Редактирование: (Дискуссия) Диалектическое развитие категорий в экономической системе Маркса (раздел)

=== Тов. Розенберг, Д. ===

Казалось бы, что можно вполне принять положение т. Рубина, гласящее, что политическая экономия изучает производственные отношения или систему производственных отношений капиталистического общества. Но т. Рубин этим не ограничивается. У него к этому определению есть очень существенное дополнение, а именно, что производительные силы являются предпосылкой. Это дополнение отнюдь не является традиционным для марксистской литературы, а представляет собой некоторую новеллу, вносимую самим т. Рубиным.

Политическая экономия должна быть отграничена от всяких иных наук, как технических, так и социальных, должна иметь свой собственный объект изучения. Пограничным столбом, отделяющим политическую экономию от технологии, является утверждение, что политическая экономия изучает производственные отношения. Тем самым она определяется как социальная наука. Однако это является недостаточным. Возникает необходимость в установке еще одного пограничного столба, отделяющего политическую экономию от других социальных наук. Все общественные науки имеют объектом своего изучения социальные отношения, поэтому те отношения, которые входят в предмет нашей науки, должны быть как-то особо определены. Момент связи производственных отношении с производительными силами представляет собой тот второй пограничный столб, который отделяет политическую экономию от других социальных наук.

Тот, кто хочет действительно понять предмет марксистской политической экономии, тот не должен подходить к вопросу с какими-то априорными суждениями. Для выяснения предмета пашей науки необходимо проанализировать «Капитал» Маркса, и не отдельные его главы, а весь этот труд. И если мы приступим к подобному анализу, то с несомненностью обнаружим, что рассуждения Маркса отнюдь не вяжутся с тем определением предмета политической экономии, которое дает т. Рубин.

Производительные силы являются своего рода двуликими. Одним своим лицом они обращены к обществу и постоянно на него влияют, другой же своей стороной они обращены к природе. Я согласен с тем, что эта вторая сторона нас не интересует, является предпосылкой. Но если стать на путь полного абстрагирования производственных отношений от производительных сил, то тогда получится, что из-за деревьев исчезает лес, из-за отрыва производственных отношений от производства исчезает последнее. Производственные же отношения, абстрагированные от производства, волей-неволей передвигаются в область обмена. Эти производственные отношения в самом производстве как будто бы уже незаметны, в обмене же их можно как бы прощупать.

Когда мы говорим об определении политической экономии, то мы обязаны помнить, что в этом определении должно быть дано все основное содержание нашей науки, должна быть раскрыта ее сущность. А разве противоречия между производительными силами и производственными отношениями не составляют этого содержания? Очевидно, они выходят в содержание нашей науки. Отсюда следует, что в самом определении политической экономии должно быть отмечено, что производительные силы развиваются, что между этими силами и производственными отношениями существуют определенные взаимоотношения, являющиеся тоже противоречивыми. В этом определении должно быть отмечено, что наступает такой момент, когда развитие производительных сил перерастает производственные отношения. Поэтому для нас и неприемлемо положение, которое выставляет т. Рубин, что в политической экономии производительные силы полностью отсутствуют.