Редактирование: Леонтьев А. Проблема равенства в «Капитале» Маркса (раздел)

=== 1. Товар и его два фактора ===

Как известно, в «Капитале» Маркс ставит своей целью «раскрытие экономического закона движения»<ref>''Маркс'' «Капитал». Т. I, стр. 6. 1934. Этого, впрочем, не понимали некоторые из современников Маркса. Так, Фрейлиграт писал Марксу в связи с выходом первого тома «Капитала» следующее: «… на Рейне многие молодые купцы и фабриканты в восторге от твоей книги. В этой среде она достигнет своей настоящей цели…» (''Маркс и Энгельс''. Собр. соч. Т. XXV, стр. 520).</ref> капиталистического общества. Именно этим путем Маркс дает несокрушимое оружие в руки пролетариата как могильщика капитализма и строителя социализма. Исходным пунктом своего анализа Маркс берет товар<ref>«Г-н Вагнер забывает… что предметом для меня является не «стоимость» и не «меновая стоимость», а «''товар''» (''Маркс'' «Замечания на книгу Адольфа Вагнера». Собр. соч. Т. XV, стр. 456). «Я исхожу из простейшей общественной формы. в которой продукт труда представляется в современном обществе, это — «''товар''» (там же, стр. 467).</ref>, ибо «товарная форма продукта труда или стоимостная форма товара есть форма экономической клеточки буржуазного общества»<ref>''Маркс'' «Капитал». Т. I, стр. 2.</ref>. В этой экономической клеточке буржуазного общества «анализ вскрывает… все противоречия (или зародыш всех противоречий)»<ref>''Ленин'' «Философские тетради», стр. 326. Ср. также стр. 173: «…простая форма стоимости, отдельный акт обмена одного, данного, товара на другой, уже включает в себе в неразвернутой форме ''все'' главные противоречия капитализма».</ref> капитализма. Уже анализ товара вскрывает реальную основу буржуазных представлений о равенстве, показывает противоречия, характеризующие буржуазное равенство. Дальнейшее исследование: переход от товара к деньгам, превращение денег в капитал, производство прибавочной стоимости, превращение прибавочной стоимости в капитал и т. д. — дает исчерпывающую картину тех общественных отношений, идеологическим отображением которых является буржуазное понимание равенства. Вместе с тем раскрывается вся сумма глубочайших противоречий, заложенных в том «равенстве», которое является одновременно исторической базой и демагогическим лозунгом, общественной реальностью и обманчивой видимостью буржуазного общества. Экономический анализ Маркса до конца вскрывает действительную сущность тех форм бытия, которым в качестве формы сознания соответствует буржуазное представление о равенстве.

Товар, эту «простейшую экономическую конкретность»<ref>''Маркс'' «Замечания на книгу Адольфа Вагнера». Собр. соч. Т. XV, стр. 468.</ref>, Маркс анализирует сначала в той «форме, в которой он проявляется»<ref>''Там же'', стр. 467.</ref>. Он берет товар в том виде, как тот появляется на поверхности буржуазного общества, в котором все богатство общества «на первый взгляд»<ref>''Маркс'' «К критике политической экономии», стр. 46.</ref> выступает как «огромное скопление товаров»<ref>''Там же'', стр. 46; «Капитал». Т. I, стр. 47.</ref>. Стало быть, он берет товар в форме его непосредственной данности. Он сначала анализирует «самое простое, обычное, основное, самое массовидное, самое обыденное, миллиарды раз встречающееся, ''отношение'' буржуазного (товарного) общества: обмен товаров»<ref>''Ленин'' «Философские тетради», стр. 326.</ref>. За этой «беспокойной сменой» явлений Маркс раскрывает их закон. Если бы сущность и явление совпадали, всякая наука была бы бесполезна, не раз подчеркивал Маркс. Задача науки заключается именно в том, чтобы за многообразием, за пестротой, за кажущейся беспорядочностью явлений объективной действительности раскрыть их сущность, их внутреннюю закономерность. Но эти внутренние закономерности не проявляются в чистом виде. Задача науки состоит точно так же в том, чтобы показать, как раскрытые ею законы проявляются в многообразии явлений. Лишь таким путем достигается глубокое и полное познание действительности во всех ее связях и отношениях.

Исходя из непосредственного явления — товара, Маркс приходит к скрытой за этим явлением сущности, к специфическому общественному отношению — стоимости. Всякий товар есть, с одной стороны, потребительная стоимость, а с другой стороны, — меновая стоимость. Потребительная стоимость является вместе с тем носителем меновой стоимости. Дальнейший анализ меновой стоимости показывает, что последняя есть лишь форма проявления содержащейся в товаре стоимости, и тогда Маркс переходит к анализу последней. Исследовав субстанцию стоимости и характер труда, создающего стоимость, Маркс переходит к рассмотрению формы стоимости. Эта форма «очень бессодержательна и проста»<ref>''Маркс'' «Капитал». Т. I, стр. 1.</ref>. Тем не менее, замечает Маркс, ум человеческий безуспешно пытался проникнуть в ее тайны в течение более чем 2000 лет, между тем как более сложные формы ему, хотя бы приблизительно, удавалось постичь. Это и понятно, так как изучение клеточки труднее чем изучение развитого тела. Подводя итоги анализа простой формы стоимости, Маркс замечает, что когда в начале главы говорилось, что товар есть потребительная стоимость и меновая стоимость, то, строго говоря, это неверно, ибо товар есть потребительная стоимость и стоимость<ref>''Маркс'' «Капитал». Т. I, стр. 75. Следует иметь в виду, что в «К критике», а также в первом издании первого тома «Капитала» Маркс еще пользуется одним и тем же термином, «меновая стоимость», для обозначения как количественного отношения обмениваемых товаров, так и отличного от этой формы содержания (стоимости). Однако лишь антимарксистский пошляк вроде Рубина может сделать отсюда вывод, что Маркс тогда еще не различал содержания стоимости и ее формы (см. ''Рубин'' «К истории текста первой главы «Капитала» Маркса». «Архив Маркса и Энгельса». Т. IV. 1929).</ref>. Первое выражение соответствует «обычному способу выражения», второе же соответствует требованиям научной точности<ref>Гильфердинг, а за ним и Рубин, капитулируя перед буржуазной критикой Маркса (со стороны Бем-Баверка, Франка, Петри и др.), выдвинули версию о том, будто в своем исследовании товара Маркс не дает обоснования своей теории стоимости, а этим обоснованием является лишь теория товарного фетишизма — это «социологическое введение» к экономической системе Маркса, по словам Рубина (см. ''Гильфердинг'' «Бем-Баверк как критик Маркса»; его же «К постановке проблемы политической экономии у Маркса»; ''Рубин'' «Очерки по теории стоимости Маркса», стр. 56 и др. 4-е изд.). Эта версия является ярким образцом грубейшего извращения теории Маркса под флагом ее «защиты» и «толкования».</ref>. Таким образом, Маркс возвращается к меновой стоимости уже не как к непосредственно данному явлению, а как к явлению, выражающему сущность.

''Товар'' имеет ''двойственную природу''. Эта двусторонность товара, его двоякий характер были известны еще древним. На первой же странице «К критике» Маркс приводит цитату из Аристотеля, в которой говорится о двояком назначении вещей, о двояком способе их использования: путем непосредственного их потребления или путем обмена<ref>''См. Маркс'' «К критике политической экономии», стр. 46.</ref>. Здесь мы имеем лишь описание явления в том виде, как оно дано на поверхности. Анализом двух свойств, двух сторон товара много занимались экономисты-классики. Однако и они не сумели вскрыть тех глубоких противоречий, наиболее доступным и поверхностным отражением которых является двойственность товара. Сделать это смогла лишь материалистическая диалектика Маркса. Лишь Маркс дал исчерпывающий анализ товара как ''единства противоположностей'': потребительной стоимости и стоимости. Расщепление единого и познание противоречивых сторон его — таков путь, по которому Маркс идет в своем исследовании. Марксов анализ товара с первых же шагов связан с анализом равенства, выступающего в отношениях товарного мира.

Каждую полезную вещь можно рассматривать со стороны качества и со стороны количества. Полезность вещи делает ее потребительной стоимостью, и потребительные стоимости отличаются величайшим качественным разнообразием. В товаропроизводящем обществе потребительная стоимость служит вещественным носителем меновой стоимости. Эта последняя выступает прежде всего как количественное отношение. Каково бы ни было меновое отношение двух товаров, его всегда можно выразить в виде уравнения, в виде равенства. Для этого нужно лишь взять соответствующие количества приравниваемых товаров. «Совершенно безразлично к характеру своего природного бытия и безотносительно к специфической природе тех потребностей, которым они служат в качестве потребительных стоимостей, товары в определенных количествах равны друг другу, взаимно замещают друг друга при обмене, выступают как эквиваленты и таким образом, несмотря на свою пеструю видимость, представляют одно и то же единство»<ref>''Там же'', стр. 47–48.</ref>.

«''Равенство обмена''» — таково явление, встречающееся на каждом шагу в реальной действительности. «Ежедневный опыт показывает нам, что миллионы и миллиарды таких обменов приравнивают постоянно все и всякие, самые различные и несравнимые, друг с другом, потребительные стоимости одну к другой»<ref>''Ленин'' «К. Маркс». Собр. соч. Т. XVIII, стр. 16.</ref>. Это «равенство обмена» вводит в заблуждение многочисленных представителей мелкобуржуазного утопического социализма. Речь идет о том направлении в уравнительном социализме, которое своей альфой и омегой делает фокусы в области обращения: реформу денег, введение рабочих денег, даровой кредит и т. п. Представители этого направления некритически отождествляют явление, как оно дано на поверхности, с сущностью вещей. Они не видят глубоко противоречивого «равенства обмена», который вскрывается на дальнейших ступенях анализа. Грубый эмпиризм в познании действительности имеет своей оборотной стороной абстрактный и оторванный от жизни рационализм, сочиняющий всякие утопические рецепты на предмет преобразования действительности.

С первых же шагов своего анализа товара Маркс характеризует противоречие, заключающееся в этом «равенстве обмена».

Быть потребительной стоимостью является необходимым условием для товара. Зато, с другой стороны, вещь может быть потребительной стоимостью, не будучи стоимостью, не будучи товаром<ref>''Маркс'' «К критике политической экономии», стр. 47; «Капитал». Т. I, стр. 55–56.</ref>. Но если потребительная стоимость есть необходимая предпосылка для товара, то, с другой стороны, именно отвлечение от потребительных стоимостей есть то, что характеризует меновую стоимость и стоимость<ref>''Маркс'' «Капитал». Т. I, стр. 50 и 51.</ref>. Таким образом, количественное уравнение товаров требует отвлечения от их качественной разнородности, между тем как эта качественная разнородность в свою очередь является предпосылкой и условием их количественного уравнения.

Один и тот же товар обменивается на целый ряд других товаров в самых разнообразных пропорциях. Из этого простого факта с очевидностью вытекают два вывода: во-первых, всевозможные меновые отношения одного и того же товара выражают нечто равное; во-вторых, следовательно, меновая стоимость может быть лишь способом выражения или формой представления «какого-то отличного от нее содержания»<ref>''Там же'', стр. 49.</ref>. Это содержание и есть стоимость товара. Маркс рассматривает сначала стоимость независимо от ее формы, оговаривая заранее, что «дальнейший ход исследования приведет нас опять к меновой стоимости, как необходимому способу выражения, или необходимой форме проявления стоимости»<ref>''Там же'', стр. 51.</ref>.

Если два товара равны между собой, то такое равенство свидетельствует лишь о том, что в обоих товарах существует нечто третье равной величины, что они равны чему-то третьему. В чем же может заключаться это общее товарам свойство? Оно не может заключаться в потребительных стоимостях, ибо последние качественно, различны и потому количественно несравнимы. Но если отвлечься от потребительной стоимости товаров, то у них останется лишь одно свойство, а именно, что они продукты труда. Однако, отвлекаясь от потребительной стоимости, мы тем самым отвлекаемся от конкретного характера заключающегося в товаре труда. «Вместе с полезным характером продуктов труда исчезает и полезный характер представленных в них работ, исчезают, следовательно, различные конкретные формы этих работ; последние не различаются более между собой, а сведены все к ''одинаковому'' человеческому труду, к абстрактно человеческому труду»<ref>''Там же'', стр. 50.</ref>.

После отвлечения от потребительных стоимостей товаров от них остается лишь «простой сгусток лишенного различий человеческого труда, т. е. затраты человеческой рабочей силы безотносительно к форме этой затраты»<ref>''Маркс'' «Капитал». Т. I, стр. 51.</ref>. «Как кристаллы этой общей им всем общественной субстанции, они суть стоимости»<ref>''Там же''.</ref>. Таким образом, «тот труд, который образует субстанцию стоимости, есть одинаковый человеческий труд, затрата одной и той же человеческой рабочей силы»<ref>''Там же''.</ref>.

Таким образом Маркс переходит от ''равенства обмена к равенству труда'', производящего товары. Путь к этому переходу открыт анализом противоречивого характера «равенства обмена».

В стоимостях товарного мира представлена совокупная рабочая сила общества, которая фигурирует здесь как одинаковая рабочая сила, хотя в то же время она состоит из бесчисленных индивидуальных рабочих сил. «Вся рабочая сила данного общества, представленная в сумме стоимостей всех товаров, является одной и той же человеческой рабочей силой: миллиарды фактов обмена доказывают это»<ref>''Ленин'' «К. Маркс». Собр. соч. Т. XVIII, стр. 16.</ref>.

Однако самый процесс уравнения труда определяется характером труда, производящего товары. Этот труд является общественным трудом, но он обладает ''специфическим видом общественности''.

«Условия труда, создающего меновую стоимость, как они вытекают из анализа меновой стоимости, суть ''общественные определения'' труда или определения ''общественного труда'', но не просто общественного, а в особенном роде. Это специфический вид общественности. Прежде всего безразличная простота труда есть ''равенство'' работ различных индивидов, взаимное отношение их работ друг к другу как равных, а именно благодаря фактическому сведению всех работ к однородному труду. Труд каждого индивида обладает этим общественным характером равенства постольку, поскольку он представляется в меновых стоимостях, и он представляется в меновых стоимостях лишь постольку, поскольку он относится к труду всех других индивидов как к равному»<ref>''Маркс'' «К критике политической экономии», стр. 51.</ref>.

Стало быть, «общественным характером равенства» труд производителя обладает лишь в обществе, базирующемся на производстве товаров. В таком обществе весь общественный труд представляет собой не что иное, как совокупность индивидуальных работ, самостоятельных друг от друга и в то же время связанных друг с другом. В этом заключено противоречие, и этим противоречием характеризуется равенство труда, свойственное товаропроизводящему обществу.

В условиях товарного производства труд не является общим, совместным, коллективным трудом ассоциированных производителей. Напротив, это разрозненный, раздробленный труд индивидуальных производителей, хотя бы таким «индивидуальным производителем» был концерн, в котором работает четверть миллиона рабочих и служащих. ''Общественный характер труда осуществляется не путем сознательного коллективного руководства, а стихийным процессом приравнивания отдельных работ как в сфере производства, так и в сфере обмена''. Лишь путем этого опосредствования частный труд принимает характер своей противоположности — труда общественного.

Таким образом уже анализ двух факторов товара и субстанции стоимости дает первое представление о ''противоречивом характере'' того ''равенства'', которое составляет отличие товарного производства. Количественное равенство обмениваемых товаров предполагает отвлечение от их качественных различий, но в то же время эти качественные различия потребительных стоимостей являются предпосылкой самого уравнения товаров как меновых стоимостей. Это противоречие наиболее очевидное: оно выступает уже на поверхности явлений. Далее, если товары равны между собой, то это свидетельствует о наличии в них чего-то третьего, которое отлично от каждого из товаров, но в то же время определенным образом присуще каждому из них. Наконец, равный человеческий труд, составляющий субстанцию стоимости, есть труд общественный, но лишь такой общественный труд, который состоит из самостоятельных работ различных индивидов. Дальнейшее раскрытие противоречий, характеризующих равенство труда, воплощенного в товаре, Маркс дает в своем анализе двойственного характера труда, представленного в товаре.