, переводч,).</ref>

Автору мало пришлось воспользоваться работами своих предшественников. Упоминания заслуживает лишь французская обработка «Капитала», сделанная Девилем<ref>Gabriel Deville, Le Capital par Karl Markx, résumé et accompagné d’un aperçu sur le socialisme scientifique. Paris, Henri Oriol; 324 p. Prs 3,</ref>, которая очень пригодилась нам. Мы считаем своим долгом высказать здесь свою благодарность за любезную готовность, с которой Девиль отказался от издания немецкого перевода своего сочи* нения в пользу настоящей работы.

[# VI] Особенно помогло нам в нашей работе дружеское участие и сотрудничество Эдуарда Бернштейна, который не ограничился одними только советами и указаниями, равно как и критическим просмотром рукописи. Некоторые главы были им самостоятельно обработаны, так, напр., большая и важная глава о крупной промышленности (во II-ом отделе) написана почти целиком им.

Автор тем более благодарен ему за его помощь и поддержку, что он прекрасно сознает всю трудность своей задачи. К общедоступным изложениям великих оригинальных творений человеческого ума вполне приложимы слова о живописи, которые Лессинг вкладывает в уста принца Конти.

<blockquote>«Как жаль, что мы не можем рисовать непосредственно глазами! Ведь так много теряется на длинном пути от глаза через руку и до кисти!»
</blockquote>
Когда два художника рисуют один и тот же предмет, он разно выглядит на их картинах. Что замечает один, того не замечает другой; что кажется существенным одному, то представляется второстепенным другому. А на что они смотрели разными глазами, то, конечно, будет и различным образом воспроизведено ими. Трудно верно постичь оригинал, еще труднее верно воспроизвести его.

Автор дает здесь не бесцветную фотографию «Капитала», которая с величайшей точностью, линия за линией воспроизводит оригинал в уменьшенном масштабе; нет, это картина с субъективным рисунком и субъективным колоритом.

Если зачастую, во избежание трудностей, изложение страдает аподиктичностью, то мы просим читателя постоянно иметь в виду, что с ними говорит автор, ''излагающий'' экономическое учение Маркса, а не сам Маркс. Можно находить задачу автора довольно скромной. Но мы сознаем, что будем чувствовать глубокое удовлетворение, если нам удастся принести свою лепту делу распространения тех истин, которые явились плодом трудов всей жизни бесстрашного исследователя, крупного ученого, великого мыслителя.

''К. Каутский.''

Лондон. Октябрь 1886 г.