Редактирование: Яхот О. Популярные беседы по диамату (раздел)

==== Что такое свобода. Связь ее с необходимостью ====

В повседневной жизни под словом «свобода» часто понимается то, что не стеснено ограничениями, запретами. Поэтому иногда думают, что закономерность, необходимость исключает свободу: раз есть необходимость, закономерность, то имеются и «ограничения», «препятствия», значит, не может быть свободы. Таким образом, решить проблему свободы означает решить вопрос о том, можно ли быть свободным, подчиняясь законам естественной необходимости.

Начнем с примера. Освоение космоса связано с преодолением закона всемирного тяготения, который как бы «приковывает» человека к Земле. Но можно ли это сделать, «не считаясь» с этим законом, так сказать, вопреки ему? Конечно, нет.

Чтобы космический корабль вышел на орбиту, он должен развить такую скорость, чтобы центробежная сила его была больше силы земного притяжения (это бывает при скорости около 8 ''км/сек''.). Ученым удалось отправить корабль в космос не вопреки закону всемирного тяготения, а глубоко изучив его действие.

Когда советские ученые послали ракету на Луну, они, конечно, опирались на закон всемирного тяготения. Ракете была сообщена строго определенная скорость, благодаря которой она преодолела земное притяжение. Затем сила притяжения Луны заставила ракету «прилуниться». Подумаем над этим примером. Он убедительно показывает, насколько неправы те, которые так рассуждают: «Мы потеряем свою» свободу, если будем подчиняться законам, необходимости», и ищут пути, как обойти эти законы, «стесняющую свободу необходимость». Такие люди понимают свободу как свободу от законов. Но это неверно.

Из нашего примера видно, что ученые не шли против необходимости, а действовали в соответствии с нею, с законами природы. Свою свободу, власть над природой они обрели на основе познания и использования законов природы, естественной необходимости. И они добились выдающихся успехов. Еще Ф. Бэкон говорил, что побеждать природу можно, лишь повинуясь ей и ее законам.

Где же в таком случае проявляется подлинная свобода — там, где «не признают» никаких законов, или там, где эти законы познаются и используются? Ответ ясен: там, где познаются и используются законы. В. И. Ленин эту мысль выразил так: слепа необходимость, пока она не познана. Но если необходимость, закон познан, если мы. подчинили его действие нашим интересам, мы господа природы. Энгельс писал: «Не в воображаемой независимости от законов природы заключается свобода, а в познании этих законов и в основанной на этом знании возможности планомерно заставлять законы природы действовать для определенных целей»<ref>''Ф. Энгельс,'' Анти-Дюринг, Госполитиздат, 1957, стр. 107.</ref>.

Это верно и в отношении явлений природы и общественной жизни. До возникновения марксизма не были познаны законы общественного развития. Люди оставались рабами исторической необходимости. Марксизм раскрыл, познал эти законы. Это был первый шаг к тому, чтобы, вооружившись ими, трудящиеся стали подлинными господами, свободными творцами своей судьбы. Социалистическая революция превращает эту возможность в действительность.

Итак, ''свободная деятельность людей состоит не в том, как полагают волюнтаристы, что люди не считаются с законами, с объективными процессами, что они поступают, как им заблагорассудится. Подлинную свободу марксизм рассматривает как познанную необходимость. Свобода человека состоит в познании законов развития природы и общества, в умелом использовании этих законов в практической деятельности. Свобода человека не может выйти за пределы необходимости.''

— Что же это за свободная деятельность, если она «стеснена» необходимостью? — спрашивают иногда. — В этом случае все равно господствует необходимость, человек свободен тогда, когда он может выбрать любое решение для своей деятельности, не считаясь ни с чем.

В том-то и дело, что такой свободы нет. Это легко проиллюстрировать на примере такой притчи, которую привел писатель Л. Кассиль.

Был однажды спор между Флюгером и Магнитной стрелкой, что в компасе.

— Я свободен, я верчусь в разные стороны, куда мне угодно, сегодня так, завтра эдак, — хвастался Флюгер. — А ты, как тебя не крути, все утыкаешься в одну сторону.

— Какая у тебя свобода! — возразила Магнитная стрелка. — Не по своей воле ты вихляешься туда-сюда. Тобой помыкают ветры. Вот ты и егозишь. Коротка твоя свобода — от одного ветра до другого. На тебя влияет первый ближний ветерок, а я нацелена на зовущую меня даль. Я верна тому притяжению, на которое неизменно отзывается все мое намагниченное существо. Я не завишу от капризов погоды и держусь всегда одного направления. По нему-то и находят везде верный путь.

Вдумайтесь, читатель, в смысл сказанного, и вы убедитесь, что ни в коем случае нельзя понимать свободу как выбор любого решения для своей деятельности, «не считаясь ни с чем». Флюгер ведь тоже считал, что он егозит по своей собственной воле, но на самом деле им помыкают ветры.

Иной мелкобуржуазный интеллигент в капиталистической стране считает, что образ мыслей он избрал совершенно «свободно», его желания, привычки — результат «личной свободы». Но на самом деле он раб тех условий, в которых живет, частнособственнических инстинктов, которые культивируются всем укладом жизни. Здесь нет и тени «личной свободы» в том смысле, как ее трактуют буржуазные ученые. Здесь все подчинено необходимости. В условиях капитализма эта необходимость выступает в виде слепых общественных сил. Потому-то и можно их сравнить с нездоровыми ветрами, как это делается в приведенной притче.

Другое дело свобода, опирающаяся на ''познание необходимости'' в условиях социализма. Законы здесь действуют уже не как слепые общественные силы. Деятельность людей основана на глубоком знании закономерностей общественного развития.