Редактирование: Яхот О. Популярные беседы по диамату (раздел)

=== Абсолютная истина ===

В связи с этим у вас, наверное, возникнет вопрос: если нет полных, завершенных знаний, если все они относительны, то существует ли ''абсолютная истина'', т. е. истина совершенная, полная, исчерпывающая?

Некоторые философы отвечают на этот вопрос так: поскольку в процессе познания мы достигаем только таких знаний, которые часто устаревают и даже опровергаются, то это значит, что никакой абсолютной истины нет, а есть лишь истины относительные. В наших знаниях все преходяще, все текуче, ничего нет постоянного. Все относительно, говорят эти философы. Их поэтому называют ''релятивистами'' (от латинского слова «релятио», что означает «относительный»).

Другие философы рассуждают иначе. Те истины, которые устаревают, нуждаются в уточнении, дополнительном изучении, — это, говорят они, вовсе не истины. «Настоящие» истины не «устаревают», они вечны, даны раз и навсегда. Мы имеем дело только с абсолютными, завершенными истинами, истинами «в последней инстанции». Философы, которые так рассуждают, — догматики: для них истины — это догмы, т. е. вечные, неизменные, раз и навсегда данные положения.

Прежде всего обратим внимание на то, что догматики вопрос об абсолютной истине сводят исключительно к вопросу о «вечных» истинах. Они говорят: нельзя сомневаться в том, что дважды два вечно будет четыре, что сумма углов треугольника всегда была и будет равна двум прямым, что Париж находится во Франции. Это и есть вечные, окончательные истины в последней инстанции, т. е. абсолютные истины.

«А разве таких истин не существует? — скажете вы. — Почему же это догматическое толкование вопроса?»

Да, такие истины действительно существуют. Они имеются в науках о неживой природе, например в математике, астрономии, механике. Здесь на самом деле можно найти такие истины, как дважды два четыре. Но ведь даже в этих так называемых точных науках не все положения настолько вечны, как думают догматики. В астрономии, физике, химии имеются сотни гипотез, которые в последующем развитии науки опровергаются. Согласитесь, безусловно, вы и с тем, что еще меньше «вечных» истин в таких науках, как биология. В общественных же науках их совсем мало. Здесь вечными истинами будут только такого рода утверждения: Наполеон умер 5 мая 1821 г., Ледовое побоище было 5 апреля 1242 г. и т. д.

Как вы видите, большая часть так называемых вечных истин — это плоскости, банальности. В рассказе Чехова «Учитель словесности» учитель истории и географии Ипполит Ипполитович всегда говорил то, что всем давно известно, тривиально и никакой ценности не представляет, например: «Лошади кушают овес и сено», «Волга впадает в Каспийское море», «Зимой нужно печи топить, а летом и без печей тепло». В практической деятельности мы обычно ищем не такие прописные истины, а знания, которые дают нечто новое. Однако иногда пренебрегают этим требованием и говорят о таких прописных истинах, которые ничем не обогащают общечеловеческую практику. Так, в одной «научной» работе по животноводству сообщалось, что «открытие дверей усиливает приток воздуха в помещение», «после доения и процеживания молоко должно быть охлаждено». Чему научат эти прописные истины? Они являются «вечными истинами в последней инстанции», но ничего нового не дают.

Но разве не существует вечных научных истин, т. е. таких, которые в будущем не могут быть опровергнуты? И разве не существует поэтому вечной неопровержимой абсолютной истины как законченного знания о всей природе в целом?

Этот вопрос заслуживает внимания еще и потому, что человечество действительно не знает никаких преград в познании природы. То, что не было известно вчера, мы узнаем сегодня, что неизвестно сегодня, станет известным завтра, послезавтра.

И все же говорить об абсолютной истине как о законченном знании всей природы в целом нельзя. Действительно, разве можно допустить, что в известный момент человечество постигнет все существующее, закончит изучение Вселенной и в этом смысле познает абсолютную истину? Люди никогда не смогут понять мир «до конца», ибо природа бесконечна, она все время развивается. Именно поэтому нелепо ставить границу, предел человеческому познанию.

Тогда, спросите вы, как же быть с абсолютной истиной, т. е. с законченными, вечными, абсолютными знаниями? Они недоступны людям?

Если понимать эти знания метафизически, как вечные истины, после достижения которых познание прекращается, то таких «законченных» истин действительно нет. Но если подойти к этому вопросу с единственно верных, диалектико-материалистических позиций, то необходимо признать, что абсолютная истина существует и вполне достижима.

Чтобы уяснить это, надо прежде всего вспомнить указание Ленина о том, что истина — это процесс, достижение ее — также процесс. Истину нельзя себе представить в виде законченного, исчерпывающего образа или снимка всей природы. Процесс постижения абсолютной истины — это не мгновенный акт, а сложный, исторически бесконечный путь познания. Человечество его никогда не закончит, никогда не завершит.

Процесс постижения абсолютной истины происходит путем накопления истин относительных. Развитие познания состоит в том, что эти относительные истины, накапливаясь постепенно, приближают человека к знанию всей природы, ее явлений и законов. Подобно тому ''как целое образуется из своих частей, абсолютная истина складывается из истин относительных в бесконечном процессе развития познания''.

Такое понимание абсолютной истины — как суммы истин относительных в процессе их развития — направлено против метафизического отрыва абсолютной и относительной истин друг от друга. Из него видно, что между относительной и абсолютной истиной нет непроходимой грани. Достигая в нашем познании относительных истин, мы ''тем самым'' получаем драгоценные крупицы истины абсолютной.

Вы видите, следовательно, что ''наше познание и абсолютно и относительно''. Абсолютно по своему существу: преград для все более и более углубленного изучения действительности человечество не имеет. Но оно вместе с тем и относительно, так как всегда осуществляется при ограниченных возможностях той или иной эпохи.

«Но нет ли здесь противоречия?» — спрашивают иногда читатели. Да, противоречие налицо: с одной стороны, человеческое мышление способно познать все в мире, а с другой стороны, это познание не может быть исчерпывающим, потому что осуществляется оно отдельными личностями, мыслящими ограниченно. Но это диалектическое противоречие, оно движет науку вперед, не дает ей застыть на одном месте.

«Но тогда получается, — скажете вы, — что абсолютная истина — это только цель, к которой человечество стремится, но никогда ее не достигает». Нет, это только с виду так кажется. Подумайте, и вы сами в этом убедитесь. «Жизнь возникла из неживой материи», «мозг — орган мышления», «тела состоят из атомов» — все эти и подобные утверждения неопровержимы, уже доказаны наукой и практикой. Это реальные крупицы абсолютной истины. Но означает ли это, что данные положения — «истины в последней инстанции»? Нет. Ошибочным является мнение, что абсолютная истина не зависит от исторических условий, не требует уточнения, дополнения, к ней нельзя ничего ни прибавить ни убавить и ее не коснется дальнейшее развитие науки и техники. В действительности такой истины не существует, искать ее — бесполезный труд.

Очень хорошо показал это Бальзак в романе «Поиски Абсолюта». Один из его героев посвятил всю свою жизнь поискам такого вечного и законченного начала, при помощи которого можно все познать и из которого можно все вывести. Только на смертном одре герою романа показалось, что он нашел «абсолют», но это был бред умирающего.

Отрицание вечного, абсолютного начала не означает отрицание абсолютной истины. Взять хотя бы такой пример. Свыше двух тысяч лет назад Демокрит учил: «Все тела состоят из мельчайших неделимых частиц — атомов». Сейчас наука доказала, что тела действительно состоят из атомов, но сами атомы делимы. Значит, утверждение Демокрита являлось относительной истиной. Но оно содержало в себе также крупицу истины абсолютной. В дальнейшем наука углубила его учение. То, что атом состоит из положительно заряженного ядра и отрицательно заряженных электронов, что в атомном ядре содержится энергия, которую можно использовать, и многие другие положения атомной теории представляют собой абсолютные истины, которые не могут быть опровергнуты в будущем. Но это не значит, что наука в данном вопросе уже исчерпала свои возможности. Структура атома будет изучаться все глубже и глубже, а следовательно, и атомная теория будет неизбежно развиваться. Отсюда вы видите, что ''если человеческое познание относительно, то это вовсе не значит, что в нем нет никакого абсолютного содержания. В любой относительной истине содержатся крупицы истины абсолютной.''

Каждое научное открытие, научная истина, каждый закон есть единство относительной и абсолютной истины.

Выходит, что ''объективную истину мы познаем'' не сразу абсолютно, а постепенно, ''посредством познания истин относительных. Сумма же относительных истин в их развитии дает нам полное, глубокое, абсолютное знание как о природе в целом, так и о той или иной стороне объективной действительности в частности.''

Какое значение имеет такое решение вопроса для нашей практической деятельности, для развития науки?

Марксистско-ленинское учение о том, что нет «завершенных», «законченных» истин, что каждая научная истина относительна, и является ступенью в познании абсолютной истины, есть теоретическая основа борьбы Коммунистической партии против всяких «теорий предела» в развитии науки. Наша партия требует внедрять в производство все новые достижения науки, не останавливаясь на достигнутом. Достигнутый уровень науки и производства, каким бы высоким он ни был, не является пределом.

Представим себе руководителя предприятия, который заявил: «Производительность труда на нашем предприятии достигла „потолка”, дальше увеличить ее невозможно». В этом случае нелишне напомнить, что в технике, как вообще в науке, нет «вечных», «застывших истин в последней инстанции». Совершенствование техники, улучшение организации производства практически не знают предела.

Делегат XXII съезда КПСС ткачиха савинской фабрики «Солидарность» Ю. М. Вечерова рассказала на съезде: когда она добилась того, что на каждом из восьми механических ткацких станков стало прибиваться сначала 14 200, а затем 15 000 уточных нитей в час, то некоторые товарищи ей говорили: теперь достигнут предел. От этих станков большего не возьмешь. «Однако я с такими рассуждениями не согласилась, — говорила она. — Опыт мне подсказывал, что можно и нужно идти дальше». И действительно, «рубеж» был взят.

Важное практическое значение имеет и положение о том, что истина выявляется не сразу, прямо и непосредственно, что путь нахождения ее сложен. Поэтому в науке важна взаимная проверка результатов открытий, это ведет к борьбе мнений. Надо всегда помнить указания В. И. Ленина о том, что без полемики, без дискуссий, без «человеческих эмоций» никогда не бывало и быть не может человеческого искания истины.

Научные искания редко обходятся без тех или иных ошибок, заблуждений, во-первых, потому, что каждый человек в отдельности ограничен в своих возможностях познать мир, во-вторых, потому, что опыт никогда не закончен. В самом процессе познания содержатся поэтому некоторые источники ошибок.

Партия, однако, учит тому, что ошибка ошибке — рознь. Бывают ошибки, которые являются результатом халатного, непартийного, а то и преступного отношения к делу. Они всегда наносят большой вред. С ними надо вести непримиримую борьбу. Но бывают ошибки, идущие от поисков нового, неизведанного. Это ошибки зачинателей больших дел, которые в процессе практики учатся, преодолевая их. Такие ошибки и заблуждения возможны в процессе искания истины. В этих случаях важно напрячь всю силу воли на преодоление трудностей. Процесс творчества состоит здесь в самокритичном отношении к своему собственному труду. Исправление своих собственных заблуждений, ошибок продвигает дело вперед.

Критическое отношение к результатам собственного труда — непременное условие успешного творчества. И, наоборот, упорствовать в своих ошибках, бояться самокритики, считать, что уже достигнута «истина в последней инстанции», что никакое улучшение полученных результатов уже невозможно, значит неминуемо загубить дело.

Надо помнить, что как в большом деле, так и в малом мы идем по пути все большего и большего совершенствования наших знаний, от относительных истин через преодоление трудностей, ошибок и заблуждений к более совершенному изучению той или иной области человеческой деятельности.

Известный советский авиаконструктор А. Яковлев писал, что на пути наших работников авиационной промышленности было очень много трудностей, препятствий, отважных поединков с природой. Сколько трудных и, казалось бы, неодолимых преград стояло перед ними. Препятствия преодолевались, но появлялись новые трудности — и так без конца.

На пути познания нельзя требовать «законченных», завершенных и в этом смысле абсолютных знаний. Нельзя и допускать состояния благодушия и самоуспокоенности, поскольку процесс совершенствования знаний бесконечен. Это связано с тем, что истина всегда познается в соответствии с определенными конкретными условиями.