Редактирование: Финн-Енотаевский А. К критике теоретической экономии (раздел)

=== 3. Общие выводы о ценности ===

1. Отрицание теории трудовой ценности после того, как теория предельной полезности обнаружила полную свою несостоятельность, несмотря на все старания ее сторонников поддержать ее, может быть объяснено лишь классовыми предрассудками или интересами. Не только логически, но и исторически доказано, что различные современные формы прибавочной ценности: прибыль, рента, процент — являются лишь продуктами труда. Что необходимый труд — источник существования рабочего, вряд ли кто-либо будет оспаривать. Что же другое, как не человеческая деятельность в обществе, является источником действительного накопления материального богатства его, а следовательно и в капиталистической форме?

2. Ценность выражает ''отношение'' общественного человека к ''затраченному'' им труду. Потребительная ценность выражает отношение человека к вещи со стороны ее полезности ''в потреблении.'' Затрата труда отдельного человека в обществе является ценностью для него, она представляет ценность и для других, когда продукт производится для них. Производство для других не есть еще производство товара. Продукт превращается в товар благодаря обмену. Благодаря последнему трудовая ценность продукта превращается в меновую ценность товара. Товарная ценность, меновая ценность — это лишь форма трудовой ценности продукта. Из ничего ничего и не бывает. Если товар проявляет в обмене меновую силу, значит он ее где-то приобрел. В обмене? Но это отрицает и Маркс, значит, — в производстве, и в натуральном производстве до того, как продукт становится товаром.

3. Ценность образует ''всякий'' целесообразно затраченный человеческий труд; величина ценности зависит от количества затраченного труда, но это количество само зависит от ''общественных'' условий; ценность, таким образом, устанавливается объективно. В ''меновом'' хозяйстве рынок в последней инстанции контролирует, корректирует высоту товарной ценности<ref>Что золото само по себе — металл и деньгами становится лишь в силу известных функций в обмене, это стало давно азбукой, по крайней мере, в марксистской литературе. Однако нужно знать, что раз товарный мир на известной ступени своего развития избрал золото денежным товаром, то оно не только функционирует как деньги в процессе обращения, но является денежным товаром до входа в него. Денежное обращение — не только результат, но и предпосылка современного хозяйства. И золото поэтому уже у источника своего — денежный товар. Любое правительство вольно избрать какой угодно денежный масштаб, но если оно желает иметь устойчивый, то оно должно ввести золотой масштаб. Все теории Кейнса, Касселя и других о национальных бумажных масштабах, о манипулируемых по товарным индексам деньгах, рассеялись, как дым, перед разумным требованием стихийной действительности. Попробовал бы всемогущий английский парламент избрать в нынешних условиях мирового хозяйства в качестве общего мерила ценности (не говорим уже о средневековой корове) серебро! Из того, что всякое правительство вынуждено сейчас экономическим ходом вещей ввести золотой масштаб, вольно в то же время установить величину его в данном весе золота и дать этому весу то или иное наименование, оставив старое, как во Франции, или назначив ему новое, как в Австрии или Бельгии, и из того, что товары выражают свои цены в том же наименовании, что избранный масштаб, вульгарная экономия — в том числе и Кассель — выводит, что это наименование есть цена золота и что это установленное название веса есть фиксированная правительством цена золота. Название веса золота, конечно, не есть ценность последнего и еще меньше цена, так как денежный товар цены не имеет, по в данном своем весе, в данном своем масштабе может иметь ''различную'' ценность в различное время. Конечно, от правительства зависит определить, что фунт стерлингов представляет такое-то количество золота, но этим оно избранному им масштабу придает ценность, равную ценности веса золота, представляемого этим масштабом, и покупательная сила этого масштаба естественно равна покупательной силе веса золота в нем. Но какова ценность и покупательная сила золота и тем самым данного веса его в масштабе, это уже не от правительства зависит и не им фиксируется. И что другое утверждал Кассель, наперекор всем своим теориям, когда, руководясь правильным практическим чутьем, доказывал перед комиссией Американского конгресса весною 1928 года «необходимость держать покупательную силу доллара равной покупательной силе веса золота, заключенного в долларе?» (Stabilisation. Hearings on Н. R. 11806, Washington, 1929 г., 367 и др. стр.).

Колебания «рыночной цены золота» и не только «в золотой валюте с бумажным обращением», а и в полном металлическом обращении — золотом или серебряном — достаточно, вопреки Касселю («Crundgedanken etc.», 1928 г., 74 стр.), дискутировались в литературе. Мы коснемся подробно этого вопроса по другому поводу. Здесь достаточно отметить, что эти колебания не давали ни Рикардо, ни Марксу, при всем различии их теорий денег, основания для поисков объяснения их в «идеальной денежной единице», независимой от ценности золота. Касселя, как и многих других до него, сбивает с толку зависимость ценности бумажных денег, знаков цены, от количества их в обращении, от «идеального количественного отношения», по выражению Маркса. Кассель не видит того, что законы функций денег как средства обращения и как мерила ценности не одни и те же и что в основе их «абстрактной единицы» лежит материал — золото, а не касселевская «недостаточность средств платежа».

Что на деле означают предписанные Английскому банку величины покупной и продажной «цены золота» в нынешней золотой системе Англии, которую Кассель называет «бумажной валютой» и в которой он видит иллюстрацию правильности взгляда на деньги как на абстрактную единицу? Фиксирование цены золота абстрактным фунтом стерлингов? — Нисколько. Оно ставит границы колебаниям кредитного фунта по отношению к золоту, ценность которого дана в данное время и в данном весе. Кредитный фунт, конечно, регулируется, тем более, что он неразменен в обращении; и его максимальные колебания в полтора пенса по отношению к золоту сейчас меньше, чем бывавшие до войны — иногда в пять пенсов, когда Английский банк обязан был выдавать в обмен на банкноты соверены, часто стертые, а не продавать слитки. Что вексельный курс влияет на рыночную «цену золота», это давно известно. Но это происходит потому, что он показывает состояние кредита данной страны ''в международных'' отношениях в данный момент по отношению к полновесным мировым деньгам, золоту. — Ценность золота везде одинакова, если абстрагировать от расходов по транспорту. — Это указывает не на зависимость ценности золотого фунта от кредитного, а как раз наоборот, на зависимость последнего от первого; он представляет в данный момент больший или меньший вес золота на мировом рынке и потому большую или меньшую ценность. Для иллюстрации беру пример из последней английской практики. В «Таймсе» от 16 мая 1929 г. мы в финансовом отделе под заголовком: «Более высокая цена золота», — что естественно на жаргоне биржевиков, — читаем, что за последнюю неделю Английский банк мог приобрести часть прибывшего из Трансвааля золота, только уплатив за унцию 84 ш. <math display="inline">10\frac{7}{8}</math> п., почти на 1 п. выше установленного законом минимума в 84 ш. 9,81 п., иначе бы ему не продали. Почему ему пришлось заплатить так высоко? Потому, указывает и «Таймс», что курс стерлинга-доллара упал в силу спроса на доллары со стороны континента Европы. Итак, понижение курса, т, е. ценности кредитного фунта, показавшее, что он представляет меньше веса золота, чем требует паритет, заставило Английский банк давать его при обмене на полновесное золото больше назначенного минимума.</ref>.

4. Отдельный, частный, труд не только индивидуален, но он носит и общественный характер, поскольку он создает товар, и ''меновая'' ценность общественна по своему существу. Этот отдельный труд часть ''совокупного'' общественного труда, во ''не общий.'' Общий и общественный труд не одно и то же; в товарном мире общий труд это общественный, но не всякий общественный — общий. Меновая ценность товара — общественная, но не общая, потому-то она и не обменивается непосредственно на все остальные товары. Общая меновая ценность только у ''денежного'' товара, который только непосредственно и обмениваем на все остальные товарные ценности, ''общий'' эквивалент.

5. Абстрактный труд, как общее понятие, свойствен ''всем'' общественным эпохам; это труд, рассматриваемый со стороны затраты его. В этом смысле абстрактен каждый конкретный труд. Вложенный в продукт конкретный труд образует тем самым и ценность: он — затрата человеческого труда вообще, которая в человеческом обществе образует ценность. Различие между ценностью продукта и ценностью товара, называемой меновой ценностью, заключается в проявлении ее отдельно от своей потребительной ценности, в потребительной ценности других товаров, в относительном выражении его, — в денежной цене, если меновая ценность товара выражена в натуральной форме общего товара — денег (в цене, если вместе с Тюрго называть ею ценность одного товара, выраженную во всяком другом товаре). Все товары, выражая свои ценности в натуральной форме одного товара, превращаясь, таким образом, в одну и ту же вещь — золото, — получают возможность измеряться количественно.

6. Что делает возможным такое их превращение и тем самым сравнение в обмене? То, что вложенные в них особые конкретные работы в смысле затраты человеческого труда одинаковы, т. е. как ценности общественно равны. Ни одну минуту абстрактный труд не висит в воздухе, он связан с конкретным своего товара; он сравнивается с затратой его в ''денежном товаре'' и меняется общественно количественно. Конкретный труд исключительного товара, с которым сравниваются затраты труда всех остальных товаров, и становится носителем абстрактного труда, как общего общественного. Затрата труда в каждом товаре выражена, таким образом, в затрате труда, вложенного в золото; ценности товаров выражены, таким образом, в соответствующих количествах, весовых единицах золота<ref>Глубоко ошибочен взгляд, что «абстрактный труд рождается только в обмене, создается только обменом» (И. Рубин). Абстрактный труд — это затрата труда в производстве; и в натуральном мире не все затраты труда одинаковы. «Абстракция общего человеческого труда ''существует'' в среднем труде, совершаемом средним индивидуумом (в простои труде — средней рабочей силы) данного общества», говорит Маркс. Отличие необходимого индивидуального труда, затраченного на продукт, ''индивидуальной'' ценности его, от общественно-необходимого, т. е. среднего рабочего времени, ''общественной'' ценности его (терминология Маркса), в том, что последняя создается затратой труда при общественно-средних условиях, которые даны, реальны и лишь проявляются в обмене.</ref> .

7. Здесь нет мистификации, нет фетишизма, здесь перед нами необходимая объективация. Это — способ выражения создаваемой человеком ценности, затраченного труда — реального, ощущаемого, — в определенном количестве золота, как ощущение, чувство, тяжести мы выражаем. конкретно в определенном количестве железа. Нельзя считать грамм, секунду или сантиметр «идеальными» единицами меры: они реальны. Ими мы измеряем массу, пространство и время — абстрактные наши понятия. То же самое доллар, фунт стерлингов — не идеальные единицы ценности, но конкретные количества металла, и тем не менее они служат, для измерения ценности, абстрактного понятия. И подобно тому, как в материальном грамме представлена сила тяжести, так и в материальном долларе — затрата человеческой рабочей силы.

8. Затрата человеческого труда — это затрата ''природной'' силы в обществе. Человек — мост между природой и обществом. Природа действует на социальную среду, естественно из нее возникшую, а общество, развиваясь, действует, в свою очередь, на физическую среду. Мы не измеряем затраты труда путем физических единиц работы, мы оцениваем эту затрату, правда неточно, путем сравнивания различных работ с затратою труда на избранный продукт — денежный товар; таков окольный, общественный путь объективного измерения экономической затраты труда<ref>Деньги — самостоятельная форма существования меновой ценности, они самостоятельная форма ценности, проявляемая в натуральной форме особого товара. Они существуют, как вещь, стоящая особо в товарном мире. «В товарной ценности лишь представлена самостоятельная форма существования меновой ценности, в металлических деньгах она существует». Золото — деньги ''материальное'' существование абстрактного труда, как общего общественного и как таковое «оно осуществляется в той мере, в какой ''материальный'' обмен ''реальных'' работ охватывает весь земной шар». («Zur Kritik» 154 стр.)</ref>. Другого способа мы пока не имеем, и это в силу причин не только общественных, но и технических.

9. ''Потребительная'' ценность — не только природного происхождения, но и общественного. Как продукт труда вообще, так и товар составляет единство ценности и потребительной ценности, — различие в том, что в товаре отличная от потребительной ценности трудовая ценность проявляется все больше внешне, самостоятельно; она — меновая ценность, что однако не уничтожает внутренней связи их. Ценность продукта, меновая ценность товара, отлична от их потребительной ценности, но не «независима совершенно».

10. Непоследовательности Маркса объясняются в известной степени тем, что он главное свое внимание обращает на анализ ''относительной'' формы ценности, овеществления ценности товара в натуральной форме другого, на выражение абстрактного труда, как обще-общественного, в конкретном денежном товаре, оставляя часто в стороне при этом связь абстрактного труда с конкретным в товаре происхождение ценности от овеществления человеческого труда в товаре. Короче, он в формуле: труд — меновая ценность — относительная ценность — денежная ценность — вторую половину анализирует преимущественно отдельно от первой.